другое. Практически все время, что мы скачем с Кергом, я тешу себя надеждой, что там будет не Гордыня. Готов сразиться с кем угодно, хоть с Гневом, хоть со Страхом, но только не с Гордыней. Этот тип хаулов является крайне неприятными противниками, обладающими весьма специфическими способностями, среди которых управление пространством и возможность смены своего носителя после смерти предыдущего. Окончательно уничтожить Хаула Гордыни крайне трудно.
Внезапно, прерывая мои мысли, Керг, при скачке незначительно вырвавшийся вперед, резко осадил коня и остановился. Чтобы не врезаться, пришлось оперативно тянуть поводья влево и на себя, замедляясь и объезжая Керга по широкой дуге, проклиная при этом многострадальные бедра, ощутимо занывшие после таких маневров.
– Ты уверен, что нам сюда? – спросил я у Керга после того, как окончательно остановил лошадь.
Мы стояли около широкого съезда с главного тракта. По его состоянию было видно, что съездом если и пользуются, то редко и люди в основном пешие. Следов копыт нет, а по краям чуть дальше от тракта широкая тропа уже начинала зарастать травой.
– Да, Тео, ты должно быть не обратил внимание, но чуть ранее мы проехали старый, покосившийся указатель, – уверенным тоном сказал Керг.
– Раз так, поезжай первый, а я буду чуть позади, хотя вплоть до деревни проблем быть не должно, но чем черт не шутит, будь осторожен, – нахмурившись для пущей наглядности, и сопроводив свои слова кивком, я дождался, пока Керг съедет с тракта и тронул лошадь следом.
Про проблемы я не шутил. Чем дольше Хаул находится в нашем мире, тем сильнее и умнее он становится. Хаулы, которые по принципу паразитов, вселяются в людей, начинают питаться их сознанием и эмоциями, отдавая предпочтения своей основной. В конечном итоге все приводит к тому, что личность человека оказывается полностью съедена, а тварь обретает некие характерные черты, дающие ему схожесть со своим носителем, в том числе и довольно мощный интеллект. Это касается только Хаулов которые вызывают одержимость. Механизм развития воплощенных до конца не ясен. По своей сути, воплощенные Хаулы представляют собой те же сущности, однако гораздо более могущественные, нежели их паразитические собратья. Сила этих существ уже только при появлении в нашем мире такова, что является достаточной для создания собственного, исковерканного, страшного и смертоносного тела.
Нередко, воплощенные развивались до такой степени, что разом уничтожали десятки и сотни солдат, боевые звезды ордена и магов, что были отправлены им в поддержку. В таких случаях старейшинам приходилось отправлять лучших из лучших, либо самим принимать участие в уничтожении.
Хаул, с которым мы сейчас едем сражаться, по всем прикидкам в нашем мире уже более трех недель, что является достаточно большим сроком. Конечно, это не полгода, но и не три-четыре дня, так что мне придется изрядно постараться, чтобы уничтожить его и при этом самому не отправиться к праотцам. Главное, чтобы Керг не лез под руку, как в прошлый раз, чтобы не пришлось думать о том, как прикрыть его от тьмы. Надо не забыть с ним это обговорить, а то с него станется. С другой стороны и разговаривать с ним на эту тему надо аккуратно, а то обидится. Он до сих пор не простил себе нашего сокрушительного поражения в Альбе. А не до конца зажившая левая рука продолжает ему об этом напоминать.
Спустя полчаса нашего неспешного движения, сопровождаемого моими мрачными мыслями, тропа, по которой мы продвигались, резко ухнула вниз, а вдали наконец то показалась конечная точка нашего путешествия. Деревня Кежи. С виду ничем не примечательная небольшая приграничная деревушка. На первый взгляд – дворов тридцать. Деревянные дома даже издали выглядят добротно, свежими и обновленными. Даже окна есть и сделаны то ли из настоящего стекла, то ли из слюды, отсюда толком не рассмотреть, но в проемах точно что-то блестит. Чуть дальше за деревней, в поле, пасутся коровы и овцы. В некоторых домах в наличие птичьи загоны. Все опрятное и аккуратное, никаких следов присутствия одержимого.
Тронув лошадей, начали спуск по тропе, попутно оглядывая окрестности. Вокруг нас куда не глянь, кругом росла трава, июльское солнце в полдень, жарило так, что хотелось укрыться где-нибудь в тени, под защитой деревьев. Лес располагался в отдалении, вроде, кажется, рукой подать, а на самом деле никак не меньше двух полетов стрелы. Насколько я помню по картам, здесь неподалеку еще должна протекать большая река. Название я забыл, но помню, что берет она свое начало в Свободных Королевствах, а заканчивается далеко за Кернстом.
Пока мы спускались по тропе, навстречу нам выдвинулась весьма колоритная группа из пяти человек. По бокам двое дюжих мужиков, вооруженных вилами, чуть позади парень помоложе, в охотничьей одежде и с луком в руках и второй, похожий на него как две капли воды, только постарше и вооруженный кузнечным молотом наперевес. Возглавлял процессию колоритный старичок с пронзительным взглядом и закрученными вверх седыми усами. Одеты все, за исключением охотника, в простые рубахи без рукавов и хлопковые шаровары. Одежда простая, но добротная, чистая.
Встретились с ними на полпути до деревни и застыли безмолвными истуканами, что мы, что они. По парням, стоящим с боков, видно, что настроены агрессивно, смотрят исподлобья, а руки с силой стискивают оружие.
Хмыкнув, откинул с головы глубокий капюшон и соскочив с лошади выступил вперед. Краем глаза отметил, как напряглись мужики, а у парня с луком даже рука к колчану дернулась. Увидев это, Керг тут же легко соскочил с лошади и замер у меня за плечом, положив правую руку на рукоять меча.
– Здоров будь, мужики, подмогу из столицы вызывали? – намеренным просторечьем спросил я, внимательно вглядываясь в каждого из них и напряженно вслушиваясь своим даром.
– Вызывать то вызывали, только вот вы кто такие будете, неужто та самая подмога и есть, больно не похожи, – с хитрым прищуром проговорил старичок, выразительно при этом пошевелив усами и перевел взгляд на Керга. – Ты вообще, как головорез выглядишь.
Керг
