Читаем без скачивания Красные полковники - Илья Бриз

– Мы, Виктор Валерьевич Гольдштейн, – небольшая пауза и уже другой голос:

– Кононов Геннадий Александрович, – этот говорил чуть медленней.

– Александр Юрьевич Сахно, – третий, похоже, был старше первых.

– И Кононов Григорий Александрович, – следующий голос принадлежал, судя по тембру, юноше, если не мальчишке.

– Клянемся! – прозвучало нестройно.

– В чем? – тут же задал вопрос самый молодой.

– Ну, как договаривались, – ответил старший Кононов.

– А, ну да! Клянемся, что никогда и никому не раскроем секрет…

– Нашего открытия, – подхватил старший.

– Не дребезди, Генка. Это открытие Виктора. Мы только помогали, – парировал младший, судя по всему, брат.

– Необходимо объяснить, почему, – опять вступил первый голос – Гольдштейна.

– Да потому, Витя, что твое открытие мало того, что перевернет всю жизнь на планете, так оно еще – самое страшное оружие за всю историю человечества, – высказался старший – Сахно.

– Оружие? – в вопросе было сомнение. – Это же прямая дорога к звездам!

– Не спорю, но пока мы доберемся до звезд, здесь, на Земле, Армагеддон наступит. Тебе мало того, что этот малолетний хакер успел сотворить еще до того, как полноценный физический пробой сумели получить? – заспорил Сахно.

В спину майора ощутимо дунуло ветром, и сзади раздался тот же самый голос, что только что говорил из колонок:

– Первый раз слушаем?

«Откуда он тут взялся? Я же лицом к двери сижу!» – подумал Андрей, автоматически выключив воспроизведение, и потянулся к кобуре.

– Не стоит. Я нажму курок раньше, – как-то уверенно и в то же время равнодушно сообщил человек за спиной.

Рука майора остановилась на полпути. Он повернул голову и увидел крепкого мужчину под сорок в элегантном сером костюме с «Глоком-19», направленным на Андрея.

«Пистолет держит уверенно, но не профессионал. Во всяком случае – даже не армейский спецназ, не говоря уже об оперативниках ГРУ или ФСБ».

Компактная версия знаменитого «Глока-17», отлично подходящая для скрытого ношения, была крепко зажата в вытянутой руке.

«Ну кто же так держит ствол? Нежнее надо, нежнее. И вытягивать руку вперед, находясь так близко к цели, никак нельзя», – Андрей мысленно усмехнулся.

Майор встал и, якобы случайно, задел свой лежащий на краю стола «укорот». Тот, конечно, с грохотом упал на пол. Сахно дернулся, но, увидев сконфуженное от своей неаккуратности лицо Андрея, стрелять не стал. Это была ошибка. Ствол непроизвольно был направлен на упавший автомат, и майор этим воспользовался. Стремительный перекат по коричневому линолеуму, если Сахно и успеет нажать на спуск, то пуля пройдет выше. Но вряд ли выстрелит – у этих «Глоков» нет предохранителя, но очень большой ход спускового крючка. Бросок, вывернутая рука и глухой стук об пол вывалившегося пистолета.

– Никогда не стоит играть в такие игры с профи, – назидательно вымолвил Андрей, подбирая оружие. Он подтянул от ножки стола укладку, убрал туда чужой ствол, проверил, что «укорот» по-прежнему стоит на предохранителе, и посмотрел Сахно в глаза:

– Поговорим?

Александр Юрьевич хмурился и играл желваками, пытаясь взглядом если и не испепелить, то хотя бы прожечь в майоре дырку. Андрею это было до лампочки, он только широко улыбался.

Совершенно неожиданно Сахно успокоился, сдвинул рукав своего элегантного костюма – от Армани, если не круче, отметил про себя майор – бросил взгляд на часы на левом запястье, посмотрел Андрею прямо в глаза и тоже улыбнулся.

– Времени – вагон! С удовольствием с вами побеседую. Но, надеюсь, сначала вы расскажете, как нас нашли, как попали внутрь бункера, и, может быть, представитесь?

Что-то в интонациях этого человека совершенно не понравилось Андрею. Слишком спокойно и уверенно он говорил. Как будто оружие находилось в его руках, а не у майора.

– Обязательно. Но сначала я должен вас обыскать, – твердо заявил Андрей.

– Пожалуйста, – согласился визави. Все с тем же спокойствием выполнил требование повернуться, оперся поднятыми руками о стену, немного отодвинулся от нее и широко расставил ноги. Не напрягаясь – майор это чувствовал – позволил провести тщательный личный досмотр, не возразил, когда были вывернуты карманы, и, когда Андрей убедился, что больше ничего, что может представлять для него опасность – ну не считать же за таковую пустую кобуру скрытого ношения? – нет, спросил:

– Теперь вы позволите мне присесть? Разговор нам предстоит долгий.

– Минуту, – майор быстро просмотрел документы в опять-таки элегантном кожаном портмоне тонкой выделки. Паспорта в наличии не было, но права, выданные в Санкт-Петербурге в две тысячи четырнадцатом году, присутствовали. Фотография и услышанные ранее из колонок ноутбука фамилия-имя-отчество соответствовали. Несколько кредитных карточек, причем парочка из них была платиновыми на очень большие, вероятно, многомиллионные суммы, сотовый телефон «Нокиа» одной из последних моделей, небольшая связка ключей с тремя «таблетками», пачка крепких дешевых «Лаки страйк» и даже на первый взгляд выглядевшая очень дорогой турбозажигалка.

– А вы, однако, сибарит, – прокомментировал Андрей, разрешая Сахно отойти от стены.

– Ну что вы, молодой человек, – возразил тот, обстоятельно устраиваясь в противоположном кресле, – просто предпочитаю удобные вещи. Чай, кофе или, может быть, чего-нибудь покрепче? И вы, наконец, представитесь или нет? – спрашивая, Александр Юрьевич снял и положил на стол свои часы.

– Майор Андрей Коробицын, Управление специальных мероприятий СКР ФСБ.

– Контрразведка? Я что, похож на шпиона?

– А как насчет действий, ведущих к свержению конституционного строя? – парировал Андрей.

– У вас есть доказательства? – усмехнулся Сахно.

– Теперь будут, – уверенно ответил майор, – итак, вы не будете отрицать, что принадлежите к незаконной группировке, называющей себя «Красными полковниками»? – попробовал он сразу взять быка за рога.

– Э, нет! Вы уж, Андрей, позвольте сначала мне на правах хозяина задать несколько вопросов. Только получив правдивые ответы на них, я смогу рассказать вам все, – слова «правдивые» и «все» были отчетливо выделены голосом.

– Слушаю вас, – игра в вежливость? Ну-ну.

– Как вы нашли это место? Как попали в бункер? И кто еще знает, что вы здесь находитесь? – перечислил свои вопросы Александр Юрьевич.

А что, собственно говоря, он теряет, если ответит? Как бы уверенно Сахно ни держался, но хозяином положения является все-таки Андрей. Микрофонов и других подслушивающих устройств в лаборатории не было. В этом майор убедился еще при первоначальном обследовании помещения.

– Координаты этого бункера я вычислил по схемам прокладки кабелей связи, – ответил он на первый из поставленных вопросов, совершенно не собираясь подробно распространяться на эту тему.

– Н-да, наша недоработка, – согласился Александр Юрьевич, – дальше?

– Раскопал верхний люк аварийного выхода. Кто информирован о моем местонахождении? А никто. Просто оставил подробную докладную на своем компьютере в управлении. Если вовремя не вернусь туда и не сброшу таймер, она автоматически будет разослана сразу по нескольким заинтересованным адресатам, включая директора ФСБ.

Сахно ненадолго задумался, кивнул головой, видимо, соглашаясь со своими мыслями, и неожиданно задал еще один вопрос совершенно не по теме разговора:

– Скажите, Андрей, вы любите нашу Родину? Не государство под названием «Российская Федерация», а ту Россию, народ которой все-таки смог когда-то вырваться из-под татаро-монгольского ига? Россию, которая в смутные времена не только осталась независимой, но и значительно окрепла как держава? Россию, которая победила шведов под Полтавой и прорубила «окно в Европу» на берегах Балтийского моря? Россию, которая первой смогла разгромить лучшие в мире на тот момент армии Наполеона, пусть и допустив их сначала до Москвы? Россию, которая выдержала основную тяжесть войны с нацистской Германией и у которой сейчас всеми правдами и неправдами пытаются отнять эту победу в Великой войне, приписывая ее американским и английским войскам? Ту Россию, которая всего через полтора десятилетия после тяжелейшей тотальной войны сумела первой выйти в космос? И, наконец, Россию, которую сейчас, при явном попустительстве нашей новой так называемой демократической власти, пытаются сделать сырьевым придатком их якобы цивилизованного мира? – слова «нашей новой демократической власти» прозвучали в устах Александра Юрьевича с очень заметной неприязнью, как будто он говорил об обычной гадюке, что притаилась в корнях дерева и сейчас бросится на проходящего мимо ребенка.

– А давайте без демагогии, – ответил майор после короткого раздумья, – вы, кажется, обещали рассказать все, а вместо этого…