Читаем без скачивания Сынок министра - Алексей Макеев

– Вот-вот, давайте о женитьбе, Анатолий Владимирович! – обрадовался Крячко. – Чуть-чуть поподробнее! Вы ведь были в курсе, какой свадебный подарок приготовил для своей невесты Виталий Андреевич?

– Ну, был, – почти враждебно произнес Курносов после некоторой паузы. – Так что из этого? Не я один об этом знал. В принципе, многие знали…

– Но из собравшихся в тот вечер за столом об этом знали только вы и Панченко?

– Ну, допустим…

– А кто-нибудь из вас сообщал этот факт вашей новой знакомой?

– Ну, я сказал. Когда Виталий на Алену глаз положил, – неохотно признался Курносов. – В шутку. Чтобы не забывался, так сказать. Чего тут особенного? Откуда я знал, что эта баба мотает все на ус?

– А я вас ни в чем и не обвиняю, Анатолий Владимирович, – сказал Крячко. – Мне тут интересно как раз не то, что вы сказали, а то, что ваша спутница все мотала на ус. Ведь, я полагаю, если бы вы были ее сообщником, так вы не стали бы про ожерелье говорить при всех, верно? Зачем вам это? С вашей стороны это был, значит, не умысел, а неосторожность. Видите, как бывает выгодно сделать своевременное признание?

Курносов невесело засмеялся.

– Ну, слава богу, хоть в сообщники меня не записываете. И на том спасибо. Будете общаться с Панченко, не забудьте поставить его об этом в известность.

– А сами что – не собираетесь с ним общаться? – спросил Крячко.

– Не сейчас, – с недовольной миной ответил Курносов. – Сейчас не самый удобный момент. Сейчас у него я главный враг. Он же уверен, что я ему Алену подсунул.

– А мне казалось, что вы в некотором роде друзья, Анатолий Владимирович, – озадаченно произнес Крячко. – Одноклассники все же! Ну, погорячились, с кем не бывает?

– Да какие друзья! – презрительно махнул рукой Курносов. – Это колье четверть лимона стоит. Тут уж дружба врозь! Мне этого инцидента теперь век не простят. Особенно если пропажа не найдется.

– Но все-таки в чем причина такой обидчивости? – полюбопытствовал Крячко. – Неужели только вредный характер чиновника? Вы ни при чем, а ваш одноклассник обижается? Может быть, вы чего-то недоговариваете? Мы остановились на том, что Панченко засобирался домой… Что делала в этот момент Алена? Что делали вы?

– Ну-у, я точно не помню, – замялся Курносов. – Ах, да! Он сказал, что уходит, и вышел из зала. Эта девка почти сразу рванула за ним следом. Но я и тогда еще ничего такого не подумал. Просто решил, что деваха клюнула на сына министра…

– Она и об этом знала? – спросил Крячко.

– Ну, ясно, знала, – подтвердил Курносов. – В разговоре это всплывало… В общем, я понял, что вечер закончился, расплатился и тоже отчалил. Когда я вышел на улицу, ни Виталия, ни этой бабы уже не было. Я сел в машину и поехал… Ну, в общем, домой поехал. А утром Панченко позвонил и претензии мне высказал. Я сначала, по правде сказать, не все понял. Думал, он меня слегка разыгрывает. Но теперь, раз милиция за это взялась, значит, все так и есть…

– Анатолий Владимирович, – поинтересовался Крячко. – А вот, возвращаясь к личности этой женщины, – не припоминаете, не встречали вы ее раньше? Может быть, лицо ее показалось вам знакомым? Не было такого?

Курносов пожал плечами.

– Да нет вроде, – ответил он. – Красивая баба, это точно. На артистку похожа или на модель. Но раньше я ее никогда не видел.

– Вины в преступлении за вами нет, но в свой круг ввели эту женщину именно вы.

Лицо бизнесмена начало медленно багроветь. Он, было совсем успокоившийся, теперь смотрел на опера волком.

– Вы все-таки считаете, что я навел эту стерву? – процедил он. – Я, по-вашему, что же – последний идиот?

– Я этого не сказал, – перебил его Крячко. – Я к тому веду, что эта женщина, скорее всего, именно с этой целью торчала возле закрытого клуба поздно вечером – в надежде подцепить какого-нибудь богатого человека… – Он на секунду задумался, а потом вдруг с прояснившимся лицом поднялся из-за стола. – Знаете что, Анатолий Владимирович? Давайте не будем откладывать все в долгий ящик! Давайте проедем сейчас к нам, и я покажу вам фотографии девиц, занимающихся подобным промыслом. Если вы опознаете кого-нибудь из них, проблема будет, считай, решена.

Курносов поморщился, но, оставив на столе недопитое пиво, отправился следом за опером. Для Крячко не было неожиданностью, когда обнаружилось, что у подъезда бизнесмена дожидается «Мерседес» с двумя коренастыми типами, похожими на профессиональных боксеров. До главка они добирались каждый своим транспортом. Но, приехав на место, Стас попросил Курносова оставить своих телохранителей внизу.

– Здесь вы в полной безопасности, Анатолий Владимирович! – заверил он бизнесмена. – Да и я не задержу вас долго – ребята не успеют соскучиться.

Курносов подчинился, однако было заметно, что без охраны, да еще в святая святых правопорядка, он чувствует себя не вполне уютно. Впрочем, фотографии женщин-аферисток в кабинет Крячко доставили оперативно. Курносов занялся просмотром снимков, разглядывая лица незнакомых женщин с неподдельным интересом.

С не меньшим интересом наблюдал за ним Крячко, у которого была надежда, что судьба на этот раз ему улыбнется и удастся вычислить похитительницу с первого раза. Ему очень хотелось к возвращению Гурова преподнести тому сюрприз.

Однако, просмотрев все фотографии, Курносов аккуратно сложил их и вернул Стасу.

– К сожалению, ничего похожего, – сказал он. – Понимаете, та была исключительной красоты женщина. Ни за что не скажешь, что она способна на такие номера. А эти… – Он пренебрежительно махнул рукой.

Крячко усмехнулся.

– Знаете, это вы сейчас говорите, – заметил он. – Психология! Вам заранее известно, кто эти дамы. Поэтому вы охотно приписываете им любые грехи. Думаю, если бы вы сейчас посмотрели на фотографию Алены, она произвела бы на вас впечатление, далекое от вчерашнего. Но это не так важно. Главное, мы выяснили, что среди этих кандидаток ее нет. Отрицательный результат, как говорится, тоже результат. Наверное, мы имеем дело с кем-то из новых…

– И что же теперь? – осторожно спросил Курносов.

– Будем искать, – лаконично сказал Крячко.

Глава 5

За окном кабинета медленно густела вечерняя синева. Гуров и Крячко сидели каждый за своим столом и в сотый раз задумчиво рассматривали синтезированные на компьютере портреты неизвестной Алены. Крячко перекатывал в губах незажженную сигарету.

Портретов было два – сделанных с интервалом в полтора часа. Первый являлся плодом творческих усилий бизнесмена Курносова. Над вторым несколько позже трудился Виталий Панченко, который все-таки внял советам Гурова и не стал откладывать свой визит к оперу.

Даже на первый взгляд портреты отличались один от другого. Можно было даже сказать, разительно отличались. Объединяла их только та безжизненная абстрактность, которая свойственна портретам, синтезированным в криминалистических лабораториях.

– Вот тебе два примера материализовавшихся мужских заблуждений, – философски изрек Гуров, еще раз сравнивая портреты. – Два бывших одноклассника, а как по-разному видят они одну и ту же женщину! Если, конечно, кто-то из них сознательно не кривит душой… Хотя не вижу причин для этого. Тебе самому чей вариант больше нравится?

Крячко наконец заметил, что во рту у него незажженная сигарета, и полез за своей зажигалкой.

– Лично мне нравится тот вариант, который рожден под моим чутким руководством, – заявил он, закуривая. – Как говорится, плохонькое, но свое. Если же серьезно, то заблуждения заблуждениями, а два разных лица одной дамы меня лично напрягают. Может, у твоего Панченко проблемы со зрением?

– Нет, у него, по-моему, сейчас совсем другие проблемы, – заметил Гуров. – Но я склонен больше доверять все-таки памяти Курносова. Сдается мне, Панченко в тот вечер был сильно навеселе, да и вообще он не кажется мне объективным человеком. Пока женщина выдает ему авансы, он склонен видеть в ней только положительное, когда же она его кидает, то превращается в чудовище. Нет, все-таки твой вариант, Стас, тоже представляется мне более предпочтительным.

– Толку-то что? – сказал Крячко. – Мне это лицо ни о чем не говорит. Кстати, Курносов все время подчеркивает, что женщина была на редкость красивая и обаятельная, а то, что получилось, признаться, не впечатляет. И Панченко был ею очарован, а что на портрете?

– Очарование в банк данных не засунешь, – резонно возразил Гуров. – Мне хотелось побеседовать с остальными участниками вечера, но, к сожалению, выяснилось, что господина Астахова в городе нет – министр включил его в состав своей делегации. Должно быть, опасается утечки информации и надеется, что под присмотром Астахов не станет болтать языком. Хотя, по моему мнению, он и так вряд ли станет болтать – не встречал желающих вылететь из министерства по собственному желанию. А телефон журналиста Канунникова не отвечает. Его мне тоже повидать не удалось.