чувство пропорций и тесная связь с окружающим ее природным ландшафтом. В пору весеннего половодья она казалась настоящим кораблем, плывущим по лону умиротворенных вод.
В Костромской музей деревянного зодчества Преображенская церковь перевезена в 1956 году в связи с устройством под Костромой обширного водохранилища. Реставрация хрема осуществлена по проекту архитектора Б. В. Гнедовского.
Многие деревни и села бывшей Мисковской волости Костромской губернии - Вежи, Шоды, Спас, Мисково, Жарки связаны с памятью великого русского поэта Н. А. Некрасова. Он не раз приезжал в Кострому, а Костромская низина была постоянным местом его охоты. На костромском материале Н. А. Некрасовым были написаны стихотворения «Крестьянские дети», «Дедушка Мазай и зайцы», «Деревенские новости», поэма «Коробейники» (посвященная, кстати, крестьянину деревни Шоды Костромского уезда Г. Я. Захарову), несколько глав поэмы «Кому на Руси жить хорошо», быль «Горе старого Наума»… Очень хорошо знал поэт и клетскую церковь Спаса на погосте в Вежах, и скромные бани в деревнях Жарки и Спас. В стихотворении «Дедушка Мазай и зайцы» Н. А. Некрасов писал:
В августе, около «Малых Вежей».
С старым Мазаем я бил дупелей.
…
Нравится мне деревенька его:
Летом ее убирая красиво,
Исстари хмель в ней родится на диво,
Вся она тонет в зеленых садах,
Домики в ней на высоких столбах
(Всю эту местность вода поднимает,
Так что деревня весною всплывает,
Словно Венеция).
* * *
Вывезенные из района затопления свайные деревянные постройки положили начало Костромскому музею деревянного зодчества. Однако вскоре, как писал архитектор А. В. Ополовников, «несостоятельность идеи размещения музея народного зодчества внутри монастырских стен… стала вполне очевидной уже по одному тому, что на очередь встали другие памятники, которым в пределах ограды просто не нашлось бы свободного места. Кроме этой технической причины были, по-видимому, осознаны и другие отрицательные явления, неизбежно сопутствующие такому «камерному» и «коллекционному» способу размещения экспозиции народного зодчества.
Поэтому в дальнейшем для музея было выбрано новое и более соответствующее ему место». Этим местом стала на первых порах старинная Богословская слобода, а точнее - тот ее земельный участок, который в свое время был занят обветшавшими деревянными постройками монастырского хозяйственного двора (конюшней, каретным сараем и т. д.). В Богословской слободе когда-то, в XVII веке, проживали кузнецы, бочары, иконописцы, сапожники, каменщики… Они были приписаны к Ипатьевскому монастырю, платили ему денежный оброк и не раз привлекались к исправлению монастырских ветхостей. Архитектурной доминантой слободы была построенная в 1687 году двустолпная каменная церковь Иоанна Богослова, к которой были стянуты поросшие травой, узкие и кривые улицы этого монастырского «поселка». В Богословской слободе (сейчас она называется Трудовой) до сих пор сохранились старинные избы начала XVIII века с богатым кузнечным нарядом их ворот. Именно здесь, среди естественно сложившегося архитектурного ансамбля слободских построек, и размещены были в 1960 - 1965 годах четыре новых памятника деревянного зодчества, вывезенные из дальних сел и деревень Костромской области.
Дом ЕршоваДом Ершова
Дом Ершова. Перевезен в музей из деревни Портюг Межевского района.
Построен в 1860-х гг. Его размеры, планировка и конструктивные элементы схожи с типами изб русского Севера (Архангельская, Ленинградская и Вологодская области). Стены выложены из горизонтальных венцов бревен, связанных по углам врубкой «в обло с остатком». Маленькие окна посажены высоко. Это объясняется тем, что изба и клеть (она же горница, или холодная изба) поставлены на высокие и просторные подклеты, использовавшиеся в хозяйственных целях. Холодная и теплая избы соединяются друг с другом сенями - «мостом».
Деталь украшения деревенской избы
Двускатное покрытие дома устроено по слегам, врубленным в бревна покатых самцовых фронтонов. В слеги закреплены верхние концы «куриц», представляющих собой стволы молодых елей с сохраненным на конце корневищем в виде крюков. На этих «курицах» - крюках - с двух сторон кровли лежат выдолбленные в цельных бревнах водотечники. Торцы слег (их называют иначе «тычками») закрыты досками - «причели-нами» (они же «карнизины»). Тесовая кровля дома прижата к коньковой слеге «охлупнем».
В дом вводит высокое, обшитое досками крыльцо, покоящееся на далеко выступающих консольных бревнах. Раньше через второй вход, который выводит сейчас из сеней прямо на улицу, попадали на двухъярусный скотный двор, который, к сожалению, не сохранился.
«Лев». Деталь украшения деревенской избы
Переступив порог избы, посетитель оказывался лицом к лицу с «красным» углом, где на досках - полицах - стояли в ритуальном порядке «одетые» в расшитые полотенца и сверкающие яркими красками иконы и складни. Это - «божница», без которой трудно представить себе жилище русского крестьянина. Вдоль стен стояли опушенные (т. е. с резьбою) широкие лавки, выше которых были устроены скромные полки над-лавочники. Одна из таких полок воспроизведена в правом от входа углу избы. На нее ставилась хозяйственная утварь (берестяные бутылки, солонки, туеса). Лавки, укрепленные неподвижно, заменяли собой стулья и табуреты. С пола их подпирают рубленые подставки - стамики. Криволинейные очертания стамиков и простой геометрический орнамент опуши лавок не лишены художественной выразительности. На столешнице поставленного под «божницу» простого деревянного стола стоит укрепленный в деревянной колоде втычной металлический светец простой кузнечной работы. В подстолье расположен выдвижной ящик. К столу придвинут табурет на четырех ножках.
В противоположном углу - русская печь на массивном деревянном опечке. Над входом в избу от печи до продольной стены протянуты полати, где стоят окованные просечным железом сундуки-подголовники. Полати тесовые и упираются с одной стороны в бревенчатую стену избы, с другой - в толстую деревянную стойку у печи («воронец»).
Ниже полатей около печи находится голбец, представляющий собою деревянную переборку столярной работы. За украшенной растительным и геометрическим орнаментом дверью голбца находится крутая лестница, ведущая в подполье, где хранились овощи. Верх голбца приспособлен под лежанку.
Напротив устья печи в так называемом кутном углу, отдаленном от остального помещения избы невысокой дощатой перегородкой, стоит судник, или залавок (кухонный стол), на котором поставлены пряничные доски, палица для выколачивания белья, украшенные выемчатой резьбой рубели, глиняные горшки и кринки, деревянные солонки и другая кухонная утварь. Здесь же за перегородкой висит гончарный рукомойник с деревянной лоханью под ним.
С наступлением холодов из сеней в избу переносили ткацкий станок, на котором в длинные зимние вечера женщины ткали холсты и половики (такого рода изделия так и назывались - домоткаными). Весною стан выносили опять в сени.
Кованый светец
Около «бабьего» конца красной лавки на длинной жерди - «оцепе» (он прикреплен к матице - массивной деревянной балке, служащей опорой для потолочных тесин) - подвешена зыбка для грудных детей. Люльку качали ногой за петлю, привязанную к жерди, а руки оставались свободными для другой работы. Ящик люльки накрыт сверху льняной тканью.
Изба была просторной, чистой и удобной для жилья большой семьи. Спали на лавках, на печи, на
