— Мадам! — Он галантно склонился, перекладывая ковбойскую шляпу в левую руку, а правую протянул ей. — И пожалуйста, впредь просто «Уэйд», запомните?
Да, да, запомнит, как она помнит свадьбу Тэмми Гриффин. Когда бы она ни повернулась в сторону Уэйда, всякий раз встречала устремленный на нее пристальный взгляд. Он весь вечер волновал ее, пробивая броню ее профессионализма.
Стараясь отвлечься от этих воспоминаний, Ли с чувством пожала руку Майры Джо.
— Поздравляю с помолвкой. Желаю счастья вам и мистеру Брэдфорду. Вы были замечательной подружкой на свадьбе Тэмми. Благодаря вам она не нервничала и ни разу не оплошала. Эта девушка такая… такая…
— Причудница!
Ли невольно улыбнулась еще шире.
— Очень точно сказано, по-моему. Прямо в яблочко.
Майра Джо положила руку отцу на локоть.
— Я считаю, Тэмми выбрала для своих подружек такие ужасные платья не случайно — ей хотелось, чтобы они выглядели нелепо.
Ли в который раз мысленно поблагодарила Тэмми за то, что она приобрела эти туалеты не в ее магазине. Майра Джо была права: девушки, облаченные в кричащий ярко-оранжевый атлас, да еще на фоне черных костюмов свидетелей, напоминали пугала.
— Но вы отнеслись к этому с юмором, — дипломатично заметила Ли.
— А что нам оставалось делать? В конце концов, это ведь ее свадьба. Раз она пожелала, чтобы ее сопроводили к алтарю семь тыкв, нам ли было с ней спорить?!
Ли расхохоталась: невеста выбрала для своих подружек маленькие шляпки с вуалью и зеленым пером сбоку, и это действительно придавало девушкам сходство с марширующими овощами, правда, не с тыквами, а с морковками.
Майра Джо легонько ткнула отца в бок.
— У папы хватило бестактности рассмеяться.
— Положим, я притворился, что кашляю, — возразил Уэйд.
Улыбка сбежала с лица Ли, ее охватило раздражение. Как же, как же, она хорошо помнит этот момент. В толпе гостей раздался смех (почему-то она безошибочно определила, кому он принадлежит), и ее охватил ужас: вот сейчас все ее тяжкие многомесячные труды пойдут насмарку. Одно дело — усмехнуться про себя, и совсем другое — рассмеяться во весь голос.
Прогнав неприятное воспоминание, Ли вгляделась в лицо Майры Джо. Бесспорно, точная копия отца в женском варианте: тот же прямой нос, те же полные губы и высокие скулы. Черные локоны каскадом низвергаются на спину. Ли подумала: если дать коротко подстриженным волосам Уэйда отрасти, они тоже будут виться.
А вот статью Майра Джо пошла не в отца: она маленького роста и хрупкая. Размер шесть, определила Ли наметанным глазом.
— Чем могу быть вам полезна? — поинтересовалась Ли. Вокруг сновали покупатели с коробками и свертками в руках, говорить о деле в такой суете было трудно.
Майра Джо сложила ладони в молитвенный жест, лицо ее приняло серьезное выражение, она откашлялась.
— Мы хотим попросить вас заняться нашей свадьбой. Это почти единственный пункт, по которому у нас с папой нет расхождений. По его просьбе я уже дважды переносила дату бракосочетания, но сейчас выбрала подходящую церковь и разослала приглашения.
— Загвоздка в том, — вмешался Уэйд, — что она оставила себе всего один месяц на подготовку, а дел — невпроворот.
Ли чуть ли не кожей ощущала, что он недоволен дочерью.
— Папа считает, что вы замечательно подготовили и провели свадьбу Тэмми. Если кто и может с честью провести все десять раундов нашей с Пенном женитьбы и всунуть моего отца во фрак, то это только вы.
Ли удивленно взглянула на Уэйда: он не производит впечатления человека импульсивного.
— Благодарю за доверие. Постараюсь его оправдать, — ответила Ли, а про себя подумала: как бы мне не пожалеть об этом!
Майра Джо погладила отца по плечу.
— Пойду отдам завернуть покупки. Я мигом.
— Стой…
Но ее и след простыл. Уэйд покачал головой:
— Твердый орешек.
— В отца, наверное, — выпалила Ли.
— Да, я уже слышал пару раз нечто подобное.
— Тем не менее я надеюсь, что мы с ней поладим. — Линде удалось придать лицу столь невинное выражение, что она вполне могла претендовать на «Оскара» за артистизм.
— С отцом, смею надеяться, тоже, — произнес он спокойным, предупреждающим тоном.
Ничуть не оробев, Ли кивнула.
Когда Майра возвратилась со свертками, Уэйд заторопился.
— Нам пора. Майра вам позвонит. Она собирается устроить прощальный ленч для своих подруг, и ей нужна ваша помощь.
Попрощавшись, Уэйд потащил Майру к выходу, а Ли стояла и смотрела им вслед.
Опять этот человек, будь он неладен, несколькими словами выбил ее из колеи. Ей и прежде случалось работать с трудными клиентами, но она никогда не теряла самообладания в их присутствии. А тут…
* * *
Раздраженный Уэйд с силой захлопнул за собой ворота и направился к кухне. Куда девались покой и тишина, которыми он так дорожил? А ведь ему необходимо беречься, иначе снова угодит в больницу с воспалением легких.
На первых порах после выхода из больницы ему казалось, что он усвоил преподанный жизнью урок, — да где там! Солнце еще не взошло, а он уже на ногах, за работой. Когда вчера вечером он возвратился домой, дочка огорошила его сообщением, что вышла из строя подача горячей воды. А у нее сегодня, по сути дела через несколько часов, прощальный ленч для подруг, и она в отчаянии.
Как быстро пролетела неделя! Прямо из салона для новобрачных Уэйд помчался на аэродром — он летел на запад штата, в город Одесса, чтобы встретиться с хозяином черного быка, на которого имел виды. Но о каких переговорах могла идти речь, если у него из головы не выходила Ли Хьюстон? В конечном итоге он так и уехал несолоно хлебавши, решив, что смешно в такой момент думать о племенном быке.
Когда это дочка успела вырасти? — думал Уэйд, глядя из окна кухни на светлеющее небо. Кажется, еще вчера они сидели рядом за этим кухонным столом, выбирая программы, которые она возьмет для изучения в школе. Тогда мнение отца что-то для нее значило. Что же произошло с веселой девчонкой, которая умела скакать верхом на лошади, одной рукой держа вожжи, а другой — сотовый телефон? Незаметно для него Майра Джо превратилась в красивую упрямую девушку, не желающую слушать своего папу, которому не нравится ее избранник.
Тут перед его мысленным взором возникла Линда Хьюстон. Она произвела на Уэйда неизгладимое впечатление еще на свадьбе Тэмми. С первой же минуты знакомства ему захотелось взъерошить перышки этой холодной, сдержанной, несуетливой женщины, пробить броню, которой она себя окружила. Это желание удивило его. Он до сих пор не мог понять, что нашел в ней такого привлекательного.
