методика обучения Марты в корне не верна. Почему брат до сих пор держит её? Тем более всё чаще и чаще девушка стала замечать за своим учителем признаки сил «радара». Что же она тогда за учителя для «источника», коим была Миррель? Ведь «радары» нужны только для идентификации типа энергии. А у Мирры уже сформировавшийся белый поток, с большим запасом энергии. К чему её приставлять «радара»? Так и не найдя в своём поведении причинзлости брата, Мирра вознамерились получить хоть крупицу семейной любви и внимания.
Лаурель нашёлся в своём в кабинете, утонувши в окружении старых книг. Он мог посвящать недели чтению этой древней, бесполезной макулатуры, забыв про еду и отдых. Именно ревность к тому, что брат уделял этому занятию так много внимания, послужило причиной нелюбви Мирры к книгам. Вторая причина отсутствия интереса была невозможность непосредственного чтения: текста порой были настолько древними, что напоминали больше каракули, чем нечто связное. Но брат понимал их без труда, и эта его способность восхищала Мирру ещё больше.
Брат сидел в кресле, привычно ссутулившись, подперев голову рукой. Девушка, точно маленький ребёнок, прошмыгнула в комнату и устроилась подле брата, настойчиво ожидая, пока на неё обратят внимание. Наконец, Лаурель перевёл взгляд на сестру. Мирра была уже совсем взрослой и красивой девушкой, в меру настойчивой и требовательной, возможно, как и подобает всем девушкам её возраста. Инфантильность была ей совсем не к лицу, что злило брата, и, тем не менее, он не пытался бороться с этой чертой, принимая как плату за своё обращение с сестрой. Девушка сложила губы трубочкой и попросила почитать ей на ночь. Будучи совсем ребёнком, она часто приходила к Лаурелю с такой просьбой, в те дни отказать ей было трудно, сейчас — времена изменились. Хотя…, времена остались прежними.
— Миррель, — Он протёр рукой глаза, откинулся на спинку кресла и отодвинул книги. — Тебе самой не приелись эти детские забавы? Сколько ты ещё будешь играть? Или тебя совсем не заботит ничего? Отсутствие пары-праета, не раскрывшие до конца способности источника? Назови мне хоть одного жителя Ядра твоего возраста, кто ещё не разделил энергию? Я не хочу, чтобы о нашей семье говорили…
Но девушка уже не слушала брата. Её глаза наполнялись слезами, а к горлу подступала истерика. Чем он так недоволен? Почем он говорит ей всё это в ответ на простую просьбу прочесть на ночь?
— Тебе назвать человека? — Рыдая, проговорила девушка, отвечая на единственный вопрос, который запомнила. — Имя, для которого нет пары? — Мирра с обидой, вызовом и страхом смотрела на брата. Она знала, что следующие слова заденут брата до всей глубины его души. Ею саму травил ядовитый привкус от грядущей фразы, но механизм запустился. — Это мой брат! Лаурель!
Лицо мужчины осунулось, уставшие плечи опустились ещё ниже, глаза превратились в стеклянные бусины. Брат резко отвернулся от сестры и подошёл к окну. Лаурель был одним из немногих жителей Ядра, кто не мог ни делить, ни принимать энергию. Он не был ни «источником», ни «защитником», ни даже «радаром». Ноль. И пусть язык энергетических символов светлых энергий был ему знаком, говорить на нём он не был в состоянии. Энергетическая пустышка, чего нельзя было сказать о Мирре. Потенциал сестры был в разы выше средних показателей. Она продуцировала светлую энергию, как безустанный генератор. И когда для неё отыщется прает, её «защитник», то это будет самая сильная пара в Ядре. Лаурель одновременно хотел и боялся приближения данного события. И завидовал. «Неудачная первая попытка и успешная вторая», — часто повторял он себе.
Мирра стояла, прикрыв рот рукой, ошпаренная своими словами, ещё больше, нежели брат, который уже привык мирится с положением дел.
— П…прости, Брат! Брат, прости…. Я не хотела… Я не хотела….
Брат осёк её:
— Довольно Мирра, иди к себе.
— Извини! Это не то, что…
— Это как раз то. Ты сказала всё, как есть.
Девушка с мольбой о прощении устремилась к брату. Она рыдала взахлёб и обнимала его своими тонкими ручками. Лаурель стоял и смотрел в окно, не утешая и не отстраняя сестру. Постепенно, когда её всхлипы стали реже, а речь — разборчивее, он положил руку ей на голову. Всё ещё ребёнок.
— Завтра, — шептал он ей. — Завтра я приду пораньше и обязательно тебе почитаю.
— Я люблю тебя, брат.
— И я тебя. Ложись, мне нужно ещё поработать.
Ночной Предел был прекрасен. Днём его энергетические мерцания, практически, не были видны глазу, но ночью разливались прекрасными узорами. Даже ослепительно сияние Ядра не мешало любоваться этой красотой, а тёмный, почти не освещённый, Периметр добавлял ещё большего шарма. Нерушимый купол Предела не один десяток лет защищал жителей от внешнего мира и его опасных сущностей.
Мирра стояла на балконе своей комнаты и рассматривала ночной город и небо. Теплая и безветренная погода, неторопливый гул Ядра, как колыбельная, убаюкивали девушку. Внезапно, в небе над Периметром, дальней кольцевой территории предела, опоясывавшего Ядро, возникла вспышка, затем ещё одна, и ещё. Свечение в небе разливалось разноцветными волнами, погасало и начинало с новой силой. Мирра поудобнее устроилась на своей смотровой площадке, облокотилась на локти и принялась наблюдать. Через некоторое время от светящегося пятна стали расходиться мерцающие ручейки, а на их окончаниях появляться не менее захватывающие энергетические узоры. В последнее время вспышки на небе случались всё чаще и чаще. Обычно они быстро исчезали, но сегодня ночной фейерверк огней буйствовал на славу. Девушке, не смотря на запреты и всеобщий страх перед предводителем тёмных, захотелось туда, на территорию Периметра, где разыгрывалось это восхитительное шоу, ведь здесь, в пределах Ядра, никогда ничего подобного над головой не происходило. Она представляла, как там всё обозримое пространство сияло, перетекая от размеренного фиолетового во взрывной жёлтый и обратно, как палитра разводов отражалась в стёклах окон Периметральных домов, бежала по светлым тротуарам, липла к белым стенам, смешиваясь с восхищением в глазах жителей. Настоящий карнавал красок и красоты.
Зазвонил телефон, брат ответил, разговор был коротким. Лаурель выбежал из квартиры, кинув телефонную трубку так сильно, что она слетела с креплений и осталась висеть на проводе, крича о помощи короткими, монотонными гудками. Мирра поспешила в холл, но застала только закрытую входную дверь, Брата вызвали. Что стряслось? Раньше, ни поздние звонки, ни сверхурочные часы не были привычном делом. Сейчас такое случается несколько раз в неделю. Что происходит? Девушка зашла в кабинет, положила трубку и вернулась к просмотру восхитительного небесного явления, а по его окончанию, уставшая, утонула в нежности своих
