Рука прошла сквозь ее тело!
Даймм убежал тогда от женщины, убедив себя в том, что это был обман чувств вследствие избытка вина и плохого освещения, некоторое время ему казалось, что так оно и есть. Но вскоре проклятие старика стало обретать полную силу. Тело Даймма становилось все более призрачным, хотя иногда он снова обретал плотскую оболочку.
Даймм посвятил все свое время тому, чтобы попытаться найти спасение от страшного недуга. Он употребил все свои знания, все доступные средства.
Но все было напрасно. Все больше и больше времени ему приходилось проводить в образе существа, созданного скорее из пара, нежели из плоти. Проходили дни, порой недели, прежде чем он вновь обретал материальную оболочку. Большая часть его заклинаний по-прежнему имела силу, а когда ему необходима была вещественная рука, он прибегал к помощи одного из своих слуг, используя его в качестве дублера, но плотских удовольствий теперь для него более не существовало. Он не мог наслаждаться ни едой, ни питьем, ни женщинами.
Впрочем, пятьсот лет - это долгий срок, и в результате непрерывных поисков спасение стало казаться таким реальным. Часть лекарства удалось добыть в одной из священных пещер Стигии. Еще одну часть слуги доставили ему из разрушенного храма на острове Сиптаха. Лазутчики Даймма рыскали по Черным Королевствам - Кушу, Дарфару, Кешану, Пунту, а также по холодным землям Ванахейма и Асгарда. Не существовало непреодолимых препятствий, ни одна страна не могла быть слишком далекой, никакая цена слишком высокой, если появлялась надежда приобрести необходимое.
Наконец Даймму удалось заполучить почти все составные части вожделенного лекарства - кроме одной. А последняя часть, в которой заключалось теперь спасение Даймма, находилось практически в его собственном царстве. Он не пожалел бы ничего, чтобы получить это, то, в чем он так нуждался. Конец его мучениям был совсем рядом, оставалось, может быть, каких-то несколько дней до того, чтобы вновь обрести плоть. На пути к этому он не остановился бы ни перед чем, пусть даже пришлось бы разрушить целое царство!
Его раздумья были прерваны сквозняком, который внезапно поднял его с трона и отнес немного в сторону. Кто-то оставил открытой дверь или окно, он будет наказан смертью за свою оплошность. Но скоро настанет конец подобным унижениям, и горе тогда тому, кто осмелится встать у Даймма на пути.
Глава 1
Узкая горная тропа была усеяна острой галькой, но молодой человек, карабкающийся по ней вверх, обладал проворством и силой. Он был из Киммерии, и дети в его горной стране учились ходить и карабкаться по кручам одновременно. Киммерийца звали Конан. Косые лучи заходящего солнца отражались в его голубых глазах, мужественное лицо обрамлено мохнатой черной гривой, ниспадающей на широкие мускулистые плечи. На спину Конана была накинута дубленая шкура волка, на нем были надеты короткие кожаные штаны, обут он был в сандалии с ремнями, обтягивающими сильные икры. После заточения в гигантском лабиринте подземных пещер, где он со своими тогдашними спутниками десятки раз подвергался смертельной опасности, Конан наслаждался вольным простором, всей грудью вдыхая прохладный горный воздух.
Киммериец направлялся в Шадизар, где он надеялся заняться прибыльным там ремеслом вора. До их краев дошли слухи, что с помощью сильных рук, ловкости и острого лезвия можно неплохо прожить в Шадизаре. А если к этому прибавить быстрые ноги и немного везения, то наверняка такой, как Конан, сможет стать богатым. Киммериец был молод, но уже довольно опытен, что давало ему право считать, что пора бы добавить к своим достоинствам еще и богатство.
Путешествие отнимало у Конана больше времени, чем он предполагал затратить на такой переход, боги продолжали возводить на пути молодого киммерийца препятствия. Конана пытались сбить с пути колдуны и чародеи, одолеть чудовища. Он прошел пустынные края, некогда принадлежавшие давно умершей женщине-зомби Туанне и злой ведьме - хозяйке пещер Чунте, где его любовный пыл был более чем удовлетворен.
Теперь Конан продолжал свой путь и был счастлив тем, что остался один. Вдруг он услышал какой-то шум, раздававшийся на расстоянии нескольких шагов, там, где тропа резко сворачивала направо.
Шум был еле слышный, едва уловимый даже для острого слуха киммерийца, но Конан, привыкший к подстерегающей его опасности, тотчас же остановился и вынул из ножен висевший у него на боку древний меч из голубоватой стали. Рукоять тяжелого и прочного клинка была обмотана простым сыромятным ремешком. Меч достался Конану в схватке с ожившей мумией великого воителя давно уже минувших лет. И теперь киммериец тщательно ухаживал за благородным оружием, с помощью точильного камня поддерживая клинок острым как бритва.
Схватив меч двумя руками, как это всегда делают воины-монахи, которых Конану довелось как-то повстречать в одном горном храме, киммериец пошел по тропе, стараясь ступать так аккуратно, чтобы ни один камешек не хрустнул под его ногами. Он был достаточно опытным для того, чтобы не рисковать так глупо. Его богом был Кром, и от своего бога при рождении Конан получил жизнь и волю, все остальное - дело рук человеческих. И если в критической ситуации не удавалось должным образом воспользоваться даром бога, бесполезно звать его на помощь.
Вжавшись в каменную стену, вдоль которой вела тропа, Конан медленно продвигался вперед. Дойдя до конца стены, Конан быстро шагнул вперед, держа меч таким образом, чтобы быть готовым в ближайшую секунду поразить врага.
Прямо впереди, где гора была несколько разрушена, тропа значительно расширялась. Конан увидел, что в глубокой расщелине, спиной к камню, стоит полуобнаженная женщина с длинным копьем в руке. Она окружена пятью драконами размером в человеческий рост. Шестой дракон лежит недалеко от развернувшейся сцены, в луже собственного гноя и крови. В его лапах был зажат лоскут материи, который, по-видимому, являлся некоторое время назад дополнительной частью одеяния женщины, которое сейчас состояло лишь из набедренной повязки.
Казалось, этот кусок тряпки стал чересчур дорогим трофеем для гигантского ящера.
В голове Конана пронеслись его недавние приключения, и первое, что пришло ему на ум после осмысления происходящего, было:
Зеленовато-серые чешуйчатые драконы стояли на задних лапах, опираясь на длинные хвосты, у них были заостренные морды и желтые глаза; судя по всему, у этих тварей боковое зрение было отличным. Ближайший к Конану почувствовал присутствие чужака и повернул голову. Киммериец стоял настолько неподвижно, что тварь снова перевела взгляд на женщину. Впрочем, чудовище приметило вжавшегося в камни варвара. Тварь издала шипение, обращая внимание остальных ящеров.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
