отец твой вчера рассказывал, что охотник ты не бесталанный. А теперь слушай, что тебя ждёт в будущем, как ты верно сказал, мы — Титанорождённые, воины и кузнецы, потому тебе предстоит освоить и как делать оружие и как им пользоваться, а так как в тебе проснулась кровь великанов, то и учить тебя сражаться нужно будет по-особому. Так что думаю лет до восемнадцати, пока ты не перестанешь расти, я буду учить тебя биться как в одиночку, так и в строю, научу тебя искать железо и делать из него добрую нордскую сталь. Когда же ты будешь готов, тебе предстоит отправиться в путешествие, чтобы найти себе соратников и друзей, а когда твоя жажда приключений иссякнет, ты вернёшься домой, чтобы продолжить наш род.
— Деда, ты так просто говоришь о том, что оправишь меня путешествовать? Разве я не должен буду продолжить дело клана или своих родителей?
— Мало ты ещё знаешь, внучек, поколения сменялись, а жажда странствий в нашей крови так и не утихала. Поэтому пусть лучше ты отправишься в путь с лёгким сердцем, зная, что есть место, где тебя всегда примут, чем сбежишь, разругавшись со всеми родичами.
Замолчав, дед продолжил смотреть куда-то вдаль, а мне пришлось о многом задуматься, уж не поэтому ли клан Титанорожденных такой маленький, что большая часть его членов погибает в странствиях? Впрочем, неважно, пока я размышлял о будущем, а дед правил повозкой, лошадка тащила нас в сторону Вайтрана, так продолжалось до вечера, пока не стало темнеть. Так как поблизости не было никакого человеческого жилья, дед решил переночевать на свежем воздухе, быстро достав из поклажи спальники, он занялся организацией лагеря, послав при этом меня собрать хвороста и набрать воды в ближайшем ручье, журчание которого слышалось с места стоянки. Так как ручей был ближе, я решил сначала сходить до него, прихватив два ведра, одно для нас, одно для лошади. Стоило мне закончить с водой, как я тут же отправился в ближайший лесок, прихватив с собой подаренный нож и небольшой топорик, для рубки веток. Так как дорога по которой мы ехали пользовалась популярностью у путешественников, по ней ходили караваны в Данстрар и Винтерхолд, с хворостом возникли проблемы, и мне пришлось искать и рубить засохшие ветки, провозившись до темноты, я еле успел вернуться на стоянку, пока не стало слишком темно, чтобы разглядеть, что происходит под ногами.
Разведя огонь и приготовив нехитрый походный перекус, мы с дедом ещё долго сидели у костра, он рассказывал мне о первых нордах, прибывших на эту земли из Атморы, о Ночи Слёз и падении Саартала, и о том, как Исграмор вернулся и отомстил поганым эльфам, где-то на моменте, когда величайшие норды загнали фалмеров под горы, меня сморил сон. Проснуться мне пришлось от того, что телега наскочила на выступающий камень и всю её неплохо тряхнуло. Протерев глаза, я понял, что проспал как минимум до полудня и совсем недавно мы проехали Белую сторожевую башню, силуэт которой виднелся вдали. Получив от деда несколько кусков мяса и флягу воды вместо завтрака, и скорее всего обеда, мне ничего не оставалось, кроме как быстро проглотить предложенное и сесть на козлы.
Через пол часа пути на горизонте появился Вайтран и по сравнению со своим игровым воплощением реальный город сильно выигрывал. Первым мною был увиден Драконий Предел, он стоял на скале и возвышался над остальным городом, ниже него виделась гигантская птица, вырезанная из камня, видимо это и есть Небесная кузница, где куют оружие Соратникам. Чем ближе мы подъезжали, тем больше деталей удавалось рассмотреть, в Ветреном районе цвёл Златоцвет, недалеко он него виднелось днище драккара, превращённого в крышу Йоррваскра, основные достопримечательности окружали дома зажиточных горожан и длинные дома кланов. Равнинный район поражал своими размерами, раскинувшись на добрый километр от основания скалы, которую венчала резиденция ярла. За пределами стен каждый клочок земли был засеян, многочисленные фермы тянулись, казалось бы, бесконечно. Так как был уже разгар дня, на полях работали люди, который видя моего деда или не обращали на него внимания, или приветливо махали ему руками.
Оставив телегу и лошадь в превратной конюшне, мы с дедом направились к городским воротам, стражники на которых тут же пропустили нас. Проходив остаток дня по городскому рынку, вечером мы направились в Ветреный район, как сказал дед, ночевать мы будем у его друзей. Дойдя до одного из клановых домов, дед со всей дури замолотил кулаком по входной двери, заставив при этом дрожать всё здание.
— Шоровы кости, кто бы ты не был, сейчас я открою дверь и проломлю тебе череп, сраный ублюдок, никто не смеет ломать дом Сынов Битвы! — послышалось после четвёртого удара по двери.
— Так иди и попробуй старый пердун, — ответил неизвестному дед, немного изменённым голосом.
Когда дверь наконец распахнулась, из неё тут же выскочил седовласый норд, с двуручной секирой в руках, за ним в проходе стояли несколько человек, похожих друг на друга как ближайшие родственники, в руках они так же сжимали различное оружие. Выскочивший первый старик, после того как привык к ночной темноте, взглядом упёрся куда-то в живот деда, и чем выше он поднимал взгляд, тем шире у него растягивалась улыбка.
— Эрик, чёртов ты великан, какого хрена ты решил развалить дом моих предков на ночь глядя, — не смотря на напускную серьёзность в голосе, было понятно, что старик рад видеть гостя.
— Да вот подумал, что давно пора его перестроить, а то он и сотни лет не простоит, вот и решил начать его разбирать прямо сейчас, — как и у его оппонента, на лице деда была широченная улыбка, мне и тем, кто остался в доме, оставалось только наблюдать за перепалкой старых друзей.
— Этот дом простоит столько, сколько будут жить Сыны Битвы и не часом больше. Рад тебя видеть старый друг.
— Я тоже, извини, что без приглашения, не против приютить меня с внуком на одну ночь?
— Конечно, какие вопросы, проходите, располагайтесь, мы только успели сесть за стол, — закинув секиру на плечо, старый норд пошёл обратно в дом, где его группа поддержки уже потихоньку расходилась, возвращая оружие на стены.
Стоило войти в дом, как нас тут же усадили за стол, дед сел рядом с главой клана, а меня посадили рядом с парнями и девушками, на вид лет шестнадцати. Дородная женщина тут же поставила передо мной тарелку, на которой дымилась внушительная порция каши с мясом. Так как последний приём пищи у меня был
