наверх надо было? Пойдем, нам еще семь этажей нужно проползти до крыши…
Подъезд дома был дурацкой планировки, когда пожарная лестница проходит по наружной стене, открытая всем ветрам, и на каждый этаж ведет эдакий «тамбур» из двух дверей. Каждый раз, когда я тянул на себя ручку, то так и ждал, что из-за дверей на нас сейчас выскочит очередная кракозябра. Но этаж сменял этаж, и вот уже перед нами монументальная решетка, перекрывающая дорогу наверх, на крышу. В массивных петлях висит огромный замок. Естественно, запертый.
Я уже вскинул пушку, собираясь просто отстрелить эту хрень несколькими пулями, когда Вова тормознул меня и жестом фокусника проведя по верхней части дверей рукой, продемонстрировал мне грязный и пыльный ключ.
— Да как? Откуда?
— Монтажники. Монтажники, работая на объекте, как правило, делают копию ключа и прячут где-то у дверей, а то жильцов хрен растрясешь… Я знаю, я сам так делал. За прошедшие годы, смотрю, ничего не поменялось. Так что вуаля!
— Что б я без тебя делал…спасибо, Вовик! — хмыкнул я.
Крыша встретила холодным ветром с канала, влажный рубероид был скользким из-за стоящих на нем лужицами воды, зато отсюда открывался прекрасный обзор на город во все стороны. Прежде чем начать разглядывать стадион, я решил осмотреть Бадатий, и увиденная картина мне очень не понравилась.
Город умирал. Он еще не был похож на Ракун-сити из известного ужастика про зомби, где целые тысячи зараженных шествовали по улицам, но кое-что похожее все же было.
В городе постоянно вспыхивала стрельба. Здесь, наверху, я отлично ее слышал.
То грохали охотничьи ружья, то тишину взрывали автоматные очереди, то били частыми одиночными…
А еще везде — на обочинах, да и прямо на дороге нет-нет, да попадались на глаза трупы, лежащие, будто мусор….
Ну и, конечно, зомби. Те самые, недавно восставшие трупы. Даже на такой дистанции они слишком отличались от живых, чтобы можно было перепутать. Шаркающей походкой эти твари медленно перемещались вдоль зданий, и если раньше, когда только ехали к Мурлоку, они встречались поодиночке, то теперь я разглядел несколько групп голов в десять, а то и двадцать. Плохо. Они что, могут в орду собраться? Если так, то это будет очень хреново. Такая толпа, как саранча — пройдется, оставив за собой лишь пепел и разруху.
Благо мутантов видно не было, но я не сомневался — они тоже тут есть. И именно они — источник обычных зомбаков, точнее постоянного роста их «популяции». Впрочем, сейчас это было не так важно. Важнее было кое-что другое.
Я перевел бинокль на территорию спортивной арены. Интересовало меня только одно — наличие на ее территории канализационных люков-ливневок. Дело в том, что в наших южных городах дожди были не то чтобы частым явлением, но зато крайне разрушительным. Заливало всегда так, что впору не машины покупать, а лодки.
Поэтому ливневая канализация была широченная и не засыпанная всяким дерьмом в прямом и переносном смысле, как во многих больших мегаполисах, а как раз наоборот — расчищена и готова к непогоде. И ливневка есть везде, на каждой улице.
А уж на таком крупном объекте как стадион она просто обязана была быть.
И я был уверен, что там безопасно.
Зомби ведь тупые? Они не умеют двери открывать, по крайней мере, пока. Ну и уж тем более поднимать тяжеленные люки.
Соответственно, вояки вряд ли стали блокировать на своей временной территории эти самые люки, а значит, у нас были все шансы просто пролезть через них внутрь, не вызывая никаких подозрений. И если что, так же уйти.
Люков я насчитал аж пять штук в видимых местах. Один нам не подходил — прямо на его крышке стоял тентованный «Урал», с которого что-то вынимали солдатики. Ну и пятый тоже был не очень хорошей идеей — его крышка виднелась прямо сразу за КПП. Думается мне, нам будут там не слишком рады. Остальные три были в укромных областях, так что именно через них можно попытаться проникнуть на территорию лагеря.
Теперь, когда я убедился в наличии люков на территории, можно было наконец-то рассказать Вовке весь свой план и послушать его возражения или предложения. Я ведь не мог продумать все детали сам и тем более все учесть. О чем-то мог забыть, что-то упустить из виду. Вот теперь Вова на минусы мне и укажет…
Да только, на мое удивление, минусов просто не оказалось. План самого Вовы был намного рискованнее — используя ночной прицел и китайский теплак перелезть через ограждение в том месте, где потемнее и нет охраны.
— Твой план заходит мне намного больше, — заявил Вова. — Что, пойдем искать вход?
— А чего его искать? — пожал я плечами. — Я его еще пока перегружали барахло по тачкам нашел. Вон, прямо за тем грузовиком на спущенных задних колесах — там решетка. Туда точно никто не лазал — сверху листья, еще осенние, прикрытые пылью и грязью.
— Понял, принял! Ну, поехали! — Вова не стал тянуть время: решили, значит решили.
Мы направились к двери, ведущей вниз, на лестницу, когда рация у меня на груди захрипела и через помехи прорезался голос нашего командира.
— Джей! Боб! Ответьте Мурлоку. Повторяю! Джей! Боб! Это Мурлок. Перехожу на прием.
— Командир! Мы тебя слышим! — я мгновенно сорвал рацию с груди.
— Ага. Парни, так понимаю, вы где-то тут, неподалеку — уж больно сигнал хороший, — спросил Мурлок.
— Нет. Просто мы высоко сейчас, на крыше одной девятиэтажки.
— До меня вам долго?
— Ну…тут одно дельце еще есть и потом ехать с полчаса.
— Хорошо. Столько времени у нас точно есть. Жду. Двери будут открыты.
Мурлок отключился, а я занервничал. Мне очень не понравился его крайне сосредоточенный и деловой голос. Таким он становился только в том случае, когда накатывали проблемы или он оказывался в сложной ситуации.
— Боб, может, ну его, этот лагерь, а? — спросил я. — Что-то у кэпа нашего не так.
— Ну нет, — не согласился со мной Вова. — Проверить этот путь надо по-любому. Убедимся, что тут можно пройти, и тогда уже можно к Мурлоку. Что бы там у него ни было, оно может подождать, иначе он сказал бы.
— Окей. Тоже верно, — вынужден был согласиться я.
Мы пошагали дальше по крыше к надстройке, из которой на крышу и взобрались.
В этот момент налетел мощный порыв
