Такой эффект давала встроенная в систему передач и напоминающая спортивный снаряд штанга. Те блины, двигаясь по окружности, и создавали подъемную силу. Если каждая точка диска в верхней части своей орбиты двигается против вращения всей системы, а в нижней — по ходу вращения, то появляется дополнительная сила, действующая вверх и помогающая преодолевать силу тяжести.
Впрочем, для Вейника этот опыт важен не сам по себе, а как иллюстрация к его теоретическим трудам. Поэтому оставим пока весы в покое и послушаем ученого.
— Первоосновой всех вещей философы древности считали огонь, воду, воздух и землю, — говорит Альберт Иозефович. — Сейчас эти идеи кажутся нам наивными, однако в них все же заложен глубокий смысл. В моей гипотезе, которую я высказал еще 35 лет назад, и которая должна, на мой взгляд, в корне перестроить наше миропонимание, тоже существуют своеобразные первокирпичики из которых построен мир — и так называемые элементарные частицы, атомы, молекулы, и все тела природы, включая нас с вами.
В опытах мне удалось обнаружить семь таких простых веществ: хрональное (от греческого хронос — время), оно придает телам природы свойство длительности, например, длительности существования, то есть задает темп всем процессам; метрическое, наделяющее тела свойством протяженности, есть также первокирпичики, заставляющие тела вращаться, колебаться, проявлять тепловые, электрические и магнитные свойства. Если какого-либо первокирпичика в теле нет, то оно не обладает соответствующим свойством. Например, у фотона нет электрического заряда — он и не воспринимает электрическое поле. Удалось доказать, что теплота — это не хаотическое движение частиц, а явление, вызванное специфическим тепловым веществом. То же самое и с магнетизмом. Я считаю, что он не порождается электричеством, а есть самостоятельное явление, обусловленное существованием магнитного вещества.
— Альберт Иозефович, во мне, очевидно, много «колебательного» вещества, поэтому подкрепите, пожалуйста, свои выводы, которые не совсем согласуются с общепринятыми представлениями.
— Начнем с хронального вещества. Догадываясь, что хрональное явление должно быть распространено в природе столь же широко, как тепловое и электрическое, я воспользовался обнаруженным пристрастием хронального вещества аккумулироваться на границах раздела сред и изготовил несколько типов конденсаторов. Самый простой — вот он, — и ученый показал небольшое сооружение из картона, напоминающее модель многолопастной турбины. — Я назвал эту конструкцию «ежом». Она способна собирать из окружающей среды и концентрировать в центре хрональное вещество. В многочисленных опытах часы, помещенные в центр «ежа», изменяют темп своего хода на несколько десятых долей секунды в сутки.
— Стало быть, если я намагнитил часы и они стали врать, то тем самым я их испортил или «изменил ход времени»?
— Испортили. Ведь извлеченные из «ежа» часы снова начинают идти нормально. Но ваш скепсис я все же понимаю. Вполне можно допустить, что в часах происходит какой-то естественный разброс точности хода по другим причинам. Но как тогда объяснить «другими причинами» изменение скорости радиоактивного распада? Ведь такие процессы используют в качестве эталонов времени. И тем не менее, в опытах с радиоактивным торном мне удавалось заметно (на 7–8 процентов) влиять на скорость распада его атомов с помощью того же «ежа». Эксперимент с электромоторами, который я вам продемонстрировал, тоже работает на доказательство существования хронального вещества. Именно поток этих мельчайших частиц хрононов, носителей хронального вещества — создает внутреннюю подъемную силу, способную изменить вес тела.
На этом принципе, думаю, будут действовать летательные аппараты будущего, которые за мгновения смогут покрывать колоссальные расстояния, поскольку скорость самих хрононов, по моим опытам, может значительно превосходить скорость света. Излучаться хрональное поле, создающее подъемную силу, может вращающимся в замкнутом кольце потоком элементарных частиц. Такой звездолет, который, кстати, из-за особенности двигателя должен иметь форму диска или летающей тарелки, будет преодолевать гравитационное поле за счет хрононов, а не реактивных струй.
Если уж фантазировать дальше, то можно предположить, что летать такая «тарелка» может одинаково успешно как в воздухе, так и в воде и в твердых телах. Поскольку мной установлено, что тела, заряженные хрональным веществом, взаимно отталкиваются, то с уверенностью можно сказать, что сверхмощный хрональный поток, направленный по курсу полета, будет раздвигать атомы любой среды и корабль фактически станет двигаться в вакуумном коридоре. В космосе, например, таким образом будет решена проблема метеорной защиты. Хрональный луч рассеет и отбросит в сторону любой метеорит. Впрочем, все, о чем мы сейчас фантазируем, вероятно, давно используется инопланетными цивилизациями при создании звездолетов.
— Но если фантазировать дальше, то как экипажу НЛО или нашего перспективного корабля избежать на такой скорости перегрузок при маневрах? Ведь это будут не мелкие неудобства, а опасность превратиться буквально в «мокрое место»?
— Вопрос резонный. Здесь космонавтам опять поможет хрональное поле. Скажем, перегрузки при маневре ожидаются порядка 14000 G. Ни один биологический объект такого не выдержит. Но если внутри корабля увеличить интенсивность хронального поля в сто раз, то, по второму закону Ньютона, в знаменателе ход времени увеличивается в сто в квадрате, то есть в десять тысяч раз. Тогда и перегрузки станут не четырнадцать тысяч G, а всего 1,4 — как в троллейбусе.
Еще одно любопытное и не нашедшее объяснения явление: при испытаниях ядерного оружия, по американским данным, присутствовавшие при взрывах солдаты видели несколько мгновений свои скелеты. Как это могло случиться, если гамма-излучение незаметно для глаза? Ответ опять-таки помогает найти хрональное поле. Я считаю, что при ядерном взрыве высвобождается и огромное количество хрональных частиц, которые обладают способностью измените частоту (темп колебаний) гамма-излучения и переводить его в видимый диапазон.
И еще. Многие шаровые молнии, по показаниям очевидцев, обладают странной особенностью: они ярко светятся, но окружающих предметов при этом не освещают. Здесь, на мой взгляд, присутствует снова союз хронального поля и гамма-излучения. Переведенные хрональным полем в видимую область, гамма-лучи видны, но поскольку их проникающая способность не изменилась, то они не отражаются от предметов, а проходят сквозь них.
Большое значение имеет также метрическое явление. Поскольку, по моему убеждению, пространство — это вещество, то если тело или частица не имеет этого вещества, то не имеет протяженности и массы. При таких условиях ему можно придать практически любое ускорение, затратив ничтожно малую силу. Интересная деталь: коль нет массы и размеров, то объект может свободно проникать сквозь любую среду. Сквозь стену, например. Так, что фантасты не так уж далеко и уходят от здравого смысла, когда наделяют своих героев такими способностями.
— В какой мере первокирпичики помогли вам сформулировать теорию?
— Я определил все эти вещества и их поведение с помощью особых количественных мер и, оперируя этими мерами, развил свою теорию. Первые же шаги привели меня к математическому выводу семи фундаментальных законов, или начал, которым подчиняется природа. Первое начало — это известный закон сохранения энергии. Второе — новый закон сохранения количества вещества во всех процессах. Третье и четвертое — новые законы, определяющие всеобщую связь явлений природы и количественно выражающие мечту философов, которые всегда говорили о наличии подобной связи. Пятое и шестое — это известные законы, определяющие процессы переноса вещества, за которые Онзагеру в 1968 году была присуждена Нобелевская премия. Наконец седьмое — это новый всеобщий закон трения.
— Альберт Иозефович, насколько я понял из нашего разговора, хрональное вещество — ваше любимое детище и с ним связаны самые интересные явления как в неживой, так и в живой природе. Возникает такой вопрос: если количество этого вещества влияет на ход времени, то не объясняете ли вы воздействием хронального поля такое понятие, как «биологический возраст», когда скорость старения двух организмов одного и того же вида может заметно отличаться?
— Объясняю. Человек, да и любой другой организм излучает хрононы, находится в постоянном контакте с хрональными полями окружающих его предметов, живых существ и ему далеко не безразлична эта обстановка. Оказалось, что картонный «еж» действует не только на часы, но и на меня. Первые три дня работы с прибором я чувствовал необычайный прилив сил, мог много трудиться, но затем наступила передозировка. Меня стало тошнить, кружилась голова, появился звон в ушах, упало давление и все это продолжалось до тех пор, пока я не догадался вынести «ежа» из квартиры.
