Читаем без скачивания Злая ласка звездной руки - Сергей Синякин

После короткого совещания в министерстве Грошев отправился на военный аэродром, на подступах к которому его застал звонок Президента.

- Доброе утро, Станислав Сергеевич, - сказал Президент. - Надеюсь, что у вас уже кое-что прояснилось? У меня состоялся разговор с Гором. Американцы выражают обеспокоенность происходящим.

- К сожалению, мне пока нечем порадовать, Владимир Владимирович, хмуро доложил Грошев. - Ситуация по-прежнему остается неопределенной.

Президент нервно подышал в трубку.

- Ясно, - сказал он. - Постарайтесь держать меня в курсе происходящего. Со своей стороны, могу вам сказать, что американцы меняют орбиту своего разведывательного спутника и намереваются использовать его для наблюдения за районом... Где все это произошло?

- Царицынская область, - сказал Грошев. - Районный центр Михайловка.

- Это далеко от столицы? - поинтересовался Президент.

- Восемьсот шестьдесят девять километров, - не задумываясь, сообщил министр.

2. ЦАРИЦЫНСКАЯ ОБЛАСТЬ. РАЙОННЫЙ ЦЕНТР МИХАЙЛОВКА, 25 ИЮЛЯ 2006 ГОДА, 4.20

До рассвета оставалось еще около часа, поэтому зарево на востоке даже при желании нельзя было посчитать за лучи восходящего солнца. Тонкие лучи перечеркивали серый сумрак уходящей в небытие ночи, затмевая редкие звезды, продолжающие поблескивать с теряющего мрак небосклона.

У развилки дороги на Серафимович стояло несколько десятков легковых и грузовых автомашин, при свете фар которых суетливыми муравьями возились люди. Одна из автомашин была странно изуродована, словно на большой скорости врезалась в неожиданное препятствие. Капот ее сплющился и был выгнут, ветровое стекло покрыто густой сетью трещинок, через которые было уже невозможно увидеть внутренности салона. Около автомашины, лениво переговариваясь, возились люди.

Впрочем, делом были заняты лишь некоторые из них, большинство завороженно уставились в сторону далекого города. Зарева от уличных фонарей не было видно, и ночной сумрак еще клубился над сонными деревьями, за которыми огромным мыльным пузырем, мутно вздувшимся над невидимым городом, светился гигантский купол. В глубине купола, за радужными разводами, беспорядочно плывущими по поверхности этого невероятного порождения природы, угадывалась раскаленная до красноты стрела телевышки.

- И невозможно пройти? - недоверчиво сипел генерал Сергеев. Кто-нибудь пробовал проникнуть в город? Я хочу поговорить с этими людьми!

Комплекция у генерала была самая гражданская, и даже форма не могла прибавить ему строгости и официальности, но вот лицо под ежиком коротких жестких волос было по-генеральски властным. Любому, кто смотрел в серые глаза Сергеева, не приходило даже в голову усомниться в его праве задавать вопросы и получать на них исчерпывающие ответы.

- Люди в больнице, - хмуро отозвался высокий милицейский подполковник. - На станции Панфилове мы развернули стационар. А машина - вот она. Можете посмотреть, что происходит, когда сквозь этот пузырь пытаются прорваться на транспорте. Там, у моста, стоит БТР. Он выглядит еще более впечатляюще.

Сергеев подошел к искореженному автомобилю, обошел его, разглядывая со всех сторон, и вернулся, удрученно покачивая головой.

- Но, может быть, в пешем порядке... - нерешительно начал он.

- И в пешем порядке ничего не получается, - сказал милицейский чин. - И ваши уже попробовали, и наши...

Подполковник занимался своим прямым делом - подчиненные ему люди объезжали на автомашинах прилегающие к городу села, устанавливая и опрашивая очевидцев произошедшего. Пока таких очевидцев было трое - влюбленная парочка, находившаяся в автомашине в одной из расположенных неподалеку лесополос, и мрачный водитель бензовоза, у которого не было накладных на перевозимый им бензин. И дураку было понятно, что бензин ворованный. Какой еще бензин мог перевозить ночью человек, в недалеком прошлом дважды судимый за хищение государственного имущества. Перспективы казались водителю бензовоза достаточно мрачными, поэтому особых причин радоваться встрече с сотрудниками милиции у него не было.

С противоположной стороны города, где пролегала железная дорога, вести были также неутешительными. Водителя тепловоза, врезавшегося в препятствие, неожиданно возникшее на железнодорожном полотне, из сплющенной кабины еще не вырезали, хотя и вовсю применяли автоген, а помощник его ничего определенного сказать не мог, потому что в момент катастрофы находился во второй секции и увидеть, что произошло, не успел. Как в известной кинокомедии: упал, потерял сознание, а когда очнулся - на сломанные кости уже накладывали гипс.

Городу повезло - первые десять цистерн в товарняке были пустыми и только потом уже шли цистерны с нефтью. С рельсов же сошли всего три первые цистерны, иначе огненного Армагеддона было бы просто не избежать, а тушить пожар ночью, как известно, у нас некому. Стоит только возникнуть пожару, как сразу оказывается, что пожарные машины неисправны, а если даже и исправны, то воды в емкостях нет.

Подтянувшийся со стороны Новоаннинска сводный отряд из сельских милиционеров прибыл к Михайловке первым. Милиционеры бегали по периметру неожиданно возникшего препятствия и ахали, не зная, что им предпринять. Через час к милиционерам присоединились десантники, выброшенные в районе села Зимовники.

Десантники умели стрелять и владели приемами рукопашного боя, правда, применить свои знания могли только к милиционерам, но как раз этого делать было не нужно. Десантники растерялись. Генерал Сергеев и прибывший с ним на вертолете начальник областного управления внутренних дел генерал-майор Зиборов навели порядок в подчиненном воинстве и, организовав совместные патрули, выставили их в окрестностях города. Десантники и милиционеры к переливающемуся мыльному пузырю над городом относились с опаской. Уверения руководства, что никаких вредных излучений от купола не исходит, и те, и другие воспринимали с явным недоверием, а потому ближе двадцати метров к таинственному препятствию, отгородившему районный центр от всего остального района, никто из них не подходил. Хрен ее знает, что это за ерунда! Сегодня никаких излучений не регистрируется, а завтра на дембель импотентами идти. И милиционерам, и десантникам было все равно, сбережет ли их Бог или откажет им в этой милости, поэтому они сами себя берегли, даже бронежилеты вешали совсем не так, как предписывали инструкции.

По всему выходило, что все произошло ближе к часу ночи. Сначала в облаках наблюдалось непонятное свечение, напоминающее грозовые разряды, потом над телевышкой заплясали яркие языки пламени, и - так же неожиданно - над городом повис многокилометровый непроницаемый для внешнего мира купол. Вначале он был определенно бледно-розового цвета, потом цвет изменился, и сейчас была видна лишь слабо обозначенная поверхность, разводы на которой гуляли, словно на мыльном пузыре, а поверхностное натяжение купола оказалось столь мощным, что об него разбивались автомашины. Случайно приблизившегося к барьеру человека сгибало в бараний рог, вызывая у него носовое кровотечение и отчаянное сердцебиение.