“Плюсы.
1. Я жива, хоть и в другом мире.
2. Тело молодое.
3. Есть перспектива обучения.
4. Устроиться в этой жизни смогу.
Память тела присутствует.
5.
6. От опекунов избавлюсь.
7. ОН меня больше никогда не найдет. ”
Последняя запись вышла кривой — рука дрогнула.
“Минусы.
1. Слишком мало знаю о мире.
2. Меня (или любую другую девушку) призывали специально. Большая политика. Нужен кто-то совершенно посторонний. Почему? (узнать!). Цель — Краэнг. Или что-то ещё.
3. Энг легко может испортить жизнь и даже убить. Очень опасен. Где искать защиты?
4. Магии нет, а здесь опасно быть слабой.
5. Довериться некому. Позволить себя шантажировать? Рассказать правду краэнгу?”
Перечитав всё ещё раз, порвала бумагу на мельчайшие кусочки и спустила в уборной.
Как хорошо, что все привычные удобства здесь присутствуют и работают на магии!
Что ж, плюсов всё-таки больше, несмотря на весомость минусов. Подумаем. Посмотрим. А, самое главное, мне не терпелось порыться в собственной памяти. Похоже, обещанные таинственным телепортистом “пакеты” воспоминаний об этом мире, наконец, всплыли на поверхность.
И я отправилась в спальню. Там меня и до вечера не потревожат.
Часть 4. Драконов руками не трогать! Глава 1
Я оказалась права. Всё было даже слишком тихо. Опекуны так и не появились к обеду. А после передали через служанку записку, что завтра утром они переедут в гостиницу из дворца, и там же состоится знакомство с первым кандидатом в женихи. Спасибо вам, мои заботливые, можете сами завести себе гарем из “кандидатов”.
Вызнав, что сами они во дворец до утра уже не вернутся, я всё же решилась выйти.
Ничего, переживут.
Почти ночь. Большие дворцовые часы пробили шестнадцатый раз — в этом мире в сутках тридцать два часа. Сиреневое ночное светило укутало прохладным светом. В огромном дворцовом парке виднелись редкие огни от магических шаров.
Теперь я чувствую себя увереннее. И понимаю, пусть и не всё, но многое из прошедших двух суток.
Айгани — мир многих рас. Я попала на южное полушарие, здесь, в основном, царит тёплый климат, удобный для всех чешуйчатых, а зимы мягкие и короткие. Да, вы не ослышались. Империя — это царство драконьего племени. Драконы, василиски, виверны, гидры, даже клан крылатых химер и гаргулий.
Однако, в Империи живёт и немало людей, а во многих городах есть целые кварталы ближайших соседей — смуглокожих иссанши, покрытых древесными узорами — непревзойденных магов земли. Металликов, которым поддаётся любой камень, любое твердое тело. Утонченных, но смертоубийственно опасных альвири — самый близкий аналог эльфов. И многих других.
Но основная масса проживающих — это чешуйчатые и люди.
Никто и никого не притесняет — официально, но в реальности человек никогда не пойдет против драконьего племени. Самолюбивые, гордые, несдержанные, вспыльчивые и весьма могущественные создания заправляют всем. Академия Айтвара — именно их детище. Это главная Академия империи, людей в ней почти нет. Факультет Рун — единственное место, кроме Бытового, куда их там принимают. А, значит, мне будет не просто сложно — мне будет самоубийственно тяжело.
Вот только…
Стража пропустила в сад без вопросов, несмотря на позднее время. Может, распорядился энг, или здесь просто не принято было задерживать гостей.
К слову, краэнг Аргат оказался братом нынешнего императора. А вот энг — одним из племянников.
Кроме краэнга Аргата у правителя было ещё две сестры, обе давно и успешно замужем.
Оба же представителя правящего клана были не женаты и ни о каких помолвках было не слышно. Ещё одна странность.
Я свернула на дальнюю аллею — далеко заходить не собиралась, просто из воспоминаний Найаны помнила, что там было красивое озеро. Вдруг захотелось коснуться воды, смывая окончательно ощущение безнадежности. Это последняя маленькая слабость. Потом всё изменится. Нади Карелиной больше не будет — только Найана Сарган.
Я присела на обложенный камнями бортик, наслаждаясь тихим пением птиц. Спокойно. Хорошо. Отсюда дворца почти не видно, и можно представить, что я совершенно одна во всём этом мире, без проблем и забот, без страха.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я уже сняла неудобные жёсткие туфли, ступая ногами на траву, когда вдруг раздался резкий звук. То ли рык, то ли крик, то ли. стон?..
Подскочила, застыв. Померещилось? Нет. Звук повторился, но уже глуше. Как будто у издающего его существа не было больше сил.
Стража не спешила. Вокруг было только сиреневое сияние луны и возобновившийся щебет.
Сколько в жизни я ругала себя за безрассудство и клялась, что больше так не буду? Но что было бы со мной самой, если бы однажды неравнодушный человек не протянул мне руку помощи?
Я буду осторожна. Аккуратна. Тиха, как мышь.
Не знаю, что происходит в этом дворце, но вот так бросить кого-то и бежать искать людей, пытаться им всё объяснить…
Конечно, я пошла. Огибая озеро, ориентируясь уже скорее на собственную интуицию, чем на затихшие звуки.
В густых кустах, росших на другом конце водоёма, виднелся клок светлой одежды. Сердце ёкнуло. Шаг, ещё шаг.
Я прислушивалась, как могла, но других посторонних звуков не было. Птицы были спокойны.
Когда удалось забраться в середину весьма колючего кустарника, оказалось, что он кольцом окружает небольшую площадку. Именно там на голой земле навзничь лежало почти бездыханное тело. Лежал мужчина, в котором я с ужасом опознала высокомерного краэнга.
Глава 2
— Очешуеть, — это единственное, что вырвалось.
Я почти представила, как меня обвиняют в покушении на убийство, а то и в самом убийстве. Как смогу объяснить, зачем сюда пошла? Почему отправилась гулять едва не ночью?
Забыв о предосторожностях, упала на колени рядом с мужчиной. Так, на курсах оказания первой помощи кое-чему нас учили. Пульс. Есть. И не слабый — наоборот, совершенно бешено зашкаливающий.
На первый взгляд — никаких повреждений. Несколько царапин от кустов. Может, на него напали магией? Я ничего не смыслю в физиологии ящеров!
Склонилась ниже. Лицо мужчины было почти серым, покрытым бисеринками пота. Губы приоткрыты — и наружу выглядывает весьма впечатляющий частокол острых зубов. Моя ж ты пираньюшка.
Что дальше? Одежда не порвана. Двигать его я откровенно опасалась. Неужели всё-таки придётся бежать за помощью? Нельзя же бросать человека вот так!
Я уже почти решилась, когда с бездыханным телом начало твориться что-то странное. Его волосы начали. гореть. В прямом смысле слова! Длинные серебристо-голубые пряди наливались золотым светом, по ним пробегали отблески пламени, по скулам бежала золотистая чешуя, а на руках отчетливо проступали когти. На миг я замерла, завороженная открывшимся зрелищем, но быстро отвесила себе мысленную пощечину.
Пусть краэнг и был мне неприятен, но смотреть, как мучается живое существо.
Я замерла. Склонилась перед ним, вслушиваясь в стук чужого сердца. Вглядываясь в искажённое лицо. Сейчас, без гримасы брезгливости, он… притягивал. Что греха таить — краэнг был очень красивым мужчиной. Про такого говорят — порода. Поколения отбора. Я наклонилась ещё ниже, смотря, как бегают глаза под закрытыми веками.
Рука потянулась сама собой, очерчивая острую скулу и черты чуть вытянутого лица.
— Ай! Вот ты.
Руку пощекотало что-то знакомое. Хвост. Гладкий хвост, украшенный серебристым пушком и наглая кисточка, которая сейчас щекотала руку.
— Ты гораздо приветливее хозяина, — пробормотала, пытаясь осторожно подняться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Умирать краэнг не умирает, но помощь всё равно позвать нужно. Мало ли что. Похоже, у него какие-то проблемы с оборотом.
— Ну всё, хватит, отпусти! — заметила строже. чувствуя, как суматошно забилось собственное сердце.
Над головой кто-то громко заухал. Стало откровенно неуютно. Не научили тебя просмотренные в детстве в компании подруг ужастики, что по ночам надо дома сидеть, Надя! То есть. Найана.
