на путешественницу. После чего слегка улыбнулся, словно он ждал именно её.
Она ринулась к нему громко крикнув его имя, расспрашивая, всё ли с ним хорошо.
* * *
Да, после возвращения в лагерь, Люмин получила кучу нотаций от Паймон, что бросать вот так своих друзей ни в коем случае нельзя. А та лишь сидела у костра и водила палкой по песку, когда Кадзуха даже не смотрел в её сторону.
Может быть, он был занят чём-то другим.
Это странное поведение девушки трудно было объяснить, даже ей самой. Просто ей казалось… что она может потерять его, или допустить к опасности. Но… разве Кадзуха не смог бы постоять за себя? И здесь она наклонила голову к коленям… Будто странное влечение, или внезапный страх. Даже перед друзьями стало невыносимо стыдно, не зная, как правильней извиниться за этот неудачный «концерт».
Девушка резко подняла голову, когда услышала своё имя.
— Ужин готов, присоединяйся, — сказала Мона, с малой улыбкой на лице.
Но Люмин уже осознала свою глупость и плохой поступок, чем она думала, когда вот так бросала всех и бежала куда глаза глядят? В этот раз на лице не было того восхищения, что пару дней назад, этим вечером ей было лишь стыдно за сегодня. Несмотря на это, другие веселились и были полны разговорами, будто ничего не случилось.
Вяло кусая хрустящую рыбу с овощами и запивая нежным кокосовым соком, она обратила внимание, что девочки очень странно смотрят на неё… отчего та чуть не поперхнулась.
Люмин посмотрела на них вопросительными глазами и ощутила внезапную ладонь на своём плече, отчего резко обернулась.
— Не переживай, со всеми бывает, лучше ешь давай, а то еле кусочек глотаешь! Хе-хе, — улыбчиво произнесла Синь Янь, сидя рядом с ней.
Энтузиазма ей не занимать, она всегда была весёлой, улыбчивой и в хорошем настроении, даже утром…
— Твой необдуманный поступок заставил Принцессу Ночи забыть о спокойствии и обратить внимание на биение своего сердца в эти минуты! Но! «Я не собираюсь держать горького зла на путешественницу!» — скрестив руки говорила Фишль, а Оз печально вздохнул.
Люмин и в самом деле стало легче после сказанных девочками слов, и она даже смогла натянуть слабую улыбку, откусывая следующий кусочек вкусного ужина. И всё же, она пообещала себе, что больше на такие уловки не станет вестись, слушая не сердце… а мозг.
Сердце?..
Вроде всё стояло на своих местах, и никто даже не вспоминал об этом, занимаясь своими делами.
Сегодня было в разы прохладнее, чем обычно, но это не помешало ей пройтись по ночному берегу, пока все собирались спать. Может быть, она бы тоже могла пойти со всеми готовиться ко сну, ведь ночь обещает быть непривычно холодной. Что же могло её заставить? Она сама не знала.
Шагая по мокрому песку босыми ногами, иногда дотрагиваясь до воды, она раздумывала свой сегодняшний поступок. Да, любой бы уже забыл об этом, но дело явно не в этом. Реакция. Вот что её зацепило. Если вспоминать другие случаи, то та никогда ещё так бурно не волновалась за пропажу кого-то. Поэтому этот вопрос стал в разы больше, но ответить на него она не могла. Хотя… её словно что-то тянуло и кто-то кричал бежать к нему, скорее найти и…
Обнять?..
Нет… никогда.
Люмин покачала головой и присела на бледный песок, рисуя палкой фигуры на мокрой стороне.
Шум океана приятно успокаивал, малые волны красиво дотягивались до берега. Поющие сверчки в кустах словно играли звёздам мелодию, и тогда она подняла голову, закрывая свои глаза.
Не сказать, что Кадзуха был удивлён, когда та призналась в том, что действительно волновалась за него. Это заставило её немного почувствовать тоску, хотя, чего она могла ожидать? Неописуемого удивления и тысяча благодарностей? Навряд ли он на это способен. Ронин слишком спокоен в таких случаях или же, это было бы заметно в алых глазах, если, конечно, он не умеет так мастерски скрывать свои чувства даже так. По крайней мере, она надеялась на это.
Хотя в душе хотелось какой-нибудь реакции.
От такого непривычного потока странных мыслей она упала на песок спиной и открыла глаза.
Да, так смотреть на звёзды стало куда лучше, чем на колючей траве, слушая приятную бурлящую воду и свист листьев.
И они снова начали втягивать, звать и уговаривать утонуть в них. Она была не против. На её глазах на долю секунды пробежала падающая звезда, такая яркая, непредсказуемая, отдаленная и… мёртвая. Прямо как Люмин. Иногда ей казалось, что она одна из падающих звёзд, тоже одинокая, яркая как свет и отдалённая от всех, словно никому не под силу её понять.
Будь её воля, она бы уснула прямо здесь, в темноте и тишине, на холодном и слегка влажном в ногах песке, ни о чём не думая, только наслаждаться пением сверчков в длинных кустах.
Прислушиваясь к каждому звуку, она начала слышать всё, как шуршит листва на дереве, как кружится трава и цветы, звон волн стал громче, а ветер приятно дул ей в лицо, поэтому снова закрыла глаза.
И сейчас девушка могла и вправду заснуть, углубляясь в это одинокое молчание звёзд.
Но когда она стала ощущать ветер со стороны головы, когда изначально он был внизу, это заставило её внезапно открыть глаза и ощутить лёгкое вздрагивание.
Алый закат, белоснежные пряди…
— Я бы мог назвать сегодняшний день… довольно трудным, неужели ты не устала? Ребята уже давно крепко спят и ждут восхода солнца для следующих приключений, — говорил он с улыбкой, прикрывая свои глаза.
Сказать, что она была удивлена, ничего не сказать…
Кажется, именно это она ждала этой ночью.
Как он здесь оказался? — спрашивала она себя, ведь не слышала ничего, кроме звонов природы.
Кадзуха сидел на корточках, и его лицо было необычно близко, уже не на вытянутую руку, а примерно… в ладонь. Он что, забыл ощущение страха? Или вовсе где-то потерял неловкость?? Она тут же залилась алыми красками, которые заполнили даже её оголённые плечи, после чего немедленно встала, хотя можно сказать, вскочила.
Его глаза были словно гипнозом, она видела в них яркий закат, затмение, солнце…
Зачем он пришёл?
— С-странное сегодня у тебя появление… — она слегка нахмурилась и пыталась не смотреть в его глаза.
А он лишь мягко посмеялся.
— Ветер подсказал мне, что ты… усердно искала меня сегодня? — склонил он голову на бок и ехидно спросил столь неловкий для девушки вопрос, будто видел её насквозь.
А она в этот
