Сюзанна вздохнула и снова кликнула «плей», чтобы удостовериться, что это не фейк, призванный выставить художника в неприглядном свете. Это был не фейк. Проверив даты и обнаружив, что этот инцидент произошел сразу после выставки прошлогодней коллекции Клер Сент-Джон, журналист потерла лицо и откинулась на спинку своего скрипучего вращающегося стула.
Пару секунд спустя она решила, что нужно выпить воды и немного успокоиться, и отправилась к кулеру, стоящему на противоположной стороне офиса. Проходя мимо столов Гари и Дэвида – финансового репортера и спортивного обозревателя соответственно – она услышала то же самое хихиканье, что было и в конференц-зале.
Решив не обращать на них внимания, Сюзанна продолжила свой путь и налила воды в пластиковый стаканчик. Женщина задумчиво подошла к большому окну и глянула вниз на частную автостоянку. В стекле отразилось ее лицо. Глубокие синие глаза, темные волосы до плеч, легкий оливковый оттенок кожи – все это Сюзанна получила от своего отца, грека. Этот мужчина перестал быть частью семьи, после того, как его застукали за отвратительными развлечениями с силиконовой грудью девушки, которая была значительно младше него. Сюзанна знала, что у нее типичная приятная внешность, хоть и очень мало шансов воспользоваться ею.
К своим двадцати пяти Сюзанна практически ни с кем не встречалась, главным образом потому, что она обнаружила причину, по которой просто не могла чувствовать себя удобно со всеми этими симпатичными мальчиками, которых подсылала к ней ее мать. С мальчиками ей было трудно; с девочками оказалось практически невозможно.
Сюзанна вздохнула десятый раз за день и отвернулась от окна. Она заметила Веронику, которая быстро стучала по клавиатуре, заканчивая свою разоблачительную статью, раскрывающую скандальную историю – обе дочери владельца пиццерии заболели, отведав пиццу, приготовленную в ресторанчике их отца.
Пальцы Вероники буквально летали над клавишами, и Сюзанна почти видела дым, поднимающийся от поверхности пластика.
- Эммм... Вероника? – Сюзанна присела на край стола собеседницы.
- Да, Сьюз? – ответила Вероника, так и не оторвавшись от своего дела.
- Я тут подумала---
Вероника прекратила избивать клавиатуру только на время достаточное, чтобы покачать головой и сказать: «Нет», после чего вернулась к своему занятию.
- Но... Ты даже не знаешь, что я хотела сказать!
- Конечно, знаю, Сюзанна. Ты собиралась спросить, не хочу ли я поработать с этой Сент-Джон, – произнесла Вероника, продолжая печатать.
Сюзанна скривилась и встала со стола.
- О... – пробормотала она, поправляя очки на носу. – Полагаю, мне просто не хочется заниматься этим. Клер Сент-Джон действительно швырнула чашу пунша в того парня в прошлом году?
Вероника оторвалась от клавиатуры, быстро развернулась к Сюзанне и уперлась локтями в стол.
- Она точно сделала это. И не только – я слышала, что она еще и пнула его в самое болезненное место!
- О, боже, нет! Серьезно?
- Серьезно.
- Ну, милостивый Сэмми Браун. Хм! – Сюзанна принялась нервно кусать свои короткие ногти.
Вероника хихикнула над столь явным признаком нервозности и успокаивающе махнула рукой.
- Ах, она ничего с тобой не сделает. Если конечно ты не собираешься критиковать ее работу. Ты ведь не собираешься?
- Критиковать ее картины? Я ничего не знаю об ее картинах... в газете, где я обучалась, я просто ходила хвостом за известным журналистом. Я впервые буду самостоятельно писать о выставке, – Сюзанна нервно хихикнула.
- Вот видишь? Тебе не стоит волноваться из-за этого задания. Ты прекрасно с ним справишься, – выполнив роль успокоителя, Вероника вернулась к своей статье.
Сюзанна переваривала слова старшей коллеги почти полминуты, прежде чем принять новое решение. Она прекратила кусать ноготь и глубоко вздохнула.
- А что, если я добавлю бесплатный билет на любой фильм по твоему вы---
- Без шансов, Сюзанна.
- О, черти-черт.
- Смотри, – Вероника откинулась на спинку стула, – хватит нервничать. Ты прекрасно с этим справишься. Я знаю, что Ред усложняет тебе жизнь, но к этому придется привыкнуть, потому что они все такие... и, по правде говоря, истории, которые ты раскапывала до сих пор, точно не переворачивали подлунный мир.
- Ну---
- Не переворачивали, Сьюз. Ты можешь не соглашаться со мной, но они были маленькими, простыми и не стоящими. Вообще не увлекательными... прости.
Сюзанна открыла рот, чтобы выразить свое несогласие, но в глубине души она уже признала, что ее более опытная коллега абсолютно права.
- Но вот что я тебе скажу, – Вероника заговорщицки подмигнула Сюзанне, – если ты сможешь сломать барьер эксцентричности, который, похоже, окружает мисс Сент-Джон, то увидишь заголовок отличной истории. Если бы я была ближе к тридцати, а не к пят--- кхе-кхе-кхе---, я бы сломала его сама.
- О, но ты могла бы---
- Без шансов, Сьюз. Она вся твоя, – прервала ее Вероника, широко улыбаясь.
- О. – Сюзанна вздохнула и отправилась обратно к своему столу, но не успела еще отойти, как Вероника откашлялась за ее спиной: – Да? – журналист быстро обернулась, надеясь, что ее коллега передумала.
- Ты могла бы одеться немного более сексуально, когда пойдешь на выставку, Сьюз. Небольшое декольте еще никого не убило... а этот вид застегнутой на все пуговицы сельской учительницы, который ты, кажется, лишь совершенствуешь, не поможет тебе в мире искусства. Тебе еще только за двадцать, а не за пятьдесят, как мне... ты должна быть горячей, а не холодной, – на этих словах Вероника дико подмигнула ей.
Сюзанне нечего было ответить на это, так что она согласно кивнула.
- Спасибо. Я это обдумаю.
* * *
Суббота, вечер, без двух минут семь
Сюзанна медленно вела свой старый Volvo 850 по оживленной улице к парковке. Малая скорость позволяла ей почти не отвлекаться на управление, разглядывая сияющий золотой свет, который придавал галерее «Avant» сказочный вид – она буквально источала высокий класс и утонченность.
У входа в галерею стояли два швейцара в форме, которые пропускали внутрь только приглашенных гостей. Заметив их, Сюзанна покосилась на пассажирское сиденье, где лежали ее приглашение и сумочка.
Ожидая, пока служащий стоянки подойдет к ее машине, Сюзанна разглядывала гостей, многие из которых были одеты как голливудские звезды, – а некоторые ими и являлись, – и чувствовала себя ужасно неуместной здесь. Неприятный румянец начал заливать ее щеки, все инстинкты самосохранения вопили, что она должна весело ехать обратно домой, а не дожидаться очереди на вход в львиное логово.
