Читаем без скачивания Сынок министра - Алексей Макеев

– Чудесное имя! – восхитился Курносов. – Просто как в сказке. Теперь я точно вижу, что не был с вами знаком. Но ведь теперь мы познакомились, верно? И, скажу честно, мне тоже хотелось бы стать вашим другом и звать вас Аленой…

– Вы правы – мы действительно познакомились, – улыбнулась Алена. – Но что же из этого следует?

– Мы могли бы отметить факт нашего знакомства! – напыщенно сказал Курносов. – Если у вас нет на примете ничего лучшего, я бы рискнул предложить вам посидеть в отличном ресторане. Знаете, это очень солидное место. Сюда кого попало не пускают. Я познакомлю вас с моими друзьями. Очень интересные люди – работники министерства, журналист-международник…

– Очень заманчивое предложение, – опять улыбнулась Алена. – Я-то думала, что это обычная забегаловка… Шучу! Но дело в том, что я жду своего жениха…

– У вас есть жених? – воскликнул Курносов. – Печальная новость! Я очень огорчен. Но предложение свое не снимаю. Ведь это безобразие, что такой очаровательной женщине приходится ждать на улице! Может быть, мы просто сообщим обслуге, где мы находимся, и ваш жених нас разыщет? Его здесь знают?

– Я думаю, – ответила женщина. – Но, скажу вам по секрету, он не любит привлекать к себе внимания. Он офицер, служит в одной специфической конторе…

– О! Понимаю, – сказал Курносов. – Наша служба и опасна и трудна. Но я бы предостерег вас! – шутливо добавил он. – Подумайте хорошенько, прежде чем дадите согласие выйти замуж за такого человека. У него никогда не будет хватать времени на личную жизнь! Видите, он уже сейчас опаздывает!

Алена вздохнула.

– Вы правы, к сожалению! – согласилась она. – Но ведь женщина должна быть опорой мужчине, разве не так? Хранительницей очага. Пока он делает свое трудное и опасное дело…

– Вы не только красивая, вы еще и удивительная женщина! – воскликнул Курносов. – Сейчас немногие придерживаются таких взглядов на супружескую жизнь. Каждый тянет одеяло на себя.

– Вы знаете это по собственному опыту? – лукаво прищурилась Алена.

Курносов почувствовал, что находится на правильном пути, и его не нужно было тянуть за язык.

– К сожалению, – подтвердил он печально. – Моя личная жизнь не удалась. Впрочем, не хочется никого винить. Наверное, не каждому попадается такая женщина, как вы.

– Поздравляю, – сказала Алена. – Должна заметить, что мужчины, у которых хватает мужества не винить во всем женщин, попадаются тоже не часто. Но вы преувеличиваете мои достоинства. Я понимаю, это дань вежливости…

– Это чистая правда, – заверил ее Курносов. – С вами чувствуешь себя удивительно легко, будто знаешь вас сто лет. А вы еще говорили, что мы незнакомы!

– Сто лет! – покачала головой Алена. – Неужели я так старо выгляжу?

– Я, кажется, опять что-то не так сказал? – забеспокоился Курносов. – Знаете, в таких случаях я всегда теряюсь и несу неизвестно что. Вы должны меня простить.

– Вы ужасный притворщик, – заметила Алена. – Но вы мне нравитесь. Мне кажется, вы обязательно встретите женщину, с которой вам повезет… Но сейчас вам нужно поторопиться. По-моему, ваши друзья уже ушли?

– Оставить вас здесь? Ни за что! – горячо воскликнул Курносов. – Но, может быть, мы действительно к ним присоединимся? Кстати, один из моих друзей скоро тоже женится. К свадьбе уже все готово, осталось только решиться, ха-ха!

– И кто же этот счастливец? – спросила Алена.

– Это сын министра, – понижая голос, сказал Курносов. – Я могу вас с ним познакомить…

– Настоящего министра? – изумилась Алена. – Но это действительно интересно. Я никогда не видела живого министра!

– Сам он пока не министр, – поправил Курносов. – Всего лишь сын. Но кто знает, что ждет его в будущем? Может быть, ваши слова окажутся пророческими?

– Наверняка, – кивнула Алена. – Но сегодня вы меня по-настоящему заинтриговали. Считайте это женским любопытством, но я согласна разделить компанию ваших друзей… Совсем ненадолго! – поспешно добавила она.

– Разумеется, как вам будет угодно, – сказал Курносов, чрезвычайно довольный. – А на входе мы предупредим, чтобы ваш жених мог без труда вас найти, когда появится…

– Не стоит, – решительно ответила женщина. – Судя по всему, сегодня он уже точно не появится. Наверняка его опять задержали дела. Служба! Я уже почти привыкла к этому.

Они поднялись на третий этаж, в ресторан, отделанный в духе старины – гобелены на стенах, свечи в золотых подсвечниках, бесшумные официанты в белоснежных манишках. Появление красавицы произвело небольшой фурор, на который, собственно, и рассчитывал Курносов. Момент триумфа ему немного отравил лишь тот факт, что Алена с самого начала держалась ровно со всеми участниками застолья, никак не выделяя самого Курносова. Это было досадно, но он решил, что еще успеет наверстать свое.

Не слишком обеспокоило Курносова и рвение мужской части компании, которая после краткого представления незнакомки и лобзания ее ручки принялась наперебой состязаться в остроумии и стараться привлечь внимание красавицы. Ожил даже ничтожный приятель Панченко – Астахов. А циник Геннадий лез из кожи вовсю. Он с места в карьер принялся рассказывать о своем последнем вояже в Италию, не давая никому рта раскрыть.

Курносов на это только загадочно улыбался. Он был уверен, что никто из присутствующих не сможет составить ему конкуренцию в мастерстве обходиться с женщинами, и позволял им порезвиться сколько вздумается. За Виталием он даже наблюдал с интересом. Едва в компании появилась женщина, тот отбросил свой обычный флегматичный тон, приосанился и изо всех сил старался овладеть вниманием красавицы с платиновыми локонами.

Алена была со всеми любезна, но вряд ли ее по-настоящему могли заинтересовать плоские остроты Астахова или напыщенные и желчные рассуждения Геннадия. Пожалуй, с наибольшим интересом она поглядывала все-таки на Панченко. Магия человека, принадлежащего к сильным мира сего, несомненно манила ее. Курносов вполне разделял ее чувства. Теперь он пытался сообразить, как эти чувства можно использовать в собственных интересах. Пока никакого остроумного решения не получалось. Да и сам Панченко не слишком старался перешагнуть грань, за которой чувства становятся открытыми. Пока все шло на уровне застольного флирта. Курносов называл это периодом распускания хвоста. Каждый мужчина в глазах этой женщины старался показаться значительнее, чем он есть на самом деле.

Геннадий, например, предложил отметить появление Алены каким-то коллекционным вином с мудреным названием, подчеркнув, что подобным вином в Италии принято встречать самых почетных гостей. В его устах иностранные слова звучали особенно аппетитно и внушительно. В темных глазах Алены мелькнуло уважение. Этого Курносов уже не мог стерпеть. Сдержанно посмеиваясь, он сказал:

– Я человек простой, вырос, можно сказать, на улице… В советской подворотне. Все эти «шато», «шабли» для меня – пустой звук. Но раз Геннадий дает гарантию, что это хорошо, я готов оплатить. Может быть, когда-нибудь и я выучусь всем этим заморским штучкам, а если не получится, придется нанять хорошего учителя…

Таким образом Курносов сразу давал понять, кто за этим столом имеет действительный вес, а кто – просто пускает пыль в глаза. Весь сегодняшний вечер оплачивал он – из своего кармана. Прекрасной Алене нелишне будет об этом знать.

Впрочем, Виталий при всей своей вялости был все-таки не лыком шит. Знаки внимания он принимал как должное, может быть, догадываясь, что за ними стоит вовсе не бескорыстие. Более того, он давал как бы понять, что в компании именно он – главное лицо. Курносов не любил себя обманывать и мысленно вынужден был согласиться, что в каком-то смысле так оно и есть.

Между тем официант принес вино и разлил его по бокалам. Алена слегка пригубила и похвалила. Геннадий опять начал усердствовать, сыпать комментариями и историческими ссылками. Этот человек глотка не мог сделать, не приправив его острым словцом. Курносову вино не очень понравилось. Он не кривил душой, когда говорил, что остался простым человеком. В сущности, так оно и было. И вкусы его были простыми. Всем изыскам он предпочел бы самую обыкновенную русскую водку. Но надо было держать марку.

Алена не сводила темных влажных глаз с Виталия, и это чрезвычайно того волновало. Он сделался необычайно речист, поминутно тянулся толстыми губами к руке Алены и заверял ее, что более красивой женщины не встречал за всю жизнь. Потеряв голову, он выпил лишнего и сделался чересчур откровенным.

– Вы не представляете, какой я осел! – заявил он наконец. – Если бы я встретил вас чуть-чуть пораньше! Может быть, вся моя жизнь повернулась бы по-другому!

– Не поняла вас, – прищурилась Алена. – Что вы имеете в виду?

– Ну-у… – замялся Панченко. – Все могло бы быть другим. Я знаю, Анатолию это не понравится, но я скажу откровенно – я непременно отбил бы вас у него!