Нужно было скорее уходить из этого сумасшедшего дома! Вот только — куда?!
Плакать, рвать на себе волосы и устраивать истерики было не в моих правилах. Раз какая-то память в этом теле есть, стоит положиться на него.
Но, не успела я решить поэкспериментировать, как услышала почтительное:
— Истресса Сарган, я должен принести вам глубочайшие извинения за нерасторопность слуг. Мы не успели встретить вас — краэнг не отпустил вас в положенное время, и мы уже думали…
Я резко обернулась. В воздухе, буквально в трёх шагах, висело… нет, я бы не назвала это приведением. Высокое, плотное, почти непрозрачное. Странной овальной формы. Глаз не видно — зато имеется весьма зубастая пасть. И нежно-лилового оттенка. шёрстка.
Рта замечено не было, но как-то это существо умудрялось общаться. Мысленно? Страшно мне, как ни странно, тоже не было. То ли после краэнга уже ни один зверь не страшен, то ли, вместе с памятью, отшибло и чувство самосохранения.
— Вы подумали, что краэнг решил оставить меня в качестве фаворитки? — подхватила, чтобы что-нибудь сказать, хотя слова жгли язык. Гадкое ощущение. Как будто об тебя не только руки, но и ноги вытерли.
— Да, истресса, — кажется, или пушистое нечто смущенно забулькало? Даже шерстка стала резко темнеть. Это он так смущается?
— Думаю, великий краэнг пожалел меня и позволил немного поспать, — кто знает, почему вспыльчивый аристократ её разбудил не сразу? Или просто не смог? Но тогда бы у него точно возникли вопросы.
— Позволено мне будет проводить вас в гостевые покои, где размещены ваши родственники?
Пушистое “облачко” подплыло чуть ближе.
Лучше не придумаешь. Нужно хоть немного прийти в себя, иначе недолго и с ума сойти.
— Конечно, — приветливо улыбнулась, — простите, не знаю, как вас называть?
— Госпожа, — длинные тонкие лапки-отростки беспорядочно замахали на неё, — вам не стоит утруждать себя знанием моего имени. Вы, видимо, забыли, но мой народ — лонги, погиб бы без поддержки магов! Мы обязаны им всем!
— Простите, но мне так было бы удобнее и приятнее. Если это больше не связано ни с какими запретами…
Пухлое облачко почему-то стало искренне жаль. Что же, его так весь день эти надменные аристократы гоняют, и даже простое “спасибо” не скажут? Лонг. Это раса? И не спросишь же!
— Аараушш Даееранешш. Но я знаю, что для людского уха наши имена слишком непривычны, поэтому зовите меня, как вам будет угодно, юная госпожа, — удивительно вежливое и тактичное существо. В отличие от местных господ.
— Буду звать тебя Аур, если ты не против! — руки уже мелко дрожали от усталости, поэтому было весьма кстати, что лонг Аур решился провести меня до покоев коротким путем.
Ещё не хватало в таком виде столкнуться с другими ранними пташками.
Я проскользнула в весьма помпезно обставленные покои, добрела по коридору (а там было несколько дверей) до своей предполагаемой спальни и провалилась в сон.
Именно тогда и накатили воспоминания.
Часть 2. Воспоминания. Глава 1
Как всегда, очередной серый день. Здравствуй, унылая работа! Ходишь на неё, ходишь, почти живёшь — особенно, когда отчетный период подходит, а зарплата… не будем о грустном. Видимо, как раз за проживание на рабочем месте вычитают. Заодно — за пользование столовой и туалетной кабинкой.
Когда тебе уже немного за двадцать, а начальство намекает, что их менеджер может скоро пелеквалифицироваться в работника “клининговой компании”, будешь тут перерабатывать. Особенно, когда Татьяна Васильевна из соседнего отдела мягко намекает, что её племянница на моём месте будет смотреться куда уместнее.
Впрочем, очередной день пролетает быстро. Среда — это маленькая пятница, есть повод немного расслабиться.
Дома сдыхает одинокий кактус — больше никто со мной не ужился. А, может быть ещё в холодильнике найдётся буханка хлеба. Заплесневелая. Всё, что удаётся себе позволить на зарплату, выплачивая чужие долги — пара булочек и бутылочка кефира в день. Хорошо, хоть чай в офисе бесплатный.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Подхожу к подъезду медленно — ноги устали от ненавистных каблуков, но дресскод заставляет мучиться с этими колодками.
Тихо и темно — всё-таки середина февраля, пока темнеет рано. Да и я снова заработалась. Давай, Надя, немного осталось. Ещё чуть-чуть. Как там в песне? “Надежда — наш компас земной, а удача — награда за сме-еелость!”.
Тихо мурлыкаю песню, медленно поднимаясь по лестнице на свой шестой этаж. Лифт снова не работает. На лестничных площадках, начиная с четвертого, света тоже нет, а мобильный, как назло, разрядился. Ладно, жаль, я не сова, придется ползти на ощупь.
Интуиция советует спуститься вниз и ещё погулять, но я слишком устала за этот день, чтобы прислушиваться к глупым страхам.
Наверное, поэтому почти не удивляюсь, когда на очередном лестничном пролете почти с разбегу налетаю на что-то твердое.
Ай!
То есть… на кого-то.
— Вас-то я и жду, Надеш-шда из рода Карелиных.
Это ещё что такое? Пальцы чуть дрожат. Пытаюсь нащупать хоть что-то потенциально опасное, но рюкзак, как назло, за спиной, а в руках только пакет с бумагами. Маньяк? Ролевик? Сумасшедший?
Всегда у нас дом был спокойный… Неужели — кольнула иголка страха — Он меня нашёл? Неужели всё было напрасно?
— Не нашш-шёл. И не найдёт больше никогда, если вы, Надеш-шда, внимательно меня выслушаете и согласитесь на моё предложение.
Он говорит с лёгким шипящим акцентом. Иностранец? Душа уже не просто в пятках — могла бы — вслед за ней сбежала прямо через окно, пусть и на крышу подъезда.
— Вы кто такой? Что вам от меня надо? — мелькает запоздалая мысль закричать, когда скорее улавливаю, чем действительно вижу, как качает головой фигура передо мной.
— Кричать не стоит. Всё равно не услышат. Я не причиню вам вреда. Мош-шет, пригласите?
Он правда ненормальный? Говорят, с такими нужно во всём соглашаться, но, вместо этого, пытаюсь применить знакомый приём. Один из тех, которым меня обучили на курсах самообороны.
Вот только сумасшедший, не шевелясь, легко перехватывает и руку, и ногу. Его пальцы стальные — и очень холодные. Замёрз?
— С-смелая, да? Ну как хочешь. Я предлагаю по-хорошему в последний раз.
В темноте вспыхивают двумя факелами изумрудные глаза. Со змеиным, вертикальным зрачком.
Глава 2
Следующее воспоминание — совершенно сюрреалистичное. Мы с маньяком сидим на моей кухне. Тесное маленькое пространство, занятое холодильником, плитой и пустым шкафом. Ах да, ещё небольшой стол и два стула.
И высокий мужчина в странном тёмно-изумрудном одеянии, напоминающем древнеримскую тогу, смотрится здесь неуместно.
Его лица я так и не запомнила. Зато никак не могла забыть то, что он сказал.
Резкий, шипящий голос ввинчивался в уши, усиливая сюрреализм происходящего. Наверное, он применил всё же какое-то воздействие. Иначе почему я, здравомыслящий и крайне рациональный человек, который не доверял в последние годы никогда и никому, ему вдруг поверила? Магия.
— Итак, человек. Тебя сейчас не должно интересовать ни моё имя, ни то, как я выгляжу. Тебе будет лишь достаточно знать, что я выбрал тебя… Ахахахаха, — мужчина вдруг рассмеялся лающим, резким смехом, — какие забавные мысли. Нет, Надеш-шда, ты не избранная. Мир наш спасать не надо, ему и так неплохо. Всё, что ты должна сделать
— поступить в столичную Академию империи Алатран на Факультет Рун. И учиться. Больше от тебя ничего не требуется.
Вот теперь захотелось сбежать с утроенной силой. Когда говорят, что “всё просто ” и “тебе не надо ничего делать ”, тогда и приходит полный… пушистый и белый зверёк.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Интересное мышление. Стальной характер. Неуживчивая, недоверчивая, язвительная. Мне нравится, — объявил незнакомец тоном опытного покупателя.
Он читал мои мысли. Испуга почти не было — что-то такое подспудно ожидаешь, когда сталкиваешься с магией. Вот только крайне неприятно. Как там говорили на всяких тренингах? Уже не казалось глупостью…
