Никто не должен был знать, что он всего лишь ребенок.
Он прочистил горло и выбрался из Раба 1 в ангар.
Воздух Татуина ударил его подобно кулаку. Горячий, сухой воздух, настолько пропитанный песком и пылью, что он чувствовался на языке, несмотря на защиту шлема. В нескольких метрах маленькие дройды обслуживания суетились и катались под другим кораблем. Везде были разбросаны топливные шланги и ремонтное оборудование. Боба смотрел вокруг в поисках кого‑нибудь ответственного стоя насколько возможно прямо, чтобы выглядеть уверенным.
— Сэр! — мягкий голос приветствовал его, узнавая корабль. — Джэнго Фетт, да?
К нему приближалась блестящая фигура — посеребренный административный дройд 3Д-4Икс. Его тупая голова в форме трубы вертелась, когда он смотрел на Бобу и Раб 1.
— Фетт. Все правильно, — сказал Боба. Он почувствовал волну облегчения. Дройда одурачить проще, чем человека или другое существо. — Мне нужно оставить здесь корабль на время.
— Очень хорошо. Очень хорошо, — произнес дройд. Он замер. Боба слышал искаженный поток звуков, доносящийся из передатчика. Через мгновение дройд повернулся к нему.
— Хозяин Кинкс желает напомнить, что на вашем счету небольшая задолженность.
Боба сглотнул. Он чувствовал, как будто его лицо плавится под шлемом. Он глубоко вздохнул, расправил плечи и сказал: "Я знаю об этом. Вот…"
Боба вынул кредитный чип — все, что осталось от состояния его отца. Дройд просканировал его и повернул голову:
— Этого недостаточно.
— Это я тоже знаю, — быстро сказал Боба. Он был рад, что дройд не может видеть его лица. — Сообщи хозяину, что встречаюсь с Джаббой Хаттом по кое–каким старым делам. Как только я встречусь с Джаббой, я полностью расплачусь.
— Хозяин Кинкс утверждает, что…
Боба тряхнул головой.
— Я уверен, что твой хозяин не хотел бы, чтобы из‑за него я опоздал на встречу с Джаббой, — сказал он предостерегающим тоном, который он много раз слышал от отца. — Конечно, я могу сообщить Джаббе, что задержусь…
Боба повернулся, сделал шаг обратно к кораблю. Его дыхание стало слишком частым. Что, если дройд знал, что он блефует?
Позади себя он слышал подвывание передатчика 3Д4Икс.
— Очень хорошо, — сказал дройд. Его мягкий голос звучал слегка обеспокоено. — Конечно, мы не хотим задержать вашу встречу с Джаббой Хаттом. Будет ли вам нужно что‑то еще к вашему возвращению?
Боба ухмыльнулся под шлемом. Почему нет?
— Да, — сказал он. — Пожалуйста, обеспечьте полный ремонт и пополнение запасов моего корабля. И заправьте его.
— Очень хорошо, сэр, — дройд решительно двинулся в сторону дройдов обслуживания. — Эй, вы там! Бросайте все и быстро сюда!
Боба смотрел, как дройды начали окружать Раб 1, с жужжанием и гудками. Затем он повернулся и направился к пандусу, который вел вниз на улицы.
Возможно, будет легче, чем я думал! Он одернул мундир спереди и пошел наружу, с высоко поднятой головой. Я иду, Джабба!
Менее чем через минуту он безнадежно заблудился.
Глава 3
С высоты Мос Эспа выглядел запутанным, но не хаотичным. Боба увидел улицы и переулки, даже основные дороги, ведущие в пустыню. Все было сложно, но он предположил, что здесь была система. И если есть система, он поймет, как ее использовать.
Но, как только он шагнул с выступа ангара, Боба осознал, что здесь не было системы. Не было логики, за исключением логики продажи, покупки и воровства.
На какой‑то момент Боба забыл, что надо держать себя в руках.
— Ого, — выдохнул он в изумлении.
С воздуха Мос Эспа, как и все на Татуине, казалось, был одного цвета. Цвета песка, пыли, голых камней.
Но сейчас, стоя посреди всего этого, Боба понял, что все было не так. Отец как‑то рассказывал ему, что можно увидеть мир в песчинке. Сейчас Боба чувствовал что‑то похожее, глядя вокруг.
Вокруг него кружил водоворот оттенков золотого, бледно желтого, почти белого. Древние строения, сделанные из камня и кирпича, дороги, вымощенные ломаным булыжником и переулки с утоптанной грязью. Здесь были влагосборщики, ржавые цистерны и сломанные бесполезные влагоиспарители.
И везде были живые существа. Они спешили мимо него, кутаясь от безжалостного ветра и пыли. Он видел группы маленьких джав в пятнистых, грязного оттенка, одеждах с капюшонами. Их желтые глаза злобно горели, когда они проходили мимо. Некоторые из них ехали на высоких спокойных ронто, которые поворачивали свои рогатые головы, чтобы невозмутимо взглянуть на Бобу.
Здесь были болтающие торговцы, продающие воду и контрабанду. Здесь были феоринские пираты с фиолетовыми щупальцами вместо челюстей, и красиво одетые женщины с большим количеством украшений и в масках, направлявшиеся в казино Хаттов.
— Магравианскую пряность, господин? — прошипел голос в шлем Бобы. — Она сделает ваши рефлексы острыми, как когти крисалайда!
Боба тряхнул головой, когда родианец с большим рылом быстро протянул к нему грязную руку.
— Нет, спасибо, — сказал Боба. Он сделал несколько быстрых шагов на улицу.
— Гегауураааи! — прокричал голос.
Боба взглянул вверх и увидел огромную фигуру направляющуюся прямо на него. Это была банта, ее большое покатое тело качалось вперед–назад. На ее спине стоял вооруженный таскенский разбойник. Боба удивленно уставился на него: он знал, что не часто можно увидеть кого‑то из них так далеко от их дома в пустыне.
Разбойник закричал на Бобу угрожающе. Боба не понял, что он говорил, но он знал, что это значит.
Шевелись!
Боба бросился в сторону. Он почувствовал, как банта хлестнула его жесткими волосами, когда с шумом проходила мимо. Он слышал, как посох разбойника со свистом прорезал воздух прямо над ним.
"Еще бы чуть–чуть…" — подумал Боба.
Он спешил. Перед ним стояло шумное ветхое здание — кантина. Дройды и разные существа, вновь прибывшие иммигранты и местные — все толклись перед ней или пробирались внутрь или наружу. Подозрительные мужчины в пыльной одежде торговали существами в клетках — кричащими никами с Амбрии, похожими на крабов суури, фосфоресцирующими боии в стеклянных шарах.
— Молодой воин! — позвал низким голосом контрабандист, когда Боба проходил мимо. — У меня есть бластеры, очень точные, дешевые, очень точные.
Боба не обратил внимания. Только приблизившись к дверям кантины, он пошел медленнее.
Изнутри доносились звуки пьяного пения, приглушенные крики, щелканье шаров для манг–ти. И, что было лучше всего, запах еды.
Боба остановился. Его рот наполнился слюной. Он знал, что денег не осталось, но, может быть, у него получится стянуть тарелку объедков. Взрослые были известны тем, что не съедали все с тарелок. Он огляделся, убедился, что шлем надежно сидит, и толкнул дверь.
Звук внутри был оглушительным. Таким же был массивный охранник ногри, пристально смотревший на Бобу.
— Покажи все оружие! — крикнул он. — Это тебе не кантины Мос Эйсли — у нас здесь не бывает перестрелок.
Боба поднял пустые руки. Ногри грубо его обыскал. Боба затаил дыхание. Он боялся, что охранник может поднять шлем и увидит, что он не невысокий воин, а ребенок.
К счастью у ногри не было на это времени. Вслед за Бобой появилась шумная компания вуки.
— Проходи! — крикнул он Бобе, показывая жестом внутрь. — Следующий!
Боба быстро шагнул через проход в главное помещение. Длинный бар в пурпурных неоновых лампах занимал его центр. Везде вокруг были расставлены столы. Трубы играли, добавляя свою музыку к общему шуму. Везде были разные существа и люди. Склонив головы друг к другу, они строили заговоры и планировали или просто ели и пили. Дройды прислуги сновали вперед и назад, очищая тарелки и доливая напитки.
Боба огляделся.
— Вот! — прошептал он. Почти в конце комнаты он высмотрел оставленный стол. На нем еще оставались тарелки. Боба быстро осмотрелся, убедившись, что до него никому нет дела. Он, как бы между прочим, начал пробираться к столу.
— Да! — прошептал он себе. — Есть!
Кто‑то оставил целую тарелку робы нетронутой. Рядом дымилась тарелка с горой бобов яна. Боба приблизился, схватил робу и положил в рот.
Все еще теплая! Он откусил, прожевал и проглотил; затем потянулся к яну.
