— Здравствуйте, — сказал он с улыбкой. — Я — Том Партингтон.
Стоящий в дверях вампир попятился и распахнул дверные створки пошире.
— Входите, пожалуйста, сэр.
Том так и сделал. Несмотря на мрачное выражение лица дворецкого, солнечное настроение Тома не испортилось.
— Спасибо. На улице чертовски холодно!
Клэр стояла на верхней площадке широкой лестницы. Голос, который она услышала у парадной двери, поразил ее. Лучшего невозможно было бы себе представить. Глубокий и звучный, с чуть заметным алабамским акцентом, этот голос проникал прямо в душу Клэр. Она молилась про себя, чтобы лицо, фигура и характер владельца этого голоса ее не разочаровали.
Обычно, когда Клэр твердили, что нельзя судить о человеке только по фотографической карточке, она смеялась и говорила, что у нее достаточно богатое воображение. Но сегодня все было по-другому. Ей вдруг стало страшно, что генерал Томас Гордон Партингтон не оправдает ее надежды. Талант писательницы, к сожалению, не избавлял Клэр от ошибок и разочарований. Приятная внешность и благородное происхождение человека нередко не оправдывали ее ожиданий.
— Мисс Монтегю спустится к вам через минуту, генерал Партингтон, — меланхолично возвестил дворецкий. — Она проводит вас в вашу комнату.
— Меня устроит обращение «мистер Партингтон», — заметил Том, стараясь, чтобы в его тоне не было заметно ехидства.
Он оглядел прихожую своего нового дома и чуть было не рассмеялся от радости, увидев роскошный восточный ковер, полированную мебель и мрамор.
«Боже правый! Глазам своим не верю!»
Вот уже пятнадцать лет Том откладывал каждый цент, копил, экономил в надежде, что в один прекрасный день сможет позволить себе приобрести небольшой домик. А теперь одним росчерком пера покойного дядюшки все это богатство принадлежит ему.
— Хорошо, сэр.
Том подумал, что дворецкий согласился величать его «мистером» с такой неохотой, словно его вынуждали пойти на убийство.
— А как мне вас называть?
— Скраггс, сэр.
— Просто Скраггс? — удивился он, а потом решил — в конце концов, какая разница? Этот Скраггс теперь его дворецкий. Его собственный дворецкий! Ну и ну!
— Хорошо, Скраггс. Не пристроите ли куда-нибудь мой плащ и шляпу? С них капает на ковер.
Боже, что это был за ковер! Том совершенно не разбирался в коврах, но ему нечасто доводилось стоять на таком пушистом и толстом.
«Подумать только, эта роскошь принадлежит мне!» — Том с трудом подавил торжествующий смешок.
— Конечно, сэр.
Скраггс понес его плащ и шляпу так, словно они весили по крайней мере тысячу фунтов, и Том неодобрительно покачал головой.
«С ума сойти, ну и слуг нанимал дядюшка Гордон! С другой стороны, мне-то какое до всего этого дело? В конце концов, ведь только благодаря дядюшке я теперь богат как Крез».
Поскольку Том всю свою жизнь был беден словно церковная мышь, несмотря на свой старинный дворянский род, подобная перемена доставляла ему истинное удовольствие. Так что даже этот дворецкий с лицом мертвеца не мог омрачить его радости.
Между тем Клэр решила, что пора наконец познакомиться с новым хозяином. Сделав еще один глубокий вдох и медленно выдохнув, Клэр положила руку на полированные перила и начала спускаться по лестнице. Том услышал, как скрипнула ступенька, быстро поднял голову и увидел высокую, элегантную, но строгую особу.
«Ага, домоправительница пожаловала», — подумал он. О ней Том был наслышан. Из писем дяди Гордона к своей матери он знал, что жители Пайрайт-Спрингса сперва были шокированы отношениями старика с его экономкой, мисс Монтегю. Однако сплетни в скором времени прекратились.
Внимательно разглядывая молодую женщину, спускающуюся к нему, Том старался определить, насколько велика была в этих слухах доля истины. Если вкус дядюшки Горди не изменился, с тех пор как он потерял голову от матери Тома, едва ли он мог бы увлечься мисс Монтегю. Кроме того, эта женщина вообще не относится к той категории дамочек, о которых распускают двусмысленные сплетни.
Том подумал, что у жителей Пайрайт-Спрингса, вероятно, очень живое воображение. Подобная особа вряд ли может стать героиней какой-нибудь романтической истории. Конечно, черты ее лица точеные: нос небольшой и прямой, а губы красивой формы. И все-таки вид у нее сокрушающе неприступный. На носу — очки, блестящие при свете лампы, а прическа просто ужасная: прямой пробор и две заплетенных косы, туго скрученных над ушами.
Такая прическа напомнила Тому пару свернувшихся кольцом гремучих змей, приготовившихся ужалить. Очевидно, это сравнение пришло ему в голову вследствие долгой жизни в приграничной полосе.
Хотя со времен его цветущей юности прошло уже немало лет, воспитание в духе почтения к дамам, вне зависимости от степени их неприступности, все еще давало свои плоды. Том подошел к нижней ступеньке и приветливо улыбнулся.
— Мисс Монтегю?
— Да, — выдохнула Клэр. — Это я.
«Боже правый! — добавила она про себя. — Этот мужчина — само совершенство!»
Его едва заметная хромота свидетельствовала о доблестных подвигах и страданиях. Светлые волосы, отливающие золотом при свете свечей, были чуть длиннее, чем полагается по моде, но такая прическа, безусловно, шла ему. Ну а его знаменитые усы просто не поддавались никакому описанию, хотя Клэр неоднократно пыталась сделать это.
«И глаза у него синие, словно васильки, — машинально думала она. — Такие большие, глубокие и блестящие… А улыбка! Да этой улыбкой он мог бы растопить целую глыбу льда!»
Короче говоря, перед ней стоял Таскалусец, Том Парди собственной персоной — южанин, бесстрашный солдат, храбрый первопроходец, молодой генерал. Клэр чуть было не упала в обморок. Но, вовремя сделав несколько глубоких вдохов, она была избавлена от позора скатиться по лестнице к его ногам и сумела все-таки сделать несколько завершающих шагов, не потеряв при этом своего достоинства.
Правда, рука ее слегка дрожала, когда она протянула ее, чтобы опереться на протянутую руку Тома. А еще ей в голову внезапно пришла неожиданная мысль: «Дайана! Я должна познакомить его с Дайаной. Они просто созданы друг для друга!»
— Так, значит, вы и есть Клэр Монтегю? Экономка моего дяди?
— Совершенно верно, экономка — это я, — ответила Клэр, едва переводя дыхание.
— Прекрасно. Очень рад с вами познакомиться. Мистер… э-э-э… Скраггс сказал, что вы покажете мне мой новый дом.
Клэр мысленно приказала себе не поддаваться волнению, хотя в эту минуту у нее возникло такое ощущение, словно в животе порхает небольшая стайка бабочек. Но ей все-таки удалось выдавить из себя улыбку.
