Технология подводных лодок совершенствовалась столь стремительно, что менее чем через тридцать лет, в Первую мировую войну, немецкие дизельные субмарины уже терроризировали корабли союзников. Именно одна из таких подлодок, потопив британский пассажирский лайнер «Лузитания», вышедший из Нью-Йорка в 1915 году, вынудила США отказаться от нейтралитета. К моменту вступления США в Первую мировую войну немецкими подводниками было потоплено уже несколько сотен кораблей.
Во Вторую мировую войну подводные лодки стали настолько мощными, что были способны преследовать вооруженные конвои надводных кораблей. Немцы посылали свои субмарины «волчьими стаями», чтобы наносить удары концентрированно. Эта тактика оказалась весьма эффективной, США воспользовались ею после нападения на Перл-Харбор для восстановления своего господства на Тихом океане. Такое воздействие на японские транспортные и грузовые суда и танкеры было опустошительным, однако и цена этого успеха была очень велика: США потеряли 52 подлодки и 3500 человек личного состава.
Наиболее яркими эпизодами тех времен остаются торпедные атаки подводных лодок, а также страдания подводников, стиснутых в стальных цилиндрах, в то время когда импульсы японских гидролокаторов пронизывали корпуса их лодок, а вокруг взрывались глубинные бомбы. В эти же дни происходили и первые попытки установления более близких отношений между подводниками и разведчиками. Несколько раз подводные лодки поднимали обычные антенны для перехвата японских радиопереговоров, а около дюжины лодок направлялись для проведения рекогносцировки побережья перед высадкой десантов. Эти эксперименты вызвали интерес у разведчиков и показали, что с началом «холодной войны» подводные лодки могли выполнять новые задачи. Сначала попытались использовать дизельные лодки. Затем были созданы подводные лодки с почти беспредельной мощностью и неограниченной скрытностью, движимые атомными реакторами. Они могли находиться в подводном положении непрерывно целыми месяцами. Такие подлодки дали существенное преимущество американцам в «холодной войне» под водой.
Информация о действиях этих подлодок циркулировала только среди высшего командования ВМС США, и лишь иногда о содержании проводимых операций докладывалось президенту США, его старшим военным советникам и нескольким конгрессменам. В конечном счете руководство выполнением любой задачи находилось в руках молодых командиров подводных лодок, обычно в возрасте около 35 лет, причем они имели приказ соблюдать полное радиомолчание при проведении разведывательных операций. Им рекомендовалось рисковать, и некоторые из них проникали даже в советские гавани, а также в районы учений советских ВМС с целью получения и доставки домой ценнейшей информации. При этом оставались в силе основные указания: избегать своего обнаружения и держать советские ВМС в абсолютном неведении, насколько пристально ведется за ними наблюдение.
Иногда среди высокопоставленных американцев возникало беспокойство, не являлись ли эти операции слишком провокационными и опасными? Не сможет ли провал одной такой акции или ужасный несчастный случай привести две великие державы на грань войны? Пока эти операции оставались секретом, командованию ВМС США редко приходилось сталкиваться с подобными вопросами.
Но время шло, и, как обычно бывает, тайное постепенно становилось явным. В результате многочисленных интервью, которые мы брали в течение нескольких лет, нам удалось воспроизвести так долго скрывавшиеся события. И то лишь благодаря огромным усилиям и настойчивости. Мы контактировали с сотнями подводников. Некоторые сообщали о наших просьбах военно-морским контрразведчикам, а некоторые просто отказывались говорить с нами. Однако многие согласились встретиться и дать интервью. Иногда представители контрразведывательной службы ВМС США наносили визит или звонили этим людям и монотонно напоминали о данной ими клятве молчания и о правовых обязательствах. Тем не менее детали накапливались – по мере того как офицеры-подводники, рядовые матросы, политические деятели и представители разведки принимали решения, что настало время рассказать свои истории. Возможность высказаться предоставляла подводникам особое облегчение. Большинство из них не рассказывало ни своим родителям, ни детям, ни женам или близким и друзьям никаких подробностей о своих многомесячных скитаниях. После месяцев напряженной работы по возвращении домой они, что называется, не могли облегчить душу. Им давно хотелось поговорить с понимающим их человеком, чтобы обрести – пусть и с опозданием – душевное спокойствие.
Итак, мы пишем о них и для них. Люди, их имена и фамилии, а также события в данной книге – реальные. А истории, приведенные в каждой главе, изложены по возможности точно и добросовестно на основе многочисленных пространных интервью и тех документов, которые теперь уже разрешены к публикации. Истории излагаются в тексте в том виде, в котором нам рассказывали их участники и свидетели. Не все люди, о которых написано в этой книге, имели беседы с нами. Тем не менее они включены в текст, поскольку находились в центре самых критических операций «холодной войны». В большинстве случаев мы вынуждены были давать обещания нашим источникам о том, что они будут защищены, что мы не раскроем не только их, но и даже сам факт наших встреч с ними.
О большинстве историй, изложенных в книге «Игра в жмурки», никогда не говорилось столь открыто и ни об одной столь подробно. Поэтому вместо того, чтобы многократно указывать на то, что мы предлагаем новую информацию, мы решили отмечать либо в тексте, либо в сносках только те подробности, которые были уже известны ранее. Все остальное в книге неизвестно даже профессиональным подводникам. Поскольку в свое время командование информировало их только о том, что было необходимо для выполнения их прямых обязанностей, конкретных заданий. Эта книга не только о подводных лодках, шпионаже и геополитике. Она и о людях. Таких, например, как страстно увлеченный поэзией ученый-океанолог, которого попросили представить воображаемые способы извлечения со дна океана ракет с ядерной боеголовкой. Или офицер военно-морской разведки, который предложил идею перехвата информации из советских кабелей подводной связи. Лихой командир подводной лодки, что не смог удержаться от соблазна проскользнуть в нескольких десятках сантиметров от советских подводных лодок. Это члены экипажей подводных лодок, страдавшие от удушья, когда советские корабли обрушивали на них глубинные бомбы. Мы также приводим новые сведения, которые помогут разрешить загадку, что же случилось с подводной лодкой «Скорпион», которая затонула вместе со всем экипажем более тридцати лет назад.
В большинстве книг об американских подводниках основное внимание сосредоточивается на одном человеке, возможно, самом влиятельном. Речь идет об офицере ВМС, отце атомной подводной лодки, адмирале Х.Г. Риковере. Но даже Риковер вынужден был лишь наблюдать со стороны, как другие управляли его детищем и выполняли на них боевые задачи.
Итак, это история не одного человека, а множества людей, которые служили в подводном флоте на протяжении десятилетий. Мы проследили их многолетнюю деятельность по трем этапам: от первых неуклюжих попыток, через этап величайших операций по преследованию и уничтожению кораблей на море и до того этапа, когда достижения технологии и воображение позволили американцам довольно глубоко проникнуть в советские замыслы. Эта эпопея еще не завершилась – американские подлодки по-прежнему направляются для наблюдения за Россией, а также за другими «горячими точками» на Земном шаре. Изложенные в книге истории – не мимолетный взгляд на гигантские усилия правительства США в области разведки. Эти истории являются предостережением. Бог знает, к чему в конце концов могут привести попытки руководителей великих держав выведать секреты друг у друга.
Глава 1
УБИЙСТВЕННОЕ НАЧАЛО
«С ума сойти!» – пробормотал Харрис Остин, наблюдая, как в гавань британской военно-морской базы Лондондерри (Северная Ирландия) входила безобразного вида посудина. Неужели это и есть «Кочино» – подлодка, где ему предстояло работать?
Едва ли кто-то из людей, толпящихся на пирсе, догадывался, что двадцативосьмилетний радист Харрис Остин находился здесь по прямому указанию начальника главного штаба ВМС США. Его подробно инструктировали адмиралы, командующие военно-морскими силами США в Европе, его биографические данные многократно уточнялись и перепроверялись. И сегодня ему, молодому агенту военно-морской разведки, предстояло войти в экипаж «Кочино» в качестве «спука» – специалиста по перехвату и прослушиванию советских военных сообщений и сигналов радиоэлектронной связи. В его миссию входило попытаться выхватить у Советского Союза один из его строжайших секретов.
