“К сожалению, меня опередили - кто-то другой уже огранил этот драгоценный камень”…
Солнце вот уж как два часа назад закатилось за горизонт, а часы на башне городской ратуши вот-вот должны были пробить девять. Тартал Берузо - вор-карманник по кличке Деготь шел по улице после весьма удачной дневной охоты. Столь одиозное погоняло он получил вовсе не за цвет лица, неопрятный внешний вид или патологическую нелюбовь к мылу и воде. Вовсе, даже наоборот - Деготь был чистоплюем, каких поискать и как большинство обладателей огненно-рыжих шевелюр - белокож, а свою кликуху заработал за то, что практически никогда не отпускал с деньгами того, на кого положил свой бритвенной остроты как заточенная монета в его потайном кармане глаз. Он будто деготь прилипал к намеченной жертве, и у той не оставалось ни малейшего шанса сохранить свои кровные в целости и сохранности.
Сегодня все было как обычно: без особых взлетов, но на кусок мяса, лепешку и кувшин доброго пива он заработал. Шутка, конечно - заработал он значительно больше, и пусть половина заработка уйдет Гильдии, он также не останется в накладе.
Помимо содержимого срезанных кошелей при Дегте было послание, которое он должен был передать одному человеку для дальнейшей отправки неведомому адресату. Если бы ее прочитал какой-нибудь неискушенный человек, ничего полезного для себя не вынес бы. Заботливый племянник обеспокоен пошатнувшимся здоровьем любимой тетушки, он настоятельно просит не волноваться за него, конечно же, делится своими впечатлениями о местной погоде и ценах на некоторые товары и так далее в том же духе. На самом деле это было зашифрованное письмо, содержавшее весьма важную информацию. Это было последнее, запланированное на сегодняшний день дело, затем он отправится в трактир хромого Вира, чтобы поделиться награбленным с Гильдией, хорошенько кутнуть и, конечно же, пообщаться с коллегами по воровскому ремеслу. Порой из ничего не значащих обрывков фраз умному человеку удается извлечь кучу полезной информации, а затем на ее основе составить зашифрованное сообщение и отправить его “любимой тетушке”.
Опустившиеся на город теплые летние сумерки стали причиной практически полного безлюдья на рабочих окраинах славного Лиона. Работягам, в отличие от праздношатающейся расфранченной знати, с первыми лучами Солнца предстоит в поте лица добывать хлеб свой насущный, поэтому здесь умеют ценить каждое мгновение благословенного отдыха, дарованного Непознанным.
Тартал Берузо топал себе неспешно в нужном направлении и поначалу не обратил особого внимания на показавшийся в конце длинной прямой улицы конный экипаж. Света уличных фонарей вполне хватало, чтобы все хорошенько рассмотреть. Обычный для летней поры возок с откинутым верхом. Внутри два респектабельных господина. На козлах то и дело позевывающий кучер - умаялся бедняга за долгий трудовой день, теперь думает лишь о том, как доставит клиентов по назначению и домой на боковую.
Когда до экипажа оставалось не более десятка ярдов, Деготь уловил на себе холодный взгляд одного из пассажиров, и этот взгляд ему не понравился. Наученный жизнью вор решил шмыгнуть в ближайшую подворотню от греха подальше, но не успел. Засыпавший на глазах возница неожиданно приподнялся с козел и взмахнул рукой. В следующее мгновение в темечко улепетывающего со всех ног Дегтя врезался небольшой, но очень тяжелый свинцовый шарик.
Ловкач Берузо услышал свист летящего снаряда за мгновение до того, как тот поразил цель. Сообразив, что дело швах, он успел прошептать короткую вербальную формулу активации заклинания, вплетенного в висящую на его шее тонкую золотую цепочку.
После того, как вышедшие из коляски мужчины склонились над впавшим в бессознательное состояние вором, чтобы обыскать Дегтя, его тело неожиданно взорвалось, подобно бочонку пороха. В результате от распластанного на земле человека не осталось практически ничего, а обступивших его людей вознесло в воздух и со страшной силой раскидало в разные стороны. Двое пассажиров умерли мгновенно, возница прожил еще с полчаса, но, не дождавшись приезда лекаря, также отдал богу душу.
Что же касается лошадок, им повезло значительно больше, нежели их хозяину и пассажирам. Взрывная волна всего лишь насмерть перепугала животных и подвигла дружно рвануть прочь от страшного места. После непродолжительной гонки по улицам ночного города их удалось обуздать силами доблестной охраны правопорядка…
Помимо описанных выше случаев ничем не обоснованных нападений на мирных граждан, в славном городе Лионе - столице Великой Гельвеции в одно и то же время погибло еще около полусотни человек. Это были, казалось бы, посторонние друг другу люди из разных слоев общества, не связанные ни узами родства, ни деловыми или какими-то иными отношениями, большинство никогда не встречались.
***
Айвар Пятый, Господом данный император Британии, вот уже как час был вне себя от гнева.
- Эбенар, и ты все это рассказываешь нам, будто это либретто последней постановки мэтра Глюко! В одночасье империя лишилась полсотни первоклассных агентов! Ты хотя бы понимаешь, что все это означает?
- Прошу прощения, ваше величество, сорок восемь. - Эбенар Дуго архиканцлер и по совместительству начальник Тайной Службы империи вовсе не был смущен или напуган монаршим гневом. - Сорок восемь агентов, а не пятьдесят. Еще раз извиняюсь, государь, но когда дело касается жизни и смерти ваших подданных, округлять потери в сторону увеличения, по крайней мере, цинично.
- Эбенар, мы ценим и уважаем твою любовь к точным цифрам и лаконичным формулировкам, - император, потихоньку начал остывать. - Но не ты ли только что поведал нашему величеству о том, что случилось в Лионе? Это же катастрофа. Неделю назад ты докладывал, что вокруг союзного Британии государства затевается какая-то непонятная возня, грозился в самом скором времени положить исчерпывающий доклад на наш стол. Прошла неделя, Мы не видим никакого доклада, а вместо этого надежда и опора британской монархии наш начальник Тайной Службы приходит как побитый мальчишка и докладывает своему императору о “невосполнимых потерях личного состава и полном крушении лионской агентурной сети”.
- Виноват, ваше величество, - архиканцлер решился прервать монарший монолог пока Айвар Пятый вновь не завелся. - Я прекрасно осознаю каким ударом для нас стала потеря сорока восьми не самых худших сынов Британии…
- Лучших, Дуго, лучших! - император беспокойно зашагал по кабинету и со свойственной ему энергией затараторил: - Всех наградить орденами первой степени! Семьям погибших предоставить пожизненный пенсион и все прочие полагающиеся вспомоществования, к тому же…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
