задумалась. Упомяни я снова возраст собеседника, это уже будет напоминать хамство. Кроме того, пострадавший от лимонада, судя по всему, влиятельный человек, раз заполучил уникальный гаджет раньше остальных, а мою невнимательность принял за желание привлечь его внимание.
«Бедный, бедный дяденька! Не может поговорить с девушкой, не подозревая её в покушении на святая святых — отметку о браке в личном деле», — съязвила про себя.
— И такое бывает! — произнесла весело, стараясь сгладить неприятное впечатление. — На этом предлагаю разойтись. Но если вдруг вы хотите продать планшет…
— Не может идти речи.
— Тогда я говорю вам: «Прощайте!»
— До свидания, прекрасная леди, — с коварной усмешкой произнёс мужчина, чьё имя я так и не узнала.
— Прощайте. Мы никогда не увидимся, — проговорила уверенно, ведь академия ВКС — закрытое заведение, и, если я с треском из него не вылечу, а я не вылечу, ближайшие пять лет о свидании он может лишь мечтать.
— Это вы так думаете.
Выпад проигнорировала. Кое–кто о себе слишком высокого мнения. Мне с таким не по пути.
Пока Нариссаль отсутствовала я быстро достала планшет и открыла учебник по основам пилотирования и ориентации в безвоздушном пространстве. Тема оказалась невероятно сложной, я вызубрила её к экзамену, но до конца не понимала, и это определённо стоило исправить. Втихаря от подруги!
Однако Нариссаль, грозное краснокожее чудовище, появилась из пены морской и посмотрела так строго, что я спрятала планшет и сделала вид, будто мужественно лежала и отдыхала.
— То–то же! — сурово произнесла подруга–метран, безошибочно угадывая по запаху, какой из двух одинаковых термостаканов наполнен лимонадом.
В длинных багряно–красных пальцах стакан не казался таким большим. Нарис в два счёта расправилась с содержимым и заинтересованно посмотрела на мой напиток. Кофе она не особо любила, а вот сладкий мятный сироп, который я никогда не размешивала, уважала очень.
Метраны — не только лучшие воины галактики, но и ужасные сладкоежки. Невероятно мило видеть огромных краснокожих здоровяков, напоминающих демонов с картинок, в кафе–мороженом среди детишек или в парках аттракционах с облаками разноцветной сладкой ваты.
Нарисса исключением не была и при виде сладкого напоминала ребёнка–переростка, отказать в такой мелочи лучшей подруге я никак не могла, и моментально протянула свой стакан. Однако обмануть её сладким и нарочито беззаботным поведением не удалось.
Внимательные жёлтые глаза смерили мою напряжённую фигурку и тут же пустились сканировать ближайших соседей. Заметив в руке бессовестного разбрасывателя конечностей планшет, о котором я ей все уши прожужжала, она триумфально улыбнулась.
Вот, кому стоило пойти в военную академию. Чутьё звериное.
— Какой красивый планшет! — воскликнула она преувеличенно восторженно. Наверняка представляла на его месте какую–нибудь дизайнерскую поварёшку, не иначе, потому что играла великолепно. А ведь она вообще не разбиралась в компьютерной технике, вот кухонная — это её, да. Она обожала готовить и была помешана на своих кастрюльках так же, как я, на гаджетах. Мы нашли друг друга.
Сосед по шезлонгу взглянул на неё удивлённо, затем перевёл взгляд на меня, и я тут же пожала плечами, мол, ничего не знаю, это вы у молодёжи уже не котируетесь, не я. Так что и дальше покупайте редкие планшеты — привлекайте внимание хотя бы таким образом.
Соболиные брови мужчины взлетели, будто он умел читать мысли через выставленные мной ментальные щиты. Я быстро усилила защиту и посмотрела наивным взглядом, ещё и ресничками похлопала.
— Спасибо, — ответил он Нариссе, глядя при этом в упор… на меня.
— Вы уже познакомились, что ли? — тут же сориентировалась краснокожая сваха. — Хотя что в этом удивительного, у вас ведь последняя модель планшета, — с придыханием вновь вернулась она к теме, которая у бедненького здоровяка наверняка вызывает нервный тик. — А почему вы не плаваете? Трудоголизм, знаете, ужасно вредная штука. Я подругу специально на пляж привела, так как мелкий песок не дружит с техникой. Наивно полагала, что она не станет брать с собой гаджеты, затем весь день присматривала, чтобы она ими не пользовалась. А вы подаёте ей дурной пример! — попеняла Нариссаль мужчине ласково.
Мне бы она высказала всё грозно и категорично. Никакой справедливости.
Она щебетала и щебетала, я же, стараясь показать, до чего мне не интересна беседа с ехидным мужланом, улеглась на шезлонг и закрыла глаза. Не буду подслушивать. Не буду и всё тут. Знаю я эту романтичную натуру. Прими я участие в беседе, тут же примется меня сватать, заставит общаться. Нариссаль спит и видит, что я останусь среди гражданских и не брошу её на пять лет.
Нет, дорогуша, у меня другие планы. И академию я непременно закончу с красным дипломом, ты ещё сама будешь гордиться моими успехами.
Я улыбнулась мечте, представляя, как уже завтра войду в главный корпус лучшей военной академии галактики.
И отключилась. Всё–таки Нариссаль права — я слишком много трудилась и организму нужен отдых.
Когда открыла глаза солнце садилось за горизонт, Нариссаль заходила в море, а рядом раздавался непривычный уху механический звук.
Обернулась к соседу. Он по–прежнему сосредоточенно пялился в планшет и при этом быстро стучал пальцами по выведенной на белый пластик шезлонга сенсорной клавиатуре, именно она выдавала странные доисторические звуки.
— Впервые слышу звук клавиатуры, — произнесла раньше, чем сообразила, что обращаюсь к человеку, с которым твёрдо решила не иметь дела.
— Это звук печатной машинки, на ней раньше набирали текст.
— Во времена динозавров, наверное, — хмыкнула я и, заметив, что собеседнику шуточка совсем не понравилась, быстро поднялась с шезлонга и поспешила к подруге.
Да что со мной такое? Обычно я сдержанная, вежливая, деликатная и расчётливая.
Этот мужчина немыслимым образом выбивает меня из колеи и заставляет говорить не то, что я хочу, а то, что думаю. Безобразие!
Определённо, от него стоит держаться подальше. Хорошо, мы больше никогда не увидимся. Минимум пять ближайших лет я не появлюсь среди гражданских.
— Смешная, — донеслось в спину.
Он
