Возможно, именно это вовремя принятое решение спасло жизнь незадачливому скинхеду. Заходя на очередной круг, он нос к носу столкнулся с троицей готов. Те явно поджидали его и запыхавшимися отнюдь не выглядели. Не отличавшийся бойцовскими качествами Муз отпрянул назад от неожиданности. Взгляд парнишки растерянно заметался между фигурами. Мамой клянусь, секунду назад улица была пуста!
— Че вам? — сглотнув, произнес скин.
Троица молчала. Чуть наклонив головы, они, не мигая, рассматривали перепуганного Муза. В этой неподвижности было что-то неестественное. И хищное. Взгляд скина перебегал с одного лица на другое. Ярко-красные губы и черный макияж только подчеркивали аристократичную бледность. Длинные ухоженные волосы, казалось, вырублены из куска черного гранита. Шелковая одежда не трепетала под порывами ветра, словно перед парнем были не живые люди, а статуи. Человек не может стоять так неподвижно, не моргая, не шевеля ни единым мускулом. Но так было.
Музу казалось, что он сходит с ума.
— Что вам надо?
Чтобы скинуть наваждение, парень тряхнул головой и, подняв взгляд, со вскриком отшатнулся. Девушка, еще секунду назад стоявшая в десяти шагах, сейчас в упор смотрела ему в глаза. Запнувшись о бордюр, скин шлепнулся на задницу. Резкая боль выбила плеер из рук. Готесса, медленно опустившись на корточки, взяла машинку двумя пальчиками и осторожно потянула на себя. Натянувшийся провод выдернул наушники из ушей Муза.
— Там батарейка села. — Глупо, но больше ничего в голову не пришло.
Мило улыбнувшись, девушка зажала капельки плеера в кулачок и легонько в него подула. Мелодия классической музыки разнеслась по спящей улице.
«Вивальди. Весна. «Времена года», — ошарашенно определил Муз.
В отличие от своих товарищей, он любил инструментальную музыку. Небольшая папка с тяжелым металлом и другим, как он считал, мусором служила маскировкой. Основная часть памяти была забита произведениями классиков и шедеврами симфонических оркестров. Узнай «друганы» о его пристрастиях, и без того небольшой авторитет Музыканта испарился бы как дым. Многие из его любимых исполнителей не попадали под определение расовой чистоты, принятой среди скинхедов. Или плеер сломают, или руку, а может, и то и другое.
— Хорошая музыка.
У девушки оказался очень приятный грудной голос. Черные глаза, словно магниты, ухватили взгляд парнишки. Сдвинув мешающую челку, она кивнула в сторону парка:
— Ты с ними?
— Нет… Да… — Парень замялся. — Я уже не знаю.
— Лив, он не врет. — Стоящий слева шагнул вперед, отчего Муз дернул головой. Странно, разговаривая с девушкой всего несколько секунд, он успел забыть обо всем на свете. Казалось, весь мир сжался вокруг них двоих. Была только она, ее голос и музыка Вивальди. Чужие слова разбили этот хрупкий мирок. Схожие чувства мог бы испытать наркоман, вырви его из сказочного дурмана ведром с ледяной водой. Муз с трудом подавил вспышку злобы. Девушка не обернулась, продолжая рассматривать застывшего в напряжении парня.
— Ладно. У тебя и вправду хорошая музыка. Я послушаю, ты не возражаешь?
Наблюдая за ее неестественными, плавными движениями, Музыкант поймал себя на мысли, что у него нет ощущения, будто его грабят. Откровенно говоря, он бы с удовольствием продолжил знакомство с этой красивой и непонятной девушкой. Уже открыв рот, чтобы спросить номер ее телефона, парень наткнулся на взгляд третьего. Этот взгляд холодной рукой сдавил горло и заставил замолчать. Из глубины души поднялась волна липкого страха.
— Кукла! — Тихий голос девушки звенел от скрытой угрозы.
И холод отпустил. Третий гот шагнул вперед. Поставив тяжелые пакеты на землю, он наклонился и прошептал в ухо скина:
— Это, кажется, твои потеряли.
От неловкого движения мешки завалились набок. Неторопливо, словно нехотя, из крайнего выкатилась голова Сиплого и вперила в небо невидящий взгляд желтых, нечеловеческих глаз. Судорожно всхлипнув, Муз попытался отползти, суча ногами. Для неокрепшей психики юноши нагрузка оказалась слишком большой. Дернувшись всем телом, парень провалился в небытие. Последнее, что уловило его затухающее сознание, было насмешливое карканье ворона.
Прелюдия 2
Командир группы нервничал. До конца оставалось всего несколько минут, но тревога не унималась. И Печать уже восьмая, и заклинание отработано до мелочей, а на душе все равно неспокойно. Причина была веской — на операцию не смог приехать координатор. В последний момент возникла проблема, требующая его непосредственного вмешательства, и это совпадение сильно действовало капитану на нервы. Ради подстраховки он даже вызвал вторую группу, но струна в душе не ослабевала, продолжая звенеть от напряжения.
— Бер, не дергайся. Все тип-топ, пройдет как по маслу, — успокаивал друга заместитель, как мог.
— Вернемся — успокоюсь. Сам знаешь, что будет, если облажаемся. Как там операторы? Уже заканчивают?
— Пять минут. Заняли центр парка. Трое следят за векторами, остальные держат Салеха, — нарочито бодро отчитался сверх. — Группы прикрытия расставлены по периметру. Не мастера, конечно, но справятся с чем угодно. Сам знаешь, второй уровень — опытные бойцы. Да они ввосьмером Форт Нокс раскатают по кирпичику. Отдали лучших, несмотря на нехватку кадров. Скоро закругляемся. — Помолчав, он добавил: — Не дрейфь, Бер.
На что капитан рассеянно кивнул. Слишком много жути он повидал за последний год, чтобы говорить с такой уверенностью. Операция серьезная, помимо его парней в подготовке участвовал весь тринадцатый отдел. Последнюю неделю аналитики почти не спали — высчитывали оптимальное место. Сеть должна закрывать как можно большую территорию, в идеале — накладываться на соседние, уже закрытые участки. Работали не покладая рук — слишком много параметров пришлось учитывать. И вдруг такая нестыковка — срочно отозвали координатора и его «банду». А переносить ритуал нельзя, потому что завтра начнется следующий цикл. Другое время, токи энергии сменят направление, и придется все пересчитывать.
«Нельзя переносить, нельзя…» — уговаривал себя командир, а тело уже подрагивало в предчувствии схватки.
— Миша, давай двигай по периметру, шугани бойцов. Накрути им хвосты, пусть смотрят в оба. Неспокойно мне.
— Сделаю.
Тревога добралась и до зама. Посерьезнел наконец.
Но сделать они уже ничего не успели. Из наушника раздались оглушительный треск статики, шипение и щелчки. Резким движением капитан сорвал передатчик и уставился на своего помощника. Михаил зеркально повторил его действия. Сверх виртуозно ругнулся, ничуть не стесняясь в выражениях. Дураку понятно, если навороченная техника сработала одновременно — это неспроста. Связь отрубили всем, не помогла даже хваленая защита.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
