блузка с оборками, открывающая кусочек пресса, о котором я только мечтала и трагически пыталась волшебным образом проявить его с помощью тако и маргариты. Ее волнистые черные волосы падали на середину спины, танцевали по плечам и запутывались в звенящих браслетах на запястьях, когда она пыталась убрать их со своего потрясающего лица.
— Очень мило, Чарли. Почему бы тебе просто не выбросить наши деньги в мусорное ведро и не поджечь его?
Я была так ошеломлена этим спором, их резкой яростью по отношению друг к другу, что все, что я могла сделать, это повернуться на стуле и наблюдать, как атмосфера накаляется. Меня воспитывали с лучшими манерами, но я не могла отвести взгляд. Может быть, это было потому, что я была так же удивлена, сидя в баре в Дареме, штате Северная Каролина, когда в тот самый момент я должна была быть на пути во Флориду. Или, может быть, потому, что в девять утра бар был совершенно пуст, так что я чувствовала себя невольным зрителем. Или, может быть, просто потому, что эти люди были потрясающе красивы и очень злы.
Ада закрыла лицо руками, потому что не могла смотреть на это. Я слышала, как она что-то пробормотала себе под нос, но не могла разобрать, что она говорила. Было очевидно, что эти люди были всего в нескольких секундах от того, чтобы перегрызть друг другу глотки. И у меня было место в первом ряду на этой бойне.
Чарли зарычал в ответ, сменив свой подход с праведного негодования на раздраженное презрение.
— Не будь такой драматичной, Элиза. Это было не так уж плохо, как это. Она не причинила никакого серьезного вреда. Мы едва заметили. Если бы не…
— Вам обоим нужно успокоиться, — прорычал новый человек, усиливая напряжение в комнате, как минимум, на двадцать градусов.
Он вошел в помещение, и мне показалось, что у меня на секунду отвисла челюсть. Он явно был родственником первого парня. Их черты были слишком похожи, чтобы они не были связаны кровными узами. Хотя он был выше того, кого звали Чарли, и более мускулистый. Отвлекающе мускулистый. Я знала это только потому, что его свободная черная футболка обтягивала его точеные бицепсы. Может быть, слишком туго. Может быть, несправедливо туго. Но, может быть, он только что вернулся с тренировки? Если его свободные спортивные шорты и кроссовки были каким-то признаком.
Но серьезно, у кого были такие точеные бицепсы?
Очевидно, он не был таким любителем тако и маргариты, как я.
Бедняга.
— Крича друг на друга, мы ничего не добьемся, — новенький бросил на Чарли убийственный взгляд. — Это, конечно, не вернет наши деньги.
Двое других закатили глаза в унисон.
— Я думаю, ты все об этом знаешь, Уилл, — прорычал Чарли. — Крики — это то, что в первую очередь втянуло нас в эту неразбериху.
— Это ты нанял ее! — Уилл, потеряв свой тщательный контроль на полсекунды позже, закричал, отказавшись от своего собственного совета.
— А ты уволил её! — крикнул в ответ Чарли.
Элиза подскочила, ударив Чарли кулаком в плечо. Сильно.
— Она воровала у нас, ты идиот!
Чарли отступил на шаг и помахал пальцем между Элизой и Уиллом.
— Вы не можете это доказать, — он тяжело сглотнул, и я подумала, не было ли это для того, чтобы набраться смелости, прежде чем он добавил. — Это всё ещё может быть ошибка в бухгалтерском учёте. Грег сказал, что перепроверит.
Уилл с вызовом скрестил руки на груди.
— Ты действительно идиот.
Именно в этот момент они втроем решили обратить внимание на Аду и меня. Их взгляды одновременно переместились на столик, который мы занимали. Я, с широко раскрытыми глазами и прикованная к их ссоре, в то время как Ада ворчала в свои ладони.
— Ада, — рявкнул Уилл, её имя было чётким и резким, — твоей подруге нужно выйти.
— Не моей подруге, — она швырнула заявление на стол. — Но я уверена, что она хотела бы выйти после этого шоу уродов.
Глаза Уилла скользнули ко мне, сузились, скептически.
— Тогда почему ты здесь?
На меня обратилось внимание не только Уилла, но и всех присутствующих, все смотрели на меня. Их спор повис в воздухе, удушая атмосферу и заглушая легкий летний ветерок, дующий снаружи. Ада была права. Я действительно хотела уйти. Мне хотелось выхватить заявление у нее из рук и выбежать через парадную дверь. Я бы сожгла его как чучело, как только убралась бы за угол, за то, что думала, что смогу справиться сама, за то, что попробовала что-то другое на этот раз, за то, что подумала, что заслуживаю пятиминутного перерыва от дерьма… Но у меня были лучшие манеры, чем убегать при первых признаках неловкости. Поэтому я откашлялась, расправила плечи и кротко объяснила.
— Я… я только подала заявление. Этим утром. Эм, примерно десять минут назад. Ада… проводила со мной собеседование на… должность.
Чарли издал насмешливый звук.
— Какого черта ты хочешь здесь работать? Очевидно, это дерьмовое шоу.
Очевидно, его вопрос был шутливым, но все молчали, ожидая моего ответа.
— Я… — сделав глубокий вдох, я выдавила слова сквозь стиснутые зубы. — Мне нужна работа, — ответ, который они могли бы додумать сами. Но сейчас я не могла остановиться. — Мне действительно нужна работа.
Уилл приподнял бровь.
— Ты когда-нибудь крала что-нибудь раньше?
У меня пересохло во рту, не от вины, а от страха. Этот парень был действительно ужасающим. Его широкие плечи поднялись вокруг острой линии подбородка, его подтянутые руки были скрещены на груди. Он уставился на меня так, словно я была причиной того, что он так разозлился, и я отреагировала на него самым обычным образом — вспотевшие ладони, тошнота, поиск ближайшего выхода.
— Горсть леденцов на кассе, — честно призналась я, — когда мне было лет семь. Моя мама заставила меня отнести их обратно в магазин и извиниться перед кассиром. Этот опыт был настолько травмирующим, что я никогда его не повторяла.
Челюсть Уилла сжалась, как будто он все равно думал о том, чтобы вызвать для меня полицию.
— А как насчет твоих боссов? Ты обычно спишь с ними?
Элиза и Чарли бросились на мою защиту. Даже Ада вскочила на ноги, размахивая руками и крича ему в ответ. Их возмущение от моего имени было настолько ошеломляющим, что я даже забыла злиться.
— Да ладно, Уилл, ты же не можешь быть серьезным! — закричала на него Элиза.
— Один раз! — Чарли сказал. — Один раз, и никто никогда не позволит мне забыть это!
— Хватит! — Ада закричала на всех троих. — Вы трое УЖАСНЫ.
