лицом к проходу. Так бывало всегда: все другие големы были просто бездушными роботами с крайне примитивной программой, но Артём разумно посчитал, что удостовериться не мешает.
Теперь в другой конец коридора. Над выходом из него колеблется чуть приметное марево. Артём вытягивает руку. Под ладонью ощущение мелко вибрирующей плёнки, она слегка прогибается. Артём надавливает со всей своей немалой силой голема. Часть защитной плёнки выгибается куполом, видно как от ладони по ней расходятся тонкие линии. На стене, там, где её касается защитный барьер, начерчены руны и сейчас они начинают слабо светиться зелёным. Этот же оттенок быстро распространяется по всей защите. Теперь на ней видны едва заметные геометрические узоры. Однако прорвать эту плёнку Артём не может.
Что ж, Плохой собственно и не ждал: пробовано неоднократно. На самом деле его план в другом. Артём отступает, и защита тут же переходит в прежнее состояние. Плохой возвращается в лабораторию. Он давно присмотрел там толстый стальной стержень. Бог его знает, зачем он требовался магиру. Возможно, тот просто лупил им вновь созданные големы, проверяя на прочность их шкуры.
Артём берёт стержень и ждёт вместе с ним в коридоре. Стержень он прислонил к стене. Вообще-то он надеется, что пользоваться им не придётся, но уверенности никакой. В его плане слишком много «если».
За маревом появляется фигура широкоплечая и неуклюжая, в ней можно без труда узнать очередного голема. Именно его Артём и ждал. Фигура идёт сквозь завесу. Плёнка натягивается и как бы расступается в стороны. В защитном барьере беззвучно бегают красные искорки.
Голем толкает пред собой небольшую тележку с вёдрами: наступило время кормёжки. На содержимое вёдер Артём старается не смотреть: серая бурда, похожая на помои. Всё правильно, зачем кормить автомат всякими разносолами. Тем более что вкуса големы не ощущают. Вот только есть такое в своём «активном» состоянии Артём не мог, всегда уступал место программе.
Голем аккуратно расставлял вёдра вдоль боксов. Возле пустого, Артёмьевского, он всё же на секунду помедлил. Артём внутренне напрягся, но раздатчик, раскинув своим скудным умишком, очевидно, решил, что отсутствие клиента в данном боксе особого значения не имеет. Просто надо расставить баланду в нужные номера — и всё тут. Облегчённая тележка тут же двинулась дальше.
Големы начинали питаться. На это Артём тоже не любил смотреть. Словно тут вообще есть приятные зрелища, — иронично подумал он про себя. Поднеся ко рту ведро, они из него элементарно лакали, с хлюпаньем, точно свиньи. Жижа стекала по подбородкам. Почему-то магир не потрудился выдать им ложки. Пожадничал что ли?
Впрочем, одежды на големах не было, одни набёдренные повязки.
Заправились. Потом тряпочками сами себя протёрли, что бы тело не грязное было. Всё, можно переключаться обратно в режим ожидания. Кормщик обратно идёт, пустые вёдра на тележку собирает. Возле Артёмовской ячейки с нетронутым ведром снова застыл, соображая. Потом всё же решил ведро оставить. Логично, если голем не ест, то значит, он где-то работает и заправляться потом прибудет.
Слово «есть», относительно этой бурды, Плохой не мог произнести даже мысленно.
Всё — пора, — решил он, — сейчас, как только кормщик приблизится. Однако тут в намеченном плане случился некоторый сбой. Ибо, не доходя пары шагов до Артёма, голем вдруг застыл. Плохой буквально видел, как мерцает за его глазами слабая мысль.
— Ты почему не в боксе и не работаешь? — поинтересовался голем.
Голос звучал бесстрастно, — казалось, он просто пытается откорректировать непонятные данные.
Нет, так не пойдёт, — подумал Плохой, — ещё не хватало всяким роботам отчёты давать.
— Приказ, — бросает он коротко и многозначительно.
Голем снова думает. На вид он немножко пониже своих собратьев, но больше ничем особенным от них не отличается. Такой же мощный голый торс и набёдренная повязка, слегка красноватая кожа. Единственное отличие заключается в амулете, висящем на шее. Это круглая небольшая медалька серого цвета, на которой выбит треугольник с крестом в центре. Именно на этот амулет Артём и нацелился.
— Господин велел? — решил уточнить важный вопрос его собеседник.
Господи, разговорчивый какой, — мысленно усмехнулся Плохой. — А ведь ему казалось, что все остальные големы начисто лишены инициативы и любопытства. Или это у кормщика просто программа такая, прояснять непонятное? Всё-таки слишком мало он ещё знает.
— Господин, господин, — охотно подтверждает Артём.
Он протянул вперёд руку и резко рванул амулет на шее своего собеседника. Но крепкая верёвка не рвётся, шее тоже никакого вреда. Проклятье. Плохой тут же меняет направление усилия, стягивая серую медаль через голову носителя. Второй рукой Плохой хватает железный прут. Однако пока не бьёт. Он всё-таки решает держаться прежнего плана.
— Объясните необходимость данного действия, — бесстрастно предлагает голем.
— Приказ господина, — объявляет Артём. Он, наконец, сдёргивает со своего собеседника кодовую бляху.
Он надеется, что в программе голема не предусмотрена защита личных опознавательных знаков. В его собственной программе, кажется, ничего подобного не было. Впрочем, он не был совсем уверен, что полностью разобрался во вложенной в его тело системе команд.
— Данное действие не позволит мне продолжить выполнение стандартных обязанностей, — уточнил Голем.
А Артём мысленно возликовал: он явно находился на верном пути.
— Твои обязанности изменены. Их буду выполнять я, ты же займёшь моё место.
Голема буквально зашатало. Похоже, в его программе вступили в противоречие какие-то схемы. Артём покрепче сжал прут. Ну, давай выдавай что-нибудь, — подумал он, — только скорее.
— Уточните мои новые обязанности.
Артём едва не испустил облегчённый вздох: начинать бой ему все-таки не хотелось. Даже с железным прутом исход его был непредсказуем. Кожа големов была подобна броне, а Плохой плохо представлял себе уязвимые места собственного тела.
— Иди в ячейку Л-5, - возвестил он, — и жди дальнейших приказов.
Голем двинулся в указанном направлении.
— Совсем забыл, — спохватился Плохой, — впредь откликайся на имя Л-5.
Он повесил ему на шею свою личную бляху взамен отобранной.
Голем остановился.
— Я Ц-4, - объявил он, — это наименование включено в мой первоначальный блок данных.
Ах, ты строптивенький наш, — подумал Плохой. На мгновение он заколебался. Он уже немного экспериментировал с находившимися в лаборатории големами, заставляя их выполнять незначительные приказы, но насколько далеко простирается его власть не знал.
Ладно, — решил он, — терять уже нечего. В случае чего, попытаемся его разрушить. Плохой невольно скосил глаза на стальной прут. Но это, конечно, на крайний случай.
— Так ты Ц-4 и будешь, — говорит он голему, — просто, когда вызовут Л-5, выйдешь вместо него и выполнишь его работу. Можешь?
Похоже, вопрос ввёл Ц-4 в состояние клинча. Секунды на три он застыл, потом голема начало трясти, причём куда сильнее, чем в
