И причина, по которой мы никогда не сможем нанять никого нормального, — она махнула рукой в сторону коридора. — Убирайтесь!
Чарли впервые выдавил улыбку. Озорное выражение на его лице появилось так быстро, что у меня заболела шея от его внезапной перемены в поведении.
— Ты только что сказала нам убираться, Ада?
— Да, — прошипела она. — Трудно выполнять свою работу, когда вы все кричите друг на друга и бросаетесь безумными обвинениями. Вы не находите, что работать тяжело, когда вы ведете себя как полные придурки?
Элиза вскинула руки вверх и решительно согласилась:
— Да.
Чарли, по-видимому, уже полностью справившийся со своим гневом, ухмыльнулся Элизе.
— Ты ходишь за покупками. Это не так работает.
— За новыми диспенсерами бумажных полотенец для ванной комнаты. Фу, ты такой зануда, — Элиза снова потопала в сторону темного коридора. Чарли поспешил за ней.
— Но ты все равно любишь меня! — крикнул он. Никто из них не ждал Уилла.
Уилл, однако, не последовал за ними, потому что его внимание все еще было полностью сосредоточено на мне.
— Когда ты сможешь начать?
Как будто я собиралась работать здесь после всего этого. Я была полностью напугана плохими флюидами, которые он бросал в мою сторону. В целом я была хорошим человеком. Обычно у людей не было проблем со мной, потому что я не создавала проблем. Я исправляла проблемы. Я ничего не сделала этому парню, а он уже обвинил меня в том, что я воровка и шлюха. Я уже забыла о нем.
— Простите, кто вы?
— Уилл Инглиш, — отрезал он тем же тоном, которым разговаривал с Адой.
— Он владелец, — вставила Ада.
— Вместе с моими братом и сестрой, — добавил он, кивнув подбородком в сторону коридора.
Мой рот образовал букву «О». Все трое были родственниками. Это объясняло крики, удары кулаками и оскорбления.
— Я… я не знаю, — пробормотала я во второй раз. — Я должна проверить свое расписание.
Это была ложь и неубедительное оправдание, но я не хотела, чтобы он кричал на меня, когда бы я сказала ему, что предпочла бы работать где угодно, только не здесь. Ну, почти в любом другом месте. Эти люди были сумасшедшими.
— На самом деле я не ожидала сегодня собеседования. Я просто зашла, чтобы оставить резюме.
Он кивнул Аде, и между ними промелькнуло понимание.
— Ты можешь начать завтра, — решительно сказал он. — Надень чёрное, — он повернулся, но потом, казалось, передумал. — Что-то, что прикрывает, — он указал на верхнюю часть своего тела, — большую часть тебя.
Мои щеки вспыхнули от его намека, и это было все, что я могла сделать, чтобы не побежать за ним и не пнуть его в голень.
Голос Ады приобрел сочувственный оттенок, как только он исчез.
— Он мудак. Мне так жаль.
Стул заскрежетал по полу, когда я оттолкнулась от стола.
— Очевидно.
Она схватила меня за руку, прежде чем я успела убежать.
— Но у него добрые намерения. Ему не нравится, когда клиенты пялятся на официанток. Вот почему он хочет, чтобы они… одевались скромно, — на мой недоверчивый взгляд она понизила голос и взмолилась. — Пожалуйста, Лола, мы в отчаянии. Я знаю, что они, — она указала в сторону коридора, — совершенно сумасшедшие, но этот бар сейчас самое горячее место в Дареме. Почасовая оплата дерьмовая, но ты будешь зарабатывать больше ста баксов за ночь в течение недели и до трехсот или больше по выходным только в виде чаевых. Это… того стоит.
Мой желудок снова перевернулся от этого тошнотворного чувства. Ничто не стоило такого босса. У меня уже была работа. Законная работа, полная пенсионных планов, медицинской страховки и семейных обязательств.
— Я не знаю…
— Подумай об этом, — поспешила сказать она, снова сжимая мою руку. — Подумай о деньгах. И как сильно ты нам нужна. Твое рабочее время с четырех до закрытия завтра, если ты этого хочешь.
— Мне позвонить вам, если я этого не захочу?
Она быстро покачала головой, текстурированная светлая челка упала ей на глаза.
— Поверь мне, я это пойму.
Я выдернула свою руку из ее и схватила сумочку со спинки стула.
— Что ж, спасибо, что уделили мне время, — сказала я ей, не в силах перестать быть вежливой. — Это было… интересно.
Она широко улыбнулась.
— Так всегда бывает.
У двери я обернулась, держа руку на медной ручке.
— Ада? — она подняла глаза от того места, где задумчиво смотрела на свои руки. — Это из-за них ты так отчаянно хочешь кого-нибудь нанять?
Она покачала головой, оглядываясь через плечо, чтобы убедиться, что мы все еще одни.
— Не из-за всех них. Элиза и Чарли очень милые. Они такие только друг с другом. Они никогда не стали бы кричать на тебя. Мне искренне жаль, что тебе пришлось стать свидетелем их обычного поведения.
Я не знала, что на это сказать, но в любом случае это не имело особого значения, потому что я не соглашусь на эту работу. Кивнув на прощание, я вышла на улицу, сразу же наслаждаясь теплым солнцем на своих холодных голых руках. Только вернувшись домой, я поняла, что она не включила Уилла в свои извинения. Она совершенно не обращала на него внимания.
Вероятно, потому, что мое первое впечатление было верным, он был большим, плохим, страшным боссом, и я была бы абсолютно несчастна, работая на него.
* * *
Я налила еще полстакана красного вина в пластиковый стакан и взмахнула им, наблюдая затуманенным зрением за темно-малиновым пятном на белой внутренней стороне стаканчика. Я не собиралась в одиночку выпивать почти целую бутылку пино, но не тут-то было. Это был странный день, и мне не терпелось забыть все поводы для расстройства.
После странного и неожиданного собеседования в баре этим утром я по дороге домой неправильно заказала напиток в местном кафе. Я ненавидела указывать на ошибки других людей, даже на такие невинные, как горячий латте с цельным молоком вместо мороженого с миндальным молоком, как я хотела. Так что я боролась с выпивкой, заменяя чувства бодрости и энергии разочарованием и потливостью.
День прошел. Я получила разочаровывающее электронное письмо о краткосрочной квартире, которую я думала снять, пока была в городе. Их не впечатлил мой статус нового жителя города и отсутствие работы в Дареме, поэтому они решили выбрать более «стабильного» кандидата, который был готов подписать договор аренды на один год.
Я никогда не была дикой. Удар был нанесен как худшее оскорбление моему типу А и болезненно предсказуемой личности.
Вскоре после этого я узнала, что вариант «Эйрбиэнби»1, на который я положила глаз
