развлекаться, как братец выразился.
И кажется, эта фраза тоже задела Люта до глубины души.
- Это ведь не только развлечение.
- Не только, - согласился он. – Но… со стороны, пожалуй, так и выглядит. Нет, семья не в обиде… к счастью, я довольно известен уже. Статьи вон вышли. Да и есть пара интересных находок за мною числится, которые род может поставить себе в заслугу. И награды есть… не то, чтобы я хвастаюсь.
- Хвастаешься, - заверила я.
- Хвастаюсь. Немного… хоть чем-то, - Лют не обиделся, но улыбнулся. – Одно время я пытался приносить роду пользу.
- Но?
- Меня попросили не мешать людям работать. И вернуться к историческим изысканиям. Хотя я искренне старался!
- Верю.
Просто… бывает так. Вот со всеми бывает. Почему людей не удивляет, если кому-то боги не дали слуха там или голоса. Или таланта к живописи. И удивляет, что кому-то не дали таланта быть управленцем.
- Не подумай, что я совсем беспомощный. Все-таки учили меня с детства и неплохо. Только… я могу оценить работу управляющих. Бухгалтерию там проверить. Ну и в целом присмотреть. Но когда доходит дело до развития там, расширения… лучше мне не вмешиваться. Так что… следует признать, что я на редкость бестолков.
- Расслабься. Я и собственной жизнью не управляю, - я откинулась на сиденье.
А ведь могла бы и отказаться.
У меня машина имеется. Служебная формально, но по сути даденая мне в личное пользование. И никто бы не стал возражать, воспользуйся я ею. Поехала бы одна.
Справилась.
Я всегда справляюсь одна.
Но почему-то больше не хочется. Устала? От одиночества? Проблем? Понятия не имею.
- А что за медаль?
- В смысле?
- Ты сказал, что у тебя награда имеется…
- Орден, - поправил Лют. – Орден Белого пламени.
Даже так?
Это же… за что историку могут дать Орден Белого пламени?
- Довелось… выкопать одну вещь… довольно опасную. Честно говоря, предполагай кто, что она в том могильнике будет, нас бы и близко не подпустили, - Лют смотрел на дорогу. И лицо изменилось. И мелькнуло на нем что-то. – Главное, что я, когда сканировал, всплеск ощутил, но такой, слабый… истолковал… в общем, там вроде как поселение было. Довольно крупное, торговое. А в таких местах всегда артефакты остаются, ну а они всплески и дают. Мы еще, помню, обрадовались. Значит, не впустую, значит, с находками пойдем… а находки – это статьи. И информация. О том, что было тогда. Как оно было тогда… это, пожалуй, даже важнее, чем сами находки и статьи.
- И что…
- Было поселение. Не сказать, чтобы огромное, городом не назовешь, но вполне себе приличное. Тын там, ров. И терем имелся не только княжеский. Дома… люди… нам бы сообразить, что… люди эти в один день жизни лишились. Только… раскопки – это порой на гадание похоже. Тем более, когда почвы и климат такие, что органика за пару десятков лет разлагается. Вот и остается… тут вроде дом стоял. Там еще один. Кости? Людей и скотьи, но вперемешку. Иные тоже растворились, находишь там, скажем, нижнюю челюсть и по ней предполагаешь, кто это был и как помер. Там… там изначально костей было больше, чем должно бы. И лежали так… есть разница, и можно сказать, допустим, что вот тут кладбище, потому что кости в одних позах. Или вот, что мор был, кости в домах и позы другие. Или нападение… по следам на этих костях, повреждениям и прочему, есть признаки… мы решили, что мор случился.
Слушаю.
И отвлекаюсь. Потому что на кладбище стыдно появляться. Там… что там от могилы осталось вовсе?
- Кстати, мор и был, если технически сугубо. Но не естественной природы. Не болезнь.
- А что?
- Всплеск темной силы. Там… в общем, там умерли все и в один миг. Артефакт, который пытались подчинить, вышел из-под контроля.
Такое случается. Не то, чтобы нам рассказывали… достоверных случаев всего-то пару, и те благообразно именуются «происшествиями». Причем информация о таких происшествиях как правило закрыта. Но случается, да.
Да.
- И что это было?
- Темный венец. Его нашли на местном владетеле… кстати, тот вот отлично сохранился. Мы, как до терема добрались, то… все и понятно стало. Терем сам неплохо сохранился. Тоже вот… голову бы включить, что ненормально это. Но нет, мы уже учуяли… находка, открытие… и Гришка все подбивал меня силу использовать. Мол, копать обыкновенным образом – долго, муторно. Этак и год провозиться можно, а вот чтобы аккуратно и верхний слой убрать. Я сперва отнекивался, но… я моложе был. Дурнее. Да и не думалось тогда о плохом. Вот и взялся помочь рабочим. Расчистил… там стены остались. Крыша… осела большей частью, но с крыльца пройти можно. А внутри – ни крупицы земли. Зато костьми пол выстлан. Люди иссохли… а он остался. Ни одежды не истлели, ни сам мертвец. Сидел в резном кресле и улыбался. А потом… потом верно, артефакт почуял присутствие живых.
Лют выдохнул.
И потер лоб.
- Или еще раньше… скорее всего раньше, когда я рабочим помогал. Или вовсе на разведке. Я почти успел… понять. Старые вещи опасны. А тот венец, он не просто старый, в нем была иная сила. Понимаешь?
Не та ли, что сокрыта в Источнике?
И не та ли, к которой стремилась ведьма Наина, то ли жизнь себе продляя, то ли посмертие откладывая? Не та ли, что Источник изменила.
- Гришка… Григорий Аленьев. Мой старый приятель. Он хорошим был ученым. Перспективным. И куда более талантливым, чем я.
Был.
- Мы тогда вошли и… и я сказал, что нельзя трогать. Надо особистов звать. Штука опасная. Только связи нет. Связь не слишком с этими вот дружит… Гришка и сказал, что, мол, иди. А я тут. Покараулю, чтоб из рабочих никто не сунулся. Что… мне бы сообразить… увидеть, учуять след… но там такая аура смерти висела, дышать тяжко было… я и вышел.
А Гришка остался.
И не устоял.
- Я только и успел, что деда набрать… на его звонок быстрее ответят, как почуял, что он ожил.
- Гришка…
- Гришку он подмял. И еще двоих выпил… к счастью, мы только двоих вниз взяли.
- А дальше?
- Дальше я… блок поставил. Как учили. И Гришку вытащить попытался. Эта тварь… я даже не уверен, что оно когда-нибудь человеком было. Навалилось тогда на
