Он представлял опасность для моего сердца еще задолго до того, как мы стали парой. Присматривал за мной с тех пор, как я научилась ходить. Но дело было не только в этом. Нигде я не ощущала себя в большем покое, чем рядом с Холтом.
От миллиона воспоминаний, пронесшихся в голове, я крепче стиснула телефон и прижала его к груди. Я была готова. Мне не хотелось, как по клише, терять девственность с Холтом в номере отеля после выпускного в следующем месяце. Мне не хотелось, чтобы наш первый раз случился в комнате его общежития, когда следующей осенью он уедет из Сидар-Ридж в Вашингтонский университет, опасаясь, что его сосед по комнате может вернуться в любой момент. Я хотела чего-то особенного. Чтобы были только он и я.
Оттолкнувшись от кухонной стойки, я направилась к лестнице и поднялась наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Завернув за угол и войдя в свою комнату, я оценила пространство свежим взглядом: не слишком ли оно детское.
Еще никогда двухлетняя разница между Холтом и мной не ощущалась так явственно, как сейчас, когда ему скоро придется уехать в университет. Он будет всего в нескольких часах пути отсюда, но казалось, что на другой планете. Я судорожно вздохнула.
Расстояние не имело значения. То, что было у нас с Холтом? Это было на века. Мы слишком многое пережили вместе — взлёты и падения, повседневные и незабываемые события. Дни рождения и праздники. Проблемы с родителями и почти потерю Грэй. Кемпинги и семейные ужины у Хартли. Судьба переплела наши жизни навеки.
Я помнила каждую его ухмылку и не забуду их до конца своих дней.
С этой мыслью я направилась в душ. Не стала включать музыку, как обычно. Купалась в воспоминаниях о Холте, пока мыла и сушила волосы. Пока тщательно наносила макияж, подчеркивающий зелень моих зелено-карих глаз. Пока надевала любимый сарафан — который, как я знала, нравился Холту.
Взяв телефон, я проверила время. Из меня вырвался тихий смешок. Опаздывает на пятнадцать минут. Но я знала Холта иногда лучше, чем себя. Так что, я все учла. Курице готовиться еще тридцать минут.
От звука хлопнувшей дверцы автомобиля по груди пронесся шквал ощущений. Я поспешила к окну спальни и посмотрела вниз сквозь тонкие занавески. Но на подъездной дорожке стоял не серебристый грузовик Холта. Вместо него я увидела знакомый внедорожник — новый, но уже с множеством вмятин.
Когда из-за машины показались Рэнди Салливан и Пол Мэтьюз, у меня скрутило живот. Что они здесь делали? Я быстро оглядела улицу, мысленно оценивая, не оказались ли они каким-то образом не у того дома. Если бы на город уже спустилась ночь, я бы предположила, что они приехали забросать мой дом туалетной бумагой, потому что им, по всей видимости, было недостаточно подставлять мне подножки в школьных коридорах и издеваться надо мной в классе.
Их смех заставил меня приглядеться к ним пристальнее. Пол поднял руку, сложив большой и указательный пальцы в форме пистолета, и направил его на мое окно. Холодок пробежал по моему позвоночнику.
Рэнди рассмеялся и метнулся вверх по ступенькам крыльца, нажимая на дверной звонок.
Звук эхом разнесся по тихому дому. Но я не двигалась.
Звонок раздался снова.
— Рэ-э-эн, — пропел Рэнди. — Спускайся.
Что-то в его голосе всегда бросало меня в дрожь и заставляло нервничать. Бабушка постоянно говорила, что интуиция дана нам не просто так, и мы были бы дураками, если бы не прислушивались к ней. Так что, я не двинулась с места.
Пока парни продолжали жать на звонок, я их рассматривала. На класс старше меня, они выглядели точно так же, как и остальные дети в нашей школе: в футболках и джинсах, с немного неровными стрижками. Но в них чувствовалась жестокость. Так было всегда.
Они цеплялись не только ко мне, но ко всем, кто физически был слабее их. Может быть, потому что им пришлось нелегко в средней школе. Может быть, потому что эта подлость была у них врожденной. Какой бы ни была причина, я по возможности обходила их стороной.
— Может, ее нет дома, — предположил Пол, заглядывая в боковое окно.
Рэнди покачал головой.
— Машина здесь.
— Значит, она с Холтом.
Рэнди указал на горящий в столовой и кухне свет.
— Она дома. Держу пари, любовничек будет здесь с минуты на минуту.
Мерзкая улыбка скривила губы Пола.
— Что такое, Рэн? — позвал он. — Не хочешь нас видеть?
— О, она нас увидит, — парировал Рэнди.
Скользнув рукой под футболку, он обхватил какой-то предмет, который я не могла разглядеть, пока он не вытащил его из-за пояса.
Мой разум собирал отдельные детали, прежде чем создать целостную картину. Пальцы Рэнди крепко сжимали черную рукоятку, серебристый ствол поблескивал в гаснущем дневном свете. Пистолет.
В ушах загудело. Не то чтобы я никогда раньше не видела оружия. Наш городок находился вдали от проторенных дорог Восточного Вашингтона, укрывшись между гор, так что зимой добраться до Сидар-Ридж на машине было невозможно. У нас водились медведи, пумы и койоты. Дробовики и винтовки были обычным явлением, особенно для людей, проживавших в глуши.
Но я не думала, что когда-либо видела пистолет у кого-то из жителей, и уж точно не в руках одноклассника на моем пороге.
Пол рассмеялся и тоже вытащил из-за пояса пистолет.
— Ты пробовал дверь? Вероятно, она не заперта.
Все верно, большинство жителей городка беззаботно оставляли двери не запертыми. Но у меня в голове постоянно звучали слова Холта: «Хочу услышать, как щелкнет замок».
Ему безумно не нравилось, что мои родители оставляли меня одну. Снова и снова он вбивал мне в голову, что перед сном надо проверять все двери и окна. Со временем это вошло в привычку. Вынужденную. Я запирала все двери после того, как оказывалась дома. Грэй бесило, что она не могла беспрепятственно попадать ко мне, пока, в конце концов, я не дала ей ключ.
С колотящимся сердцем я заскользила пальцами по экрану телефона. Потребовалось четыре попытки, чтобы попасть в эти три маленькие цифры. Девять. Один. Один.
— Служба спасения Сидар-Ридж. Что у вас случилось?
— Д-двое парней пытаются проникнуть в мой дом. У них оружие, — прошептала я.
— Проклятие. Заперто, — раздалось бормотание Рэнди.
Пол вздохнул и нагнулся, обшаривая крыльцо.
— Где-то должен быть спрятан ключ.
— С кем я говорю, и где вы находитесь?
— Рэн Уильямс. — Затем я выпалила свой адрес.
— Рэн, это Абель. Я посылаю к тебе помощь. Просто держи со мной связь. Ты в безопасном месте?
Я коснулась занавески, следя, как Пол и Рэнди шныряют у дома. С каждым шагом они приближались к проклятой керамической лягушке, которую мама держала на заднем крыльце, под ней лежал ключ… на всякий случай.
— Они ищут ключ, — сообщила я дрожащим голосом, когда парни исчезли из виду. Может, стоит сбежать. Но ближайшие соседи жили в полумиле отсюда. Достаточно одного удачного выстрела, чтобы я пожалела о том, что рискнула.
— Снаружи есть ключ?
— Да, — выдохнула я.
— Рэн, тебе нужно спрятаться. Там, куда они вряд ли заглянут.
Мысли в голове закружились в вихре. Сколько раз в детстве мы с Грэй играли в этом доме в прятки? Слишком много, чтобы сосчитать. Я знала каждый закоулок. И все же не могла заставить мозг соображать.
— Рэн? — настойчиво позвал Абель.
— Я-я не знаю, где.
— Как насчет чердака или подвала? Шкафа? Или под кроватью?
В сознании пронеслась череда образов. Варианты. Не чердак. Дверь была слишком заметна. Вход в подвал находился внизу. Рисковать я не могла. Мысль о том, чтобы залезть под кровать, заставила меня задохнуться от страха.
Значит, шкаф. Я пришла в движение. Мой шкаф будет одним из первых мест, куда они заглянут. Я хотела пойти в родительскую комнату и окружить себя знакомыми запахами, но заставила себя повернуть в другую сторону, во вторую гостевую спальню.
Паника разливалась по венам, пока я осматривала помещение. Ни один из шкафов не обеспечивал должной защиты или маскировки. Их слишком легко обнаружить.
