поэтому ты напечатал на принтере эту филькину грамоту?
– Филькина грамота? – звереет, – Посмотрим что скажет суд на эту «филькину грамоту»! И да, есть женщины, более честные и благородные, нежели ты! Например Алена!
– Да ты что? – вскидываю брови. – Это она сама тебе сказала, что она благородная, или ты самостоятельно пришел к таким выводам?
– В отличие от тебя, она добрая девушка, душевная, она меня готова выслушать, понять! И секс с ней классный! А не как с тобой! С бревном стрючковым! – это он орет так, что ребенок просыпается и начинает плакать. А я стою, не зная как и реагировать.
– Значит ты гулял от меня? С Аленой? – у меня брови на лоб лезут.
– Хватит, Даша! Ты еще здесь?
Боже, какой он пьяный… Потому и проговорился. Я собираю вещи, одеваю ребенка и, кое-как волоча в одной руке тяжелую сумку, а в другой держа Рому, спускаюсь вниз, где меня ждет такси. Два часа ночи. Когда я добираюсь до мамы, уже почти три. Рома капризничает, а я смертельно устала.
Мое появление маму очевидно расстраивает. Я едва успеваю скинуть обувь и куртку когда мама набрасывается на меня с вопросами:
– Даша, что случилось? Ты поссорилась с мужем? Это же глупость! Форменная глупость! Ты не в том положении чтобы демонстрировать характер!
– Я и не демонстрирую, – прохожу в свою бывшую детскую и кладу на кровать завернутого в конверт Рому, – Максим обвинил меня в измене, считает что сын нагулянный.
На мою фразу мама охает и тут же садится на стул.
– Да ты что? Да как он смеет?
– Но самое странное, что мы сегодня сделали ДНК-тест, и он показал что между Ромой и Максимом нет родства, – я раздеваю сына чтобы протереть влажными салфетками, – Но я не понимаю как это могло произойти. Я и правда не изменяла.
– Думаешь лаборатория ошиблась? – от таких новостей мама в шоке. Но в ее тоне проскальзывает упрек, и я с тревогой поворачиваюсь к ней.
– Или лаборатория ошиблась, или Максим подделал результаты. К тому же он признался что у него есть любовница…
– Ну есть она или нет, это дело двадцатое… Понимаешь, что если ты нагуляла Рому, то ты виновата больше?! – мама это произносит с такой уверенностью и даже осуждением, что у меня вытягивается лицо.
– Если оба изменяли, то значит оба и виноваты. Только у меня никого не было!
– Тогда можно сделать второй тест, в другой клинике, – мама пожимает плечами, – например попросим Женю. Узнаем, является ли он дедом Ромы? И если нет, ты сама понимаешь… Ситуация получается очень некрасивой.
Глава 6. Дарья
Ночь я сплю ужасно. Мне снятся липкие кошмары, будто чья-то черная рука пытается дотянуться то до меня, то до лежащего в кроватке Ромы. И я пытаюсь схватить сына, но что-то мешает, я будто двигаюсь в какой-то черной и липкой жиже.
А когда я просыпаюсь, то в темноте нащупываю лежащего рядом сына, чтобы убедиться что все в порядке. И вспоминаю что я не у себя дома, я у родителей… Вряд ли теперь у меня есть свой дом.
На следующее утро у матери собирается вся семья. Родители Максима, его сестра, мои родители. Только самого Максима нет. Когда мама пытается до него дозвониться, он зло отвечает, что больше со мной общаться не планирует. Потому что я… В общем понятно кто.
Дядя Женя и тетя Галя приходят аж в девять утра, оба непривычно притихшие, со сжатыми губами. Мне ничего не говорят… Не оскорбляют. Но это видимо пока что.
Мы сидим на кухне за чаем… Рома лежит у меня на руках, милый, угукающий. Вот только больше не вызывает умиления и радости окружающих. Но он единственное светлое пятно на этой кухне. И точно не понимает, что происходит… Что очень может быть завтра из всей семьи у него останусь только я.
Рома не сводит с меня своих голубых глаз, хватает ручками пуговицу халата… Как бы все было идеально… Если бы не!
– И что вы предлагаете? – разрезает тишину дядя Женя.
– Сделать повторный тест, – мама разводит руками, – Даша уверена что произошла ошибка.
– А может ребенка перепутали? – включается в разговор Ира, сестра Максима, – Бывает же такое…
– Нет, – я тут же мотаю головой, прижимая Рому чуть крепче. Я точно, на сто процентов знаю, что это мой сын! Моя кровинушка.
– Подожди, – тетя Галя показывает мне жестом чтобы я замолчала, – Делаем так: мы сейчас едем в другую лабораторию, где сделаем два теста: на родственные связи между Дашей и Ромой. А также являются ли Ира и Рома теткой и племянником.
– Хорошо, – вздыхаю. И почему-то я уже знаю ответ. Не будет Ира тетей Роме… Интуиция орет что и правда что-то произошло. Только что?!
Мы едем в лабораторию в обед. Снова все процедуры с бедным Ромой. Все грустные, без настроения… А мне хочется сквозь землю провалиться! Я понимаю, какая трагедия для свекров узнать, что на самом деле Рома не долгожданный внук… Это будет не то чтобы скандал. Это конец.
Мы возвращаемся домой в тяжелейшем молчании. Экспресс-тест будет готов через несколько часов. И я не могу ни есть, ни пить… Я жду результатов как преступник ждет казнь. Если выяснится что Рома не сын Максима, то я… Я стану изгоем даже в собственной семье. Но ведь у меня ни с кем ничего не было!
Нет, если не было, то значит и бояться нечего. Но я боюсь.
Курьер привозит результаты анализов к восьми вечера. Мы с Ирой расписываемся, после чего обе передаем конверты дяде Жене. Все снова садятся за стол. Мое сердце бьется как сумасшедшее, руки дрожат. Это хорошо еще что я ребенка спать уложила! И он не чувствует что у матери почти истерика.
Сначала распаковывают мое письмо… И да, вероятность что мы с Ромой родственники – девяносто процентов.
– Не подменили, – весело заключает Ира. Однако остальные присутствующие не так оптимистично настроены. Между тем дядя Женя открывает второе письмо… Он читает его первым. После чего бросает на стол, поднимается и идет на балкон курить. Следом письмо хватает тетя Галя, пробегает по нему глазами и с сожалением передает моей матери.
– Нагуляла… – это слово звучит как-то ужасно, больно и несправедливо. Я сижу, не живая, не мертвая. Я вижу как письмо перечитывают все, все вздыхают… И никто на меня не хочет смотреть. Наверно это шок. Или омерзение.
– Ты хоть объяснишь? – произносит Ира. Она кстати девчонка-то хорошая.
