Он рассказывал так мягко и красиво, что та, кажется, начинала засыпать, словно под мелодию. Девушке давно так не нравилась чья-то компания, она хотела продлить эту ночь в ещё пару часов, чтобы не терять такую исходящую от него теплоту.
Можно устойчиво поспорить с тем, что они видятся часто, несмотря на уникальность дружбы и схожих взоров на мир, всё же, у них были разные цели. Поэтому виделись они довольно редко. Обычно это происходило случайно, мимолётно и быстро, только в самых редких случаях она могла насладиться доброй компании больше, чем обычно, но она робко ощущала, что этого ей не хватало. Конечно, Люмин боялась в один миг потерять его, поэтому без колебаний подарила жетон, благодаря которому он может приходить к ней домой в чайник. Правда, Кадзуха бывал там лишь однажды. Возможно, он был самим ветром, непостоянный, свободный и жаждущий новых приключений.
Они лежали в метре друг от друга, любуясь пейзажами ночи, и, она действительно была удивлена тем, что ему интересно наблюдать за звёздами. И всё же, Люмин мало что знала о нём.
— Иногда мне кажется, что мы — странники в этом космосе, и наша цель — найти свою звезду… — он прервался, когда заметил, что та давно лежала с прикрытыми глазами. — Кажется, твой сон смог отыскать тебя, нам нужно вернуться в лагерь, пока он снова не потерял тебя, — с улыбкой закончил юноша, глядя на сонную Люмин.
Словно детская сказка…
Его речи были слишком красивыми, ей казалось, что она смогла бы заснуть даже во время бессонницы.
Девушка медленно открыла свои золотые очи, видя перед собой юношу, он оказался на вытянутую руку от неё, и это ей нравилось. Но покидать это место в столь красивый момент совсем не хотелось. Раньше она могла злиться на бессонные ночи, но сейчас она проклинает свою сонливость и дикое желание поспать.
— Я не сплю, продолжай, — хотя тут же закрыла глаза обратно. Уже не хватало сил притворяться, что вовсе не засыпает, хотя уверенно думала, что он не заметит это.
Кадзуха не смог не ухмыльнуться.
— Нас ждёт много ночей на этих островах, с твоего позволения я подарю тебе компанию на ночные разговоры или молчаливые наблюдения.
Её глаза распахнулись как редкий белоснежный цветок в утреннюю росу, не веря своим ушам… неужели, она нашла того, кто будет разделять с ней одиночество? Но этого пока не могла знать наверняка.
— Тебе одиноко?
Это заставило его промолчать и сложить свои руки на поясе.
— Если это так… давай разделим наше с тобой одиночество…
Он повернулся к ней лицом, и уже без той тёплой улыбки, ощущая, что его в миг раскусили. А Люмин словно увидела его настоящего, таким, какой он есть, хоть это и была лишь секунда, потому что тот сразу мягко улыбнулся.
— Здесь я неподвластен отказу.
Осознавать, что у него вовсе никого нет, заставило задуматься об этом… хотя если открыть глаза…
Кадзуха встал с земли и протянул свою руку, чтобы помочь ей встать, прерываясь от собственных мыслей, он не хотел думать об этом.
А она хотела поблагодарить его как можно сильнее, но позволила себе только улыбку с коротким ответом. Хотя, Кадзуха обладал слишком сильным проницательным взглядом, поэтому уловил нотки благодарности через её глаза. И как бы она не хотела остаться подольше, в сон клонило так сильно, что та не представляла как сможет дойти до своего спального места, поэтому ей пришлось подать ему свою руку и медленно встать с земли, затем же, только пожелать добрых снов, прощаясь с ним до утра.
Может… именно он станет героем?
Короткие мысли пролетели в голове перед крепким сном.
Растревоженной ветром души
Пробегая через комнаты и лабиринты, меняя их расположение и прыгая по выступам, она бежала быстрее всех и даже не оглядывалась назад. Её сердце переполнялось чувством волнения, оно билось как громкий барабан, глаза метались из одной точки комнаты в другую, иногда бегая кругами, надеясь на внезапную удачу найти его.
Ей кричали остановиться и подождать остальных, но через туман взволнованности она не могла разобрать их речь, только двигалась дальше, не обращая внимания на других, потому что переживала за недостающего объекта в их скромной компании.
Кадзуха исчез сразу, как только он дотронулся до бонсая, и та с осознанием поспешила на его поиски.
Она остановилась перед его тенью во дворе Инадзумских стенах его семьи, как только услышала невинный голосок, что был полон тяжести и непонимания. Конечно, та подумала, что он за этими стенами, поэтому её дыхание ускорилось, а сердце чуть не остановилось, как уже помчалась искать проход в эту комнату.
— Остановись!! — крикнула Синь Янь и схватила её за руку.
— Возможно, он там! Ты что, не видишь?? — в спешке бормотала Люмин, глядя на неё испуганными глазами.
Синь Янь вздохнула, и посмотрела на неподвижную тень в непрочных стенах.
— Присмотрись, — коротко бросила она.
Путешественница совершенно не хотела слушать её именно сейчас! Но всё же бросила колкий взгляд на девушку.
— Тебе не показался его голос слишком… детским? Его рост, например?
— Неужели..
— Да… и пожалуйста, больше не убегай от нас, мы должны держаться вместе.
Люмин протяжно вздохнула и выпрямилась, ослабляя свою захваченную руку в плену у музыканта. Но успокоиться никак не могла, с каждой комнатой и долгим рассматриванием её тяжесть усиливалась, а желание вырваться и броситься дальше, кажется, вот-вот прорвётся.
Когда они наткнулись на ещё одно послание из теней, её снова окутал страх и волнение, словно прямо сейчас с ним что-то произойдет, ведь невозможно предугадать, что может случиться в этих странных местах.
Его голос… он был ещё ребёнком, когда получил на свои плечи такую ответственность и понимания всей ситуации. Кадзуха пережил слишком суровое бремя в таком юном возрасте, когда на него буквально взвалили такую тяжёлую ношу. Это всё было слышно лишь через его тоненький голосок, что был полон страха и отчаяния.
От этого ей стало только хуже.
— Хм… Люмин, тебе не кажется, что здесь заложена очередная загадка? Эти слова… — Мона обернулась туда, где стояла девушка, — Люмин?..
Пока те отвлеклись, она бросилась снова на поиски, меняя комнаты и прыгая по выступам.
Проверив все комнаты, та остановилась перед последней, глотая воздух и пытаясь восстановить дыхание.
Ребята уже подоспели к ней, снова ругая её за спешку, но она даже не пыталась их услышать.
Входя внутрь, её глаза распахнулись, а рот приоткрылся, когда у окна стоял знакомый ронин, смотрящий спокойными глазами
