помнит о них никто в Яви.
— Но как я здесь оказался? И почему здесь всё такое…
— Не спеши, потомок, всё разъясню, но по порядку. Для начала, ты должен знать, что мы Боги, живём только за счёт веры людской и от их даров, и обрядов силу имеем, а если нет в нас веры, то засыпаем мы сном беспробудным сил лишённые. А так как никто уже в нас, богов славянских, не верует, то и сил у нас почти не осталось, есть, конечно, те кто искренне верует, но мало их, да и обряды и требы они неправильно доносят, потому и мало сил у нас, и с каждым годом всё меньше. Спит уже сном беспробудным и Перун, и Ярило, и дети мои, и братья, только мы с Мореной остались, да и то, чувствую скоро сгинем.
— Но как я могу помочь? Я же так же не верил и никаких обрядов не совершал.
— Вот тут ты ошибаешься, вспомни, как лет пятнадцать назад, гулял ты с девкой одной, а она тебя с собой на сборище утянула, — что-то такое всплыло в памяти, рыжие волосы, лес, кое-как вырезанные идолы, — там ты и присягнул мне, причём слова подобрал правильные, да и говорил искренне, так что я услышал.
— Но обряды, то мной не совершались.
— Эх, какой непонятливый, ты дома людям строил? Строил. Металл ковал? Ковал. Горшки в печи обжигал? Обжигал. А это и есть обряд поклонения мне, своими руками творить и душу в своё творение вкладывать. И таких как ты много, и от каждого по капельке, сила ко мне течёт, мало, конечно, но мне хватает, а так как ты мой потомок, да ещё и посвящённый, то и после смерти душу твою умыкнуть от бога иудейского удалось.
— В каком смысле потомок?
— В прямом, ведь род славянский — от богов идёт, каждый из нас людей породил трудом и старанием своим, и родовое имя дал: те, кто род от Перуна ведут — войну в родовом имени славят, Велесовы дети — именами зверей и птиц обозначены, а мои потомки — ремесло своим потомка передают. Так было, есть и будет. А потому — ты мой потомок дальний, пусть непутёвый, но любимый.
— Хорошо, предположим, но зачем я тут? В смысле, сижу здесь и общаюсь с Вами?
— А вот тут самое интересное начинается, видишь ли, миров много, ровно столько же сколько отражений в двух стоящих друг напротив друга зеркалах, и есть не только миры, нашей земле подобные, но и полностью от них отличные, есть места где люди куют себе корабли небесные, есть где силой разума творят всякое, а есть где силой магии свершают величайшие подвиги и творят ужаснейшие злодеяния, но нет среди них места, где родичи мои в силе и славе на потомков своих из Прави взирают. Поэтому покумекали мы с Мореной, да решили, что надо несправедливость эту устранять, и даже как придумали: брали душу посильней, да и отправляли её на перерождение в наш аль в другой мир, да только всё другие боги их сманивали, силой, аль богатством, мы же как сидели обессиленные, так и сидим. И так мы мыкались и эдак, но всё бестолку, тогда решили мы на поклон сходить к соседям нашим иномирным, и обсудить суть да дело, авось получилось бы что. И получилось, нашлись боги светлые и мирные, и предложили они нам договор, посылаем мы в их миры посланников своих, чтобы сил и умений они набрались, да потом домой вернулись, чтобы предкам помочь, не просто так, конечно, а за мзду малую, да и за место в пантеоне будущем, всего двое таких было, но думаю и так справимся.
— То есть я отправлюсь в другие миры? И какие боги согласились на сделку, может я что-то о них знаю? — Выражение лица Сварога после моего вопроса неуклонно становилось суровей.
— Знаешь, знаешь, когда в игрушки на машине электрической играл, о них больше чем о родных богах выведал, — увернуться от могучей оплеухи, мне удалось только чудом, — нет чтобы творить что-то, али просто делом заняться, сидят да жизнь свою растрачивают. Ладно, не бойся, успокоился я, накипело просто, сколько талантов игрульки эти погубили. Так о чём я? Ах да, боги. Первым, с кем нам удалось поговорить был Лорхан, вижу знаешь о нём и что он сделал, так что скажу кратко, за возможность покинуть его родную реальность, он и тебя обещал прикрыть от взора остальных небожителей Нирна, и подарочек небольшой предоставить. Место в Прави, себе он ещё не выбрал, ему сейчас главное от благодарных родственников подальше оказаться. Второй с нами заговорила Дезна из Голариона, Великая мечтательница, за помощь тебе в её мире попросила не забывать о ней, когда ты вернёшься. Девка она хорошая и ладная, только с крыльями, так что в такой просьбе отказать ей никак нельзя. Понял, что тебя ждёт?
— Примерно, только как всё это будет происходить? В смысле это же боги, как мне перетянуть их или забрать с собой?
— Ты голову над сложными вещами не ломай, всё до тебя решено. Ну так что, согласен в путь отправиться, чтобы потом домой с дарами вернуться?
Так как немедленного ответа от меня не требовали, я серьёзно задумался. С одной стороны, мне предлагали путешествие, о котором можно было только мечтать, другие миры, магия и многое другое. С другой, что Нирн, что Голарион, те ещё места, начать стоит с того, что разного рода войны, катастрофы и массовые восстания мертвецов — вполне обычные для этих миров явления. Посидев немного перебирая плюсы и минусы, меня вдруг озарило, мне же дали выбор без выбора: приму предложение и, условно, продолжу жить, откажусь и меня ждёт что? Скорее всего ничто, так как терпеть меня в обители богов точно никто не будет. Усмехнувшись самому себе, я посмотрел на лицо Сварога и понял, что как минимум мои размышления для него не были тайной, и получив от него утвердительный кивок, мне только и оставалось, что сказать.
— Я согласен.
— Молодец, даже сам догадался, что к чему, а то были до тебя тут всякие, на меня голос поднимали, всё взад вернуть требовали, или даров божественных, а сами уже раздумывали, как половчее обмануть, да предать. А ты ничего, даже мыслей попросить чего-то не было.
— Так ведь, если здоровым рожусь, то особо ничего и не надо, руки есть, голова на месте, а там как-нибудь выкручусь.
— Правильно, но всё равно
