я столкнулся с тварями Хаоса, вылезшими из свежего прорыва Бездны, — проговорил я, — моя магия пошла вразнос. Любые заклинания стали вести себя непредсказуемо. Здесь такое тоже может быть?
Семарес бросил на меня удивленный взгляд — об этой части моей биографии он явно слышал впервые. Советник же хмыкнул:
— Нет, такого здесь быть не должно… Если только сам Великий Древний не попытается прорваться. Тогда я ни за что не отвечаю.
Обнадежил…
Глава 2
По словам советника, вход в гнездо находился в самом центре мертвой деревни, под домом, где когда-то жил местный жрец. Дом жреца демонопоклонники выбрали явно намеренно — пытаясь подчеркнуть, что богиня против них бессильна.
Хотя выехали мы с рассветом, дорога до деревни заняла целый день, и к нужному месту мы подходили уже в сгущающихся сумерках. Несколько раз я ловил на себе быстрые неприязненные взгляды Семареса — пока тот не спросил недовольным тоном:
— Ты умеешь видеть в темноте?
— Нет, — отозвался я честно.
Видеть без света я действительно не мог. Вот если бы Семарес спросил, мог ли я в темноте ориентироваться, тогда правдивый ответ прозвучал бы — да, легко. В отсутствие источников света во мне будто просыпалось неведомое чутье, позволяющее точно знать, где что находится.
— И заклинания такого не знаешь?
— Нет, — повторил я.
А ведь профессора в Академии, которых я спрашивал, заявляли, будто подобных заклинаний не существует. Врали, значит.
Семарес остановился и со вздохом потер переносицу. Я остановился тоже.
— Ладно. Сейчас я на тебя его наложу — действие продлится до рассвета.
— Когда разберемся с гнездом, вы должны будете меня ему научить, — сказал я.
Судя по лицу Семареса, сегодняшней попытки в учительство ему более чем хватило, но все же он согласно кивнул.
Да, клятва верности работала, и работала хорошо.
Заклинание подействовало сразу, мир вокруг стал в разы четче и вновь, как днем, окрасился красками. Правда, оттенки цветов были совсем не такими, как дневные. Сказать какими именно я бы не смог — слов в человеческом языке для их описания не существовало.
У самого дома стояло несколько мужчин в простой темной одежде, показавшейся мне слишком легкой для зимы, а рядом с ними на снегу лежали тела — шеи у них были повернуты под углом, какого у живых не бывает.
— Мои люди, — пояснил советник, кивнув на темные фигуры, потом показал на мертвецов, — а это охрана гнезда. С охраной у них всегда плохо.
— Помимо стражи были тут какие-то заклинания, амулеты, что-то еще, что могло бы предупредить демонопоклонников о нашем появлении? — спросил я.
Советник бросил вопросительный взгляд на своих людей, и один из них вытянулся и проговорил:
— Мы обнаружили два следящих маячка и изменили их, оставив передавать, что все в порядке.
— Получается, демонопоклонники еще не знают, что мы здесь? — уточнил я.
Советник небрежно пожал плечами.
— Это неважно. Даже если они прорыли дополнительные выходы, я их достану. Далеко не убегут.
— Но они успеют убить людей, предназначенных для жертвоприношения, — возразил я.
Лицо Райхана Сироты отразило недоумение — будто бы он не мог понять, какое ему должно быть дело до каких-то там жертв. Впрочем, вслух он этого не произнес, спросив вместо того:
— И что ты предлагаешь?
— Как минимум, поставить непроницаемые звуковые щиты перед тем, как спускаться.
— Можно и поставить, — не стал спорить советник.
— Вы слишком легкомысленно относитесь к ситуации, господин Сирота, — подал голос Семарес. — В гнезде, помимо обычных демонопоклонников, могут находиться одержимые.
— Могут, — согласился советник. — Но неужели мы втроем с ними не совладаем?
— Задача, данная мне верховным магистром, заключается в том, чтобы охранять молодого аль-Ифрит, — холодно возразил Семарес. — Я вступлю в бой только если ему будет грозить опасность.
— Так даже лучше, — отозвался советник. — Просто поставьте надежные щиты и не мешайтесь у меня под ногами, когда я буду уничтожать гнездо. Меньше чем за минуту всё закончится.
Я промолчал, не став упоминать, что, будь всё так просто, Госпожа Магия не потащила бы меня сюда. Советник, похоже, отличался излишними самоуверенностью и оптимизмом.
…И, кстати, если верить некоторым людям, этими чертами характера мы с ним были похожи…
Внутри все выглядело точно так, как можно ожидать от давно заброшенного помещения, а посреди центральной комнаты виднелся черный провал. Мне невольно вспомнился тот дом в столице, через подобный ход которого мы с Кастианом попали в подземное святилище иномирного демона.
Ход в подземелье здесь оказался намного короче того, по которому мы шли под столицей. Понятно было, что в обоих случаях их создавали маги, и лестницу у нас под ногами тоже никто не вырубал вручную… Тут я задумался — а привлекал ли Великий Древний к себе обычных людей, не владеющих силой? Или же они были ему просто не интересны?
Примерно через сотню ступеней лестница закончилась, и мы вышли под своды сравнительно небольшой пещеры. Сравнительно — поскольку, хотя здесь оказалось до потолка футов десять, а по размерам пещера равнялась приличной городской площади, была она раз в десять меньше той, которую я три месяца назад уничтожил.
Не было здесь и фресок, не было изображения гиганта на троне из черепов. Из знакомой обстановки оказался лишь алтарь, на котором как раз истекал кровью человек. А еще обнаружилась дюжина других людей. Они все стояли вокруг алтаря, но на достаточном расстоянии друг от друга, потому я и смог увидеть жертву. Стояли, прикрыв глаза, и покачивались, будто в такт музыке, которую только они могли слышать.
Советник начал действовать, едва ступил на пол пещеры. Короткое движение рукой, пятеро из демонопоклонников вспыхнули огненными факелами — и опали кучами пепла. Да, еще в деревне призраков я заметил — на собственном опыте — что советник любит сжигать людей заживо.
Но почему сгорели только пятеро?
Оставшиеся семеро развернулись к нам, взгляды остановились на мне, и я с мысленным вздохом отметил в их глазах уже знакомую ненависть. Будто с семи разных лиц на меня смотрело одно и то же существо. Хотя нет, не «будто» — эти семеро были одержимы иномирным демоном, поэтому и магия советника с первого раза их не взяла.
Больше сырой силой стихии советник не бил. Теперь его пальцы быстро сплели узор, который совсем не походил на
