— Рано или поздно люди типа нас попадают сюда, к Либкату. Больше идти некуда.
Боба проследовал за ней наружу.
— Кто такой Либкат? — спросил он.
— Он изгнанный неймодианец, — сказала девчонка. — Во всяком случае, я думаю, что изгнанный. Я не уверена. Остальные дети даже не интересуются, кто он на самом деле. А я интересуюсь. Все время. Он дает нам кров и пищу. Немного, но лучше, чем ничего. Он защищает нас от бандитов Хатта. Взамен мы делаем, что он просит.
— А ты когда‑нибудь видела его по–настоящему? — сказал Боба. — В смысле, именно его, а не голограмму.
— Да. — Йгаба пожала плечами. — Поверь мне — голограмма лучше.
Боба подумал о светящихся злобных глазах, сверлящих его.
— Поверю на слово. А это?
Он показал на ее руку. Йгаба подняла ее, открывая ладонь, чтобы он увидел лишенный век глаз в центре.
— Это следящий глаз, — объяснила она. — Современная нанотехнология и органическое вещество. Когда Господин принимает нас, его медицинский дройд вживляет это в наши руки.
— Он видит через них все, что вы делаете?
— Нет. Это просто мониторы и все. Если мы покинем планету, они запрограммированы выпустить в кровь токсин.
— Это ужасно!
— Я знаю. Поэтому мы его слушаем. Поэтому мы делаем то, что он просит. У нас нет выбора.
Боба задумчиво слушал.
— Ты когда‑нибудь видела его? — спросил он. — Или он только связывается с вами как сейчас?
— О, мы его видели, не волнуйся. Его и его боевых дройдов, — мрачно сказала Йгаба. — Всегда, когда выполняем задание. Он использует нас для выполнения грязной работы — кражи оружия, топлива или воды. Иногда мы прячем для него вещи. Тогда он возвращается и собирает их. Он увозит их и продает.
Боба кивнул.
— Я понял, — сказал он. — Он занимается контрабандой оружия!
Йгаба пожала плечами.
— Думаю, да. Я знаю только, что он забирает все, что мы крадем для него. Ему достается добыча, а нам остатки. Если повезет.
— Он работает один?
— Нет, — сказала Йгаба. — У него есть солдаты. Наемники. И дройды.
Она начала двигаться вниз по переулку. Она тщательно выбирала путь между засохшими сорняками и кучами сгоревшей проводки. Боба оставался рядом с ней. Он пока не надевал шлем. У него было чувство, что он может привлечь больше внимания, если сделает это.
Мандалорианский воин, следующий за группой детей–оборванцев?
Он слегка улыбнулся этой мысли. И погрустнел.
Если бы я был настоящим воином, я бы освободил их, подумал он. Я бы вернул их семьям и заставил Господина заплатить за это!
За ним шли дети. Они толкали друг друга, смеялись и тихо разговаривали.
Иногда один из них останавливался и рылся в куче мусора. Однажды Боба оглянулся. Он видел, как мальчик поднял что‑то длинное и извивающееся с земли и отправил себе в рот.
После этого Боба смотрел только вперед.
— Могу я спросить, что ты делаешь здесь, на Татуине? — спросила Йгаба, когда они прошли еще немного.
Боба колебался.
— Я здесь, чтобы найти Джаббу Хатта, — сказал он, наконец.
— Джаббу? — Глаза Йгабы расширились. — Тогда тебе далеко идти. Его дворец на краю Западного Моря Дюн. Это в нескольких сотнях километров отсюда.
Боба почувствовал внезапную тревогу. "Тогда мне надо найти путь через Море Дюн", — сказал он.
— Погоди, — Йгаба остановилась. Она положила свою руку на его. — Дай подумать.
Она наморщила лоб. Через секунду она возбужденно кивнула: "Да! Готова поспорить, что я права!"
— Что? — спросил Боба. — Скажи мне!
Она пошла быстрее. "Сегодня вечером будут ночные гонки — их спонсирует Джабба, — сказала она. И груз оружия, за которым, как предполагается, мы пойдем — он, возможно, тоже для Джаббы. Спорю на ужин в кантине КиЛарго, что Джабба будет на арене".
Она щелкнула пальцами, смеясь.
Боба смотрел на нее с сомнением.
— Ты уверена? Откуда ты все это знаешь?
— Знать — моя работа. Ты бы удивился тому, что говорят люди рядом с кем‑то нашего возраста.
Боба кивнул. Он подумал о том, какими взрослые могут быть глупыми, и что они не думают о том, что на самом деле могут знать дети.
Впереди переулок переходил в широкую улицу. На дальней стороне улицы виднелась громадная структура.
Большая Арена. Она была достаточно большой, чтобы быть горой, хотя Боба никогда не видел такой живой горы. Везде были толпы существ, а также повозки, спидеры и свупы, ревущие банты и вооруженные охранники, которые кричали на людей, чтобы заставить их двигаться.
— Главные ворота там, — сказала Йгаба. — А северо–западные — там.
Она указала на дальнюю сторону арены.
— Но если ты хочешь найти Джаббу Хатта, тебе лучше быть сзади, у юго–восточных ворот. Аристо идут туда.
Боба нахмурился: "Аристо?"
— Ну, ты знаешь, богачи. У Хаттов собственный вход. Их личное место. Я, конечно, понятия не имею, как ты попадешь внутрь, — добавила она высокомерно.
Боба посмотрел на нее сердито. Потом, неожиданно, засмеялся.
— А никак.
Йгаба улыбнулась. Остальные дети толпились за ней, возбужденно смеясь и шикая друг на друга.
— Мне пора идти, — сказала Йгаба.
Она махнула детям. Они кивнули. Затем, разбившись на группы по двое и трое, они побежали через заполненную людьми улицу. Через несколько секунд все они исчезли, как муравьи в муравейнике.
Остались только Боба и Йгаба.
— Ну, — сказала Йгаба. Она протянула грязную руку.
Боба колебался. Он взглянул вниз, чтобы увидеть, есть ли глаз на ее ладони. Его не было. Он усмехнулся и взял ее руку.
— Удачи, — сказала Йгаба.
— Спасибо, — ответил Боба. — Она мне понадобится.
С улыбкой Йгаба повернулась и собралась прыгнуть через дорогу. На полпути она остановилась.
— Эй, я не спросила, — она окликнула его. — Как тебя зовут?
— Боба, — сказал он. — Боба Фетт.
— Боба Фетт, — повторила девчонка. Она широко улыбнулась. — Я запомню это имя!
— Я очень надеюсь, — сказал Боба. Он надел шлем и смотрел, как толпа поглотила Йгабу.
Глава 9
Было почти темно, когда Боба нашел дорогу к юго–восточным воротам. Арена была громадной, как небольшой город. Похоже, Боба снова был предоставлен себе.
Он прошел лагерь нищих и ярко окрашенные тенты, под которыми сидели игроки и подзывали его войти. Он видел группу заклинателей огня и тройку гамореанских охранников, которые по очереди били друг друга дубинками. Побежденные погодой водоразведчики прокладывали себе дорогу к арене, стремясь проиграть все то немногое, что у них было. Торговцы продавали воду в маленьких контейнерах.
— Всего десять датариев! — крикнул один Бобе. — Самая низкая цена на арене!
— Нет, спасибо, — пробормотал Боба. Его язык был как камень во рту — опухший и сухой.
Лучше бы побыстрее добыть денег. Как можно быстрее.
Над головой плавали камеры в виде желтых шаров. Они будут транслировать вечернюю гонку тем, у кого нет возможности посмотреть ее лично.
— Как я, — подумал Боба.
Но он не тратил время на мысли об этом. У него была более важная задача.
Найти Джаббу.
Он продолжал идти. Под северо–западными воротами располагался отряд тяжело вооруженных дройдов. Они охраняли огромный передвижной склад. Бобе было интересно, не тот ли это груз оружия, который упоминал Либкат. И если так, как кучка голодных детей вообще надеялась украсть его содержимое?
— Ну, — подумал он, — голод — хороший стимул. Как и жажда.
У него заурчало в желудке. Боба старался не думать о еде. Он поспешил мимо дройдов.
Небо над головой быстро темнело, клубясь пурпурным и темно–синим. Солнца–близнецы Татуина висели низко над горизонтом и злобно краснели. Они напомнили Бобе глаза хозяина Либката.
Но были и другие глаза, наблюдавшие за ним. Нищие и существа с разных планет, продающие контрабандные товары — кристаллы с к'Фари, магравианскую кошачью пряность, дешевые генераторы. Боба знал, что лучше не слушать их резкие голоса или тех, кто пытался заманить его в игровые тенты.
