Еще несколько таких «легких» задач — и у нее крыша поедет.
Однако по дороге к машине Уэйд заботливо поддерживал Ли под локоток, и она постепенно успокаивалась. Небо сверкало миллионами брильянтов, а после ресторана, заполненного музыкой, вечерняя тишина казалась уютной.
Внезапно Уэйд остановился и с непроницаемым лицом повернулся к ней.
— Что вы скажете, если я предложу вам прогуляться по берегу озера?
Ли была поражена. Однако многолетний опыт научил ее скрывать свои чувства. Их встреча, конечно, не была свиданием в обычном смысле этого слова, но сколько она помнит настоящих свиданий, которые были далеко не такими приятными!
Да и зачем удивляться, что Уэйд проявляет к ней интерес? Зачем искать какие-то скрытые мотивы в поведении мужчины, которому просто хочется побыть в ее обществе?
Но более всего ее поразило то, что она не задумываясь приняла приглашение.
Всю недолгую дорогу до озера они непринужденно беседовали. Ли восприняла это как свою победу — значит, при возникновении тупиковых ситуаций она сможет воспользоваться личным контактом. А пока решила по примеру Уэйда наслаждаться прекрасным вечером.
Для начала она подстроилась под его медленный шаг, и они двинулись по аллее вдоль озера. На летнем небе ярко сияли звезды и луна, кивали ветками пеканы и кипарисы, с которыми заигрывал ночной ветерок.
Случайный всплеск воды в озере, хруст гравия под колесами велосипеда, приглушенный шум уличного движения вдалеке лишь подчеркивали и придавали еще большую прелесть их уединению. Аллея выходила на смотровую площадку, и было так естественно, что Ли облокотилась на перила ограждения рядом с Уэйдом. Будь это днем, к ним приплыли бы утки и лебеди в надежде на подачку, но птицы давно спали в своих гнездах, предоставив людям наслаждаться вечерней тишиной и покоем.
Прохладный порыв ветра коснулся спины Линды, и она вздрогнула.
— Вам холодно? — забеспокоился Уэйд.
— Да нет, просто озноб. Я ведь тоже всю жизнь живу в Техасе, так что привыкла к жарким дням и прохладным вечерам.
Ли снова повернулась к озеру. Всем своим нутром она чувствовала тайный голод, мучивший Уэйда, интуиция подсказывала ей, что он не просто так пригласил ее сегодня. Может, хочет найти родственную душу? Конечно же, он не рассчитывает на интимные отношения, и думать об этом — глупо.
— Вечер прекрасный, и все хорошо…
— Но… — подхватил Уэйд.
— Но день был такой длинный и трудный.
— Весьма дипломатичный способ сообщить, что вам хочется домой.
— Моя профессия требует дипломатии.
— Иными словами, чтобы добиться желаемого, вам приходится ловчить?
— Не то чтобы ловчить, но прибегать к иносказаниям.
— Если, к примеру, вам надо дать понять матери жениха, что в своем кирпично-красном наряде она напоминает копченую сосиску, то как вы поступите? Дадите ей подарочный талон в магазин готового платья?
— Скорее всего, я вскользь упомяну об особой элегантности бледно-розового цвета, затем как бы невзначай замечу, что он весьма подходит к ее волосам и комплекции, и уж под конец поинтересуюсь, не видела ли она новую коллекцию знаменитого кутюрье, которая ей наверняка понравится.
— Замечательно! — Уэйд снял шляпу и положил на плоский камень позади себя. — А как вы поступите, если я скажу, что хочу вас поцеловать?
У Ли даже рот открылся от изумления, и лишь спустя одну-две секунды она сообразила, что выглядит как рыба, выброшенная на берег. Видит Бог, она бы так не разволновалась, но ведь он вторично обвел ее вокруг пальца!
— Я бы, наверное, сказала… — прокашлявшись, забормотала она, — я бы сказала, что польщена, но вряд ли это уместно. Я бы сказала, что раз мы собираемся сотрудничать с вами во благо вашего семейства, то целоваться не следует, потому что…
Уэйд прервал этот поток красноречия, запечатав губами ей рот и заставив таким образом замолчать.
Почувствовав его стальные объятия, Ли снова подумала: не сон ли это? Косынка, прикрывавшая глубокий вырез платья, слетела, и ветер тут же унес ее.
Ли попыталась сосредоточиться. Никогда она не теряла контроль над собой. Или почти никогда. И ей хотелось думать, что ее волю не так-то легко сломить.
Линда Хьюстон, женщина далеко не легкомысленная, никогда не терявшая времени на пустые забавы, не может стоять на аллее у озера и целоваться с мужчиной, которого едва знает. Нет, нет, это наверняка не ее прижимает к себе сильный ковбой, не она чувствует на своей груди пуговицы от его рубашки, а внизу живота твердость мужской плоти, не по ее шее он нежно водит жестким пальцем, вызывая дрожь во всем теле…
Руки Уэйда скользнули по ее спине, сильнее прижимая к себе, он целовал ее все крепче и крепче. Тела их соприкасались с такой силой, что Ли была уверена: и неделю спустя на ее животе будет виден отпечаток фирменного клейма с его джинсов.
Но какое это имело значение, если она трепетала всем телом и чувствовала себя желанной, как никогда.
Вдруг с громким вздохом Уэйд резко отстранил ее от себя и, повернувшись спиной к озеру, вцепился руками в перила, да так, что костяшки пальцев побелели.
— Прошу прощения, Ли. Никогда в жизни я не проявлял такой… такой… эмоциональности.
Эмоциональности?! Она стоит как последняя дура, не в состоянии вымолвить ни слова, а он уже дает оценку происшедшему…
Каким-то образом ей все же удалось вновь обрести рассудок, и неожиданно спокойным тоном она заявила:
— Не извиняйтесь, пожалуйста. Вы лишь доказали справедливость моих слов. Чтобы успешно сотрудничать и хорошо сыграть свадьбу Майры Джо, нам необходимо поддерживать соответствующие задаче отношения.
Уэйд оторвался от перил, поднял с камня шляпу и принялся тщательно счищать с нее несуществующую грязь.
— Вы совершенно правы.
Выпрямившись, он сделал несколько шагов в сторону и разыскал в траве унесенную ветром косынку. Его взор помимо воли приковался к глубокому вырезу ее платья, но он заставил себя оторваться от этого зрелища.
Линду охватила дрожь, в которой ветер никоим образом не был повинен. Теплый взгляд Уэйда, серой дымкой обволакивавший ее, лимонный запах его крема после бритья пьянили крепче вина.
Она приняла поданную им руку, и они как ни в чем не бывало пошли к машине.
Пока ехали к дому Ли, Уэйд был сама общительность. Да и она, к ее великому удивлению, смогла поддерживать беседу самым спокойным тоном.
— Мне бы хотелось познакомить вас с моими родителями, — сказал Уэйд в конце пути. — Если вы полагаете, что Майра Джо хочет с вашей помощью привести меня в божеский вид…
