Читаем без скачивания Сынок министра - Алексей Макеев

– Алена догнала вас одна? Рядом никого не было, не заметили?

– Мне думается, одна, – сказал Панченко. – Да и разговаривали мы совсем недолго. Потом мы приехали ко мне, я отключил все телефоны на всякий случай и… – Тут он замолчал, и на лице его появилась болезненная гримаса.

Гуров терпеливо ждал, пока Виталий Андреевич соберется с духом. Наконец тот снова заговорил.

– Я не буду вдаваться в подробности… Эта банальная история знакома любому мужчине. Основная моя ошибка была в том, что я открыл сейф и предложил Алене померить колье моей невесты… Ах, я кретин! Никогда себе не прощу этой глупости! Так лажануться!

– Ситуация, конечно, неприятная, – рассудительно заметил Гуров. – Но не стоит так убиваться. Не все еще потеряно. Такие вещи трудно быстро сбыть.

– Вы не понимаете! – с досадой воскликнул Панченко. – Дело не в вещи! Я же говорю, все расписано заранее. Моя невеста уже фотографировалась, надев это колье. Эта вещь имеет краеугольное значение. Это как кирпич в стене дома. Не будет кирпича – будет зиять дыра. Как мы объясним исчезновение драгоценности? Родственники жены захотят узнать, что случилось. А если они выйдут на свидетелей моего легкомыслия? Получается, я сам надел на проститутку колье моей невесты! Такие вещи женщины не прощают – даже деловые женщины.

– Да, наверное, – согласился Гуров. – Но все равно отчаиваться не стоит. Вы мне лучше скажите, как случилось, что колье перешло к этой Алене? Она отняла его силой?

– Ну что вы! Просто… Просто мы занимались любовью, выпивали, дурачились. Она красовалась в этом колье, будь оно неладно! А потом я попросту уснул. Уснул как сурок! Ладно бы, если бы мне, как в криминальных романах, подмешали в вино клофелин! Нет, я заснул сам! Алена просто собралась и ушла.

– В доме есть охрана? – спросил Гуров. – Вы, кстати, где проживаете?

– У меня квартира на Новом Арбате, – сказал Панченко. – Охрана в доме есть. Но кто станет останавливать роскошную женщину, которая идет налегке – у нее была только маленькая сумочка – и обворожительно улыбается?

– Действительно, – пробормотал Гуров. – Но видеть ее могли. А скажите, кто из мужской компании знал о существовании колье?

Панченко наморщил лоб и забормотал, вспоминая:

– Так, Геннадий не знал, это точно, он вообще только недели три как вернулся из Италии… Его сейчас вообще ничего не интересует, кроме собственных рассказов об Апеннинском полуострове… Астахов не знал. Таких людей в семейные секреты не посвящают… Курносов знал! В общих чертах. Я ему сам рассказывал, – Панченко пристально посмотрел на Гурова. – А вы полагаете, кто-то из них мог навести эту женщину? Сомневаюсь! Ведь все получилось спонтанно, экспромтом, и все могло сорваться из-за любой незначительной мелочи. Так грабежи, я думаю, не планируют. Да и зачем тому же Курносову? Я ему нужен для стабильности его бизнеса. Он из-за этого готов передо мной ковром стелиться, а тут ограбление! Нет, может, я рассуждаю по-дилетантски, но я не вижу смысла в том, что вы сказали!

– А я ничего и не сказал, – хладнокровно заметил Гуров. – Я только спросил у вас, кто мог знать о существовании колье. Выходит, скорее всего, Алене о его существовании сообщили вы сами?

– Да вот и нет, – мрачно усмехнулся Панченко. – Сообщил-то как раз Курносов. В шутку. Мол, друг мой женится, колье уже для невесты куплено… После этого я и психанул. Я ведь понял, для чего он это сказал. Ему не хотелось эту Алену упускать. Она вроде на него внимания не обращала, а его это задевало…

– Значит, Курносов сообщил, что у вас имеется дорогое колье, и после этого вы с Аленой покидаете ресторан – почти одновременно – и едете к вам домой. Проводите вдвоем ночь, а под утро ваша партнерша исчезает, прихватив с собой колье…

– Плюс три тысячи долларов наличными и золотые запонки – подарок отца на день рождения, – добавил Панченко.

– Да, это мало похоже на спланированное ограбление, – задумчиво заключил Гуров. – Больше смахивает на игру в рулетку. Нашей приятельнице повезло, и она вытащила счастливый билет. Хотя вполне допускаю, что поначалу она хотела лишь поужинать в приличном месте. Но когда ваш приятель обмолвился о вашей будущей женитьбе и упомянул о свадебном подарке, эта деловая женщина решила рискнуть и, как мы видим, не прогадала. Сыграло свою роль и ваше меланхолическое, как вы выразились, настроение.

– Мне от ваших объяснений ничуть не легче, – буркнул Панченко. – Ну да, я совершил ошибку. Но, мне кажется, милиция для того и существует, чтобы искать преступников, а не читать мораль потерпевшим!

– Вот тут вы что-то путаете, уважаемый Виталий Андреевич. У меня и в мыслях не было читать вам мораль. Это не мой курятник. Я просто пытаюсь рассуждать вслух. Но если вы будете меня постоянно сбивать, мы с вами далеко не уедем.

Панченко, угрюмо молчавший, неожиданно остановился и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, направился по дорожке обратно к дому.

– Ладно, я все вам рассказал, – изо всех сил стараясь говорить спокойно, произнес он. – Не будем выяснять отношения. У меня не подходящее для этого настроение. Вы работаете с людьми столько лет – должны меня понять. И не пытайте меня больше. Все, что я мог вспомнить, я уже вспомнил.

– Договорились, – согласно кивнул Гуров, хотя рассчитывал на продолжение разговора. – Все – так все. Мы с вами должны напоследок решить парочку технических вопросов, и на этом можно будет закончить. Вы упомянули о фотографии вашей невесты, где на ней надето то самое колье. Нельзя ли получить копию этой фотографии? Сами понимаете, нам было бы желательно иметь изображение драгоценности.

– Это можно, – хмуро ответил Панченко.

– Тогда еще одна просьба, – невозмутимо продолжал Гуров. – Не смогли бы вы сами привезти эту фотографию к нам в главк? Дело в том, что я рассчитываю на вашу помощь в составлении словесного портрета этой Алены. Заодно вам покажут фотографии всех аферисток, занимающихся подобным промыслом, – возможно, среди них вы узнаете и ее.

– А без этого нельзя обойтись? – неприязненно спросил Панченко.

– Боюсь, что нельзя, – твердо сказал Гуров. – Если только вы не раздумали искать колье…

– Хорошо, как-нибудь заеду к вам в главк, – неохотно согласился Панченко. – Я вам предварительно позвоню.

– Только не затягивайте это дело, – предупредил Гуров. – Время идет, и у нас остается все меньше шансов поспеть к сроку. Это не в ваших интересах, Виталий Андреевич, затягивать расследование.

Панченко отмолчался, но Гуров по его лицу видел, что тот едва сдерживается, чтобы не сорвать злость на госте. Сейчас Гуров нисколько не удивлялся высказыванию референта Забуруева о том, что сын начальника склонен к истерическим реакциям. Сложные жизненные вопросы Виталий Андреевич, похоже, привык решать именно таким способом – обвиняя всех окружающих в своих бедах. У него были для этого возможности. Но, вероятно, он просто еще очень боялся грядущих последствий своего минутного легкомыслия. Наверное, будущие родственники были людьми чрезвычайно серьезными, не склонными к шуткам и розыгрышам.

– Я приеду сегодня же, – буркнул наконец Панченко, отводя в сторону сердитый взгляд.

– Вот и славно, – сказал Гуров как ни в чем не бывало. – Тогда заодно еще одна просьба, Виталий Андреевич. Хотелось бы провести экспертные мероприятия в вашей квартире. Там могли остаться отпечатки пальцев, волосы, какие-то еще следы…

Панченко покачал головой и сказал вежливо, но непреклонно:

– Не думаю, чтобы там что-то осталось. Все уже убрано, посуда перемыта, белье в прачечной. Мне как-то не приходило в голову, что милиции захочется копаться у меня в квартире. И вовсе не хотелось оставлять сувениры на память о том вечере. Так что ничем вам тут помочь не смогу, Лев Иванович, сожалею!

Гуров по глазам видел, что ни капельки он не сожалеет, а, наоборот, рад, что пресек попытку опера оказаться в своем жилище. «Лучше бы ты берег его от сомнительных женщин», – подумал Гуров, но вслух ничего говорить не стал.

На подходе к дому они увидели длинную фигуру Забуруева, который терпеливо дожидался Гурова, стоя столбом у края изумрудной лужайки.

Уже в автомобиле, выезжая из поселка, референт неожиданно спросил:

– Ну и как вам Панченко-младший, Лев Иванович?

Гуров пожал плечами. Забуруев вздохнул и продолжил:

– Отец-то, Андрей Борисович, совсем другой по характеру. А этот не орел. Нет, не орел! – И с сожалением покрутил головой.

Гуров с любопытством посмотрел на него и еще раз пожал плечами.

– Что выросло, то выросло, – буркнул он.

Глава 4

Найти Курносова Стасу удалось далеко не сразу. В офисе фирмы ему сказали, что Курносов только что уехал в один из филиалов. Крячко устремился по новому адресу, но в филиале выяснилось, что Курносов уже убыл и, кажется, отправился к себе домой. Стас попытался застать Курносова дома, но из этого тоже ничего не получилось. Он опять вернулся в офис и узнал, что шеф еще не появлялся. Крячко уже начинал по-настоящему злиться, но тут секретарша Курносова, сжалившись над ним, сообщила номер мобильного телефона своего шефа.