присутствие меня хоть немного успокаивает. Но только не сейчас. Сейчас меня не утешит ничего. Поймав мой взгляд, Вова хмурится и подходит вплотную.
– Рассказывай.
– Проблемы, – усмехаюсь и отвожу взгляд. Я баран… Чертов баран! Как же я мог совершить настолько дикую, глупую ошибку? Но кто знал что теория вероятности иногда работает? В том смысле, что и в одну воронку падает бомба, и мартышка за компьютером способна случайно напечатать «Братьев Карамазовых».
– Дело не в бизнесе, верно? – вздыхает Вова. Он моложе меня на четыре года, пробивной парень. Но весь в искусстве. Талантливый пианист. И только по моей просьбе он вникает в мои дела, являясь единственным доверенным лицом.
– Нет, не в бизнесе, – мотаю головой, – Дело в клинике «Райское яблоко». Я хочу сделать так, чтобы она навсегда прекратила свое существование. Со скандалом во всех СМИ. Чтобы в программе «Время» показали. Чтобы владелец клиники сначала отсидел пятнаху, а потом, выйдя, отправился в Урюпинск. Зарабатывать, моя полы в подъездах.
– Так, что сделала эта клиника? – Вова садится прямо на стол. Его грустные голубые глаза смотрят на меня через толстые линзы очков. – Это же… Репродуктивная клиника… Погоди, уж не та ли, где ты хранил свой биоматериал?
– Та, – киваю и отворачиваюсь. – Та самая, куда я сдал сперму восемь лет назад, когда мне поставили диагноз…
Откашливаюсь. Вова знает что у меня с этим проблемы. И знает, что до того, как все угасло окончательно, я успел сохранить свою сперму. На всякий случай. И теперь, когда стало понятно, что лечение не помогло и ждать чуда не стоит, я хотел ею воспользоваться, но…
– Ты обратился в эту клинику, и?
– И все, – снова поворачиваюсь к окну и, сдавленно вздохнув, касаюсь лбом стекла, – Они потеряли мою сперму. Нет ее. Безвозвратно.
– Ты шутишь, – охает Вова, – Они не могли ее просто потерять! Это же не связка ключей!
Да-да, я тоже офигел когда мне об этом сообщили!
– Но ее нет! – рявкаю, – Я сегодня трахнул в голову весь руководящий состав. Я пообещал посадить этих уродов! Только толку.
– То есть они ее потеряли. Но как? Не в ведро же выкинули? Она должна где-то храниться… – Вова спрыгивает и подходит ко мне ближе, – Так просто не может быть, ты подумай!
– Ты не поверишь, – усмехаюсь, – У них есть версия, что мой биоматериал использовали по ошибке.
– В каком смысле? – брат говорит совсем шепотом. Он шокирован не меньше чем я.
– А в том, что какой-то тупоголовый баран перепутал пробирки! – поворачиваюсь и раскидываю руки. – И если все прошло хорошо, то где-то по планете Земля разгуливает мой ребенок! Только даже если это и так, никто понятия не имеет, когда произошла путаница. В какой день и год! Они не знаю ничего! Кто мать, как искать ее, возраст ребенка, пол, сколько их в конце концов!
– Допустим, – откашливается, – Если это все так, ты всерьез хочешь попробовать найти этого ребенка? И плевать кто мама?
– Да, – киваю. – Даже если это шпалоукладчица размером с центнер! Это вообще неважно! Мне нужен наследник! И я буду жарить их директора на медленном огне пока он мне не расскажет куда делся мой биоматериал и пока не найдет моего ребенка!
Вова думает минуту, затем кивает:
– Мы попытаемся сделать все что можно. Но, Феликс, у тебя же есть здравый смысл. Даже если мы найдем эту семью, что уже маловероятно.
– Найдем, и? – скрещиваю на груди руки.
– Вот представь. Вот ты, вот она с ребенком. Что ты предъявишь? А тем более если у этой женщины имеется муж… И муж воспитывает ребенка, – Вова вздыхает, – Ты выступил как суррогатный отец. А может они такую услугу и выбирали, откуда ты знаешь? Может муж этой женщины бесплоден?
– Закон на моей стороне. Если биоматериал мой, то я имею право на этого ребенка.
– Только надо провести тест чтобы это доказать…
Я понимаю логику Вовы. Но я об этом тоже думал. И мой опыт подсказывает, что всегда можно найти выход, были бы ресурсы.
– За деньги можно решить все. И я решу!
Глава 3. Дарья
Сначала мы едем с ребенком домой к свекрам, где малыш впервые принимает ванную. Я его купаю, а Ромочка… Он улыбается. Теплая водичка, приятно! Все суетятся, выбирают самую красивую одежду, не зная как бы нарядить. Тетя Галя объясняет мне, молодой и неопытной матери, как лучше пеленать, попутно вспоминая как родился Максим и как она была счастлива…
Когда мы возвращаемся домой, я уже сильно уставшая. Даю грудь ребенку, после чего укладываю его рядом с собой в спальне, и мы засыпаем.
Просыпаюсь я часа через три. От шума на кухне. Вроде как никого не ждали, но… Кажется Максим решил отметить рождение сына с друзьями. Хотя он уж отмечал, пока я была в роддоме. Ну, значит выписку празднуют. Вроде бы ничего особенного, но на меня накатывает раздражение. Я бы хотела выйти в туалет, потом поужинать, а дома неизвестно кто. И похоже веселье в самом разгаре.
Самое главное, что с Максимом в последние полгода-год стало крайне сложно. И я не понимаю что произошло. Вроде изначально проблем не было, мы жили душа в душу, но в какой-то момент все стало рушиться. Без видимых на то причин.
Пересилив себя, я поднимаюсь. Рома сладко спит, я его не трогаю. Между тем на кухне начинает играть музыка. Как мне кажется ну слишком громко.
– Привет, – выхожу из комнаты. В ответ раздаются аплодисменты и свист сидящей на кухне компании. Это друзья Максима: Олег, Андрей, Саша, Марина, Вика, Алена… Как они все вместе поместились-то?
– Привет юной мамочке! Садись с нами!
Мой взгляд невольно падает на часы. Время – почти десять. Максим смотрит на меня мрачно, вот прям не в настроении человек, хотя вроде как радоваться должен…
– Не сегодня, – с усилием улыбаюсь, – Вы могли бы потише вести себя? Рома спит.
– А мы на него как раз посмотреть хотели, – сообщает тонким голосков Алена, – На кого он больше похож, на маму или папу?
– На всех похож, – вздыхаю, пробираясь через гостей и ставя чайник.
Алена – сестра лучшего друга Максима, Андрея. Девушка она по моим меркам немного странноватая, но что-то в ней есть. Высокая блондинка, улыбчивая, такая зажигалочка. Правда иногда как скажет что, хоть стой, хоть падай.
– И я тоже так считаю! Но Максим говорит что ребенок похож на одного. На тебя. А мы хотим показать, что есть в Ромке и его черты, – она замолкает,
