— Нет! Дьявольски хорошая — вот так оно точнее! — возразил ретиво чёрт и погрозил фантасту пальцем.
— Стало быть, печатать будут? — мигом среагировал Помпей.
— Ну, эту вашу штучку — непременно. Фирма веников не вяжет. Уговор такой. Я вам устрою — пальчики оближешь! Супер будет и атласная закладка. И тираж — чтоб все враги, какие есть, враз подавились. И рецензию — конечно.
— Одной — мало, — скаредно сказал Помпей.
— Ну ладно, будет сотня. Все похвалят. Я не жадный.
— А потом? Другие вещи? Тоже издадут?
— Не знаю, — искренне развёл руками чёрт. — Их ещё надо написать… Ведь вас интересует эта? Я её пристрою. Но — с разумной компенсацией. Посмотрим!..
— И работа у меня теперь наладится? — спросил с сомнением Помпей.
А сам подумал:
«Ежели и вправду всё смогу закончить, то, ей-богу…»
— Бога, чур, не поминать! — скривился чёрт. — Так что? Договорились? По рукам?
— А… кровь? — припомнив старые обычаи, с волненьем подсказал Помпей.
— Ах, бросьте! Эти дикости Средневековья!.. Инквизиция теперь другая… Так что не переживайте: хватит — просто по рукам.
— Ну, что ж… — сказал задумчиво Помпей. — Идёт!
И, как в былые времена на ярмарке, как два торговца, они хлопнули друг друга по рукам.
И ощутил тогда Помпей невиданную дрожь, биенье в теле — будто сквозь него прошёл мощнейший токовый разряд, встряхнувший мозг и затуманивший на миг сознание.
И вслед затем вдруг наступила поразительная ясность, облегчённость — в мыслях и во всём его усталом существе.
— Вы попусту башку не напрягайте, — посоветовал солидно чёрт. — Нет нужных слов — и ладно. Всё равно пишите. Ну, а после… После каждый увидит свой текст и свой смысл. Когда настанет время прочитать… Уж тут не беспокойтесь. Выйдет дьявольская штучка!
— Вам виднее, — с тихой, беззаботной радостью согласно покивал Помпей. — Вы, может быть, и правы. Да, найдут… И всё уразумеют.
— Ну, тогда — приветик! — в свой черёд довольный, отозвался чёрт. — Пошёл я. Дел — невпроворот. Зовут, мерзавцы, отовсюду! Но я тоже не дурак, я выбираю, чтоб солидно было… Где у вас тут дверь? А то обратно через шкаф — пылища!.. Хоть бы протирали иногда! И помните: слова за вас найдут другие.
***
Утопию в издательство Помпей представил в срок.
Вещь вышла очень толстая, солидная, бумага — белизны невероятной.
Все в редакции читали и потом, как утверждали очевидцы, очень долго размышляли.
И при этом взгляд у прочитавших становился мудрый, светлый и — на редкость остранённо-добрый…
Да и было, вероятно, отчего!
Воистину роман был дьявольский, иначе не определишь.
Ведь что сказал Помпею чёрт?
«Нет нужных слов — и ладно. А слова найдут другие».
Так Помпей и поступил.
И не было на тысяче страниц ни фразы, ни словечка.
Но каждый, рукопись листая, видел: мир в грядущем будет именно такой — блистательный, прекрасный и — ничем не замутнённый. Чистый-чистый…
***
Что потом писал Помпей — ей-богу, не известно.
Тихие завистники твердили, будто получил он от издательства заказ писать антиутопию.
Конечно, фирма веников не вяжет, только вот…
ПРИСТАВАЛА
Ну, до чего бывают надоедливые типы!
Стою я как-то на углу, на остановке, и Загундяева в душе кляну.
Таких начальничков в три шеи надо отовсюду гнать, чтоб не мешали делом заниматься, вечно норовят туману напустить: мол, это сложно, очень непривычно, надо разобраться, кое с кем согласовать…
Вот тут ко мне и прилепился этот… даже и не знаю, как его назвать.
Зануда, словом, приставала — много нынче развелось таких…
Ужасно с ними тяжело.
— Прошу прощения…
Я обернулся:
— Ну?
Что-то было в нём не так… На редкость странный тип, противный…
— Я вас сразу выделил среди других, — негромко, но значительно-проникновенно заявил он и как-то нервно почесал щёку о плечо.
Однако!..
— Ну, спасибо! Прямо осчастливили.
Нет, этот тип определённо раздражал.
Но что же, чёрт возьми, мне в нём не нравилось?
— Спасибо я вам буду говорить. Потом.
— Х-м… Денег, что ли, не хватает? Так я не филантроп. Из принципа.
— Вот это жаль, — с укоризной произнёс тип и шумно втянул носом воздух. — Надо быть душевней…
— Это уж, положим, я и сам решу — что надо… — отчего-то захотелось непременно как-нибудь поддеть его, обидеть: после склоки с Загундяевым я весь кипел от ярости. — Дорогу, может, показать?
— Нет, что вы, я дорогу знаю. Здесь недалеко! — Он торопливо кивнул в сторону дома с аркой, так как обе руки были заняты увесистыми пакетами. — Тут другое… Мне требуется ваша помощь. Всего одна минута!
Ну, ещё бы! Все так говорят. А после…
Я давно уже не благодетель. Разумеется, могу перевести старушку на ту сторону или оделить чужого сигареткой, но всё это мелочи… По мелочам — не жалко.
За ерунду особенно признательны и быстро отстают… Что, в сущности, и нужно…
— Помощь, ишь ты… Без меня, выходит, — ну никак?!
— Совсем никак, — уныло покачал тип головой. — Ваше биополе…
— Что?!
И этот Кашперовских с Глобами наслушался да насмотрелся разных экстрасенсных сериалов! Скоро все уже свихнутся…
— Биополе, — с протяжным вздохом повторил он. — Вы — грандиозный конденсатор. Сгусток энергии, вулкан!.. Потенциал — сказка!
Я остолбенел: о чём он? Что за бред?!
Ну и денёк! Ещё и лезут всякие…
— Послушайте, отстаньте, — попросил я, делая шаг в сторону. — Не до этого… Что вы хотите от меня? Я жду автобус. Тихо, мирно.
— Ждёте… Значит — не спешите, — сделал вывод незнакомец.
— Интересно получается! Спешу — не спешу… Кого это волнует?
— Меня волнует, — наглея на глазах, сообщил тип. — Вам исключительно нужна разрядка, и не спорьте! — тонким голосом затараторил он. — Так это поправимо! Дело-то минутное… Подсоединю — вжик! — и готово. Вы — спокойны, а мои аккумуляторы — полны.
Ой, как мне сделалось внезапно тошно! Точно зубы разом заболели…
— Какие ещё аккумуляторы?! Где?! — простонал я, свирепея. — Здесь? — легонько постучал я пальцем по лбу. — Припекло?
— Ну, зачем уж сразу так… — угодливо заулыбался тип. — Здесь — всё в порядке. Надо, чтобы аппарат взлетел… Знаете, на волнах гравитации качаться можно очень долго, но вот чтоб сдвинуться… Тут биореактивная струя-то и нужна! А я иссяк… Похоже, переутомился. Мне домой пора! Давно пора… Я сразу вас заметил… Вы… Пойдёмте, а?
— Куда?
Я ничего уже не понимал.
Точнее, мысль одна мелькнула, но уж больно мне противно стало, жутковато и противно.
Воспитание не то, не выношу…
А тут ещё — какое-то поганое мерцание в глазах… И этот непотребный тип с пакетами…
Всё, в отпуск — завтра же, к чертям! Пусть хоть с работы увольняют.
И объяснять не буду никому.
Я тоже переутомился! Не могу!..
— Да тут совсем недалеко! — заискивающе глядя на меня, повторил тип. — Вон — дом. Большой такой… И во дворе… Под арку — и направо…
«Хорошо, хоть во дворе, а не в квартире, не в притоне… — машинально проскочило в голове. — Или он бомж и где-то в подворотне обитает?»
— А потом? — тупо осведомился я.
— Чудак! Не бойтесь, я ведь не кусаюсь… Там он и стоит, мой драндулет. Хотя бы полюбуетесь немного. Старенький, но — штучка! Ну, пошли, а?
С ласковой кроткой улыбкой он вытащил руку из кармана и попытался взять меня за локоть…
И тогда, презревши всякие приличия, я резко отпихнул его и, не оглядываясь, устремился прочь.
Летел, как спринтер при побитии рекорда, и автобуса не надо — только во все стороны, ругаясь и грозя мне кулаком, шарахались прохожие, и всё ещё стоял в ушах печальный крик: «Да погодите! Как же я без вас?!.»
Дома, обессиленный, я принял ванну, вытерся и сразу повалился на диван.
Злость на начальника куда-то испарилась, в душе были прохлада и покой…
Как будто ничего и не случилось…
Да уж, это точно: не хватает нам ни времени, ни места, чтобы двигаться активно, чтобы получать разрядку, не мешая никому!..
Потом я сел смотреть телевизор, и о минутном, давнем инциденте думать вовсе расхотелось.
Мало ли на свете типов, изнывающих от скуки, одиноких психопатов! Если всех всерьёз воспринимать…
И лишь к полуночи, когда я изготовился лечь спать, меня вдруг осенило.
Я внезапно понял, что меня так неожиданно перепугало в этом чудаке, чем именно он показался странным…
Маленький такой штришок… Рука в кармане… и ещё две — с тяжеленными пакетами!
У незнакомца было три руки!
Три!
Правда, в остальном всё было, как и у людей. Хотя бы внешне…
М-да… Кто нынче только ни ловчит попасть в столицу, боже ж мой!
Мигранты, блин…
***
