Первоначально город был известен как Данэдин (Dunedin), что по-кельтски означало «крепость, стоящая на склонах гряды». Но возможно, что в средние века созвучие с именем нортумбрийского короля Эдвина (VII в.) дало основание англосаксам именовать свой город Эдвинсбургом (Edwinesburgh). Очевидно, соединение обоих названий привело впоследствии к современному имени города.
Дворец Холируд у подножия скалы Трон Артура
В течение многих веков Шотландия, маленькая, небогатая, но гордая страна, вела неустанную борьбу за свою независимость и за утверждение своей самостоятельности. На долю Эдинбурга в этой борьбе досталось многое.
Пусть нашествие римских легионов на Южную Шотландию в I || и III веках н. э. фактически не коснулось Эдинбурга, так как города тогда еще не существовало. Он остался в стороне и от скандинавских нашествий IX-XIII веков, затронувших Северную и Западную Шотландию. Но зато на протяжении почти всего средневековья, с того времени как прослеживается история Эдинбургского замка, Эдинбург, южный форпост Шотландии, был вовлечен то в бесконечные войны с Англией, длительные и кровавые, то в утомительные пограничные конфликты. Близость города к границе долгое время мешала ему стать постоянной резиденцией двора. И хотя в XII веке Эдинбург был уже крупным торгово-ремесленным центром, а с конца XIII века являлся правительственной резиденцией, лишь в середине XV века он стал полноправной столицей Шотландии.
Борьба за свою самостоятельность продолжалась и после того, как при Якове VI, вступившем в 1603 году на английскии трон под именем Якова I, 1* обе страны оказались объединены под властью одного короля. Шотландия продолжала еще сохранять свой общественный и политический порядок. Реформация, осуществившаяся в XVI веке, приобрела здесь своеобразные формы. В отличие от Англии, королевская власть не выиграла в Шотландии от перемены религии: плодами Реформации воспользовались дворянство, получившее церковные земли, и буржуазные круги.
Старый дымокур
Эдинбург оказался в центре исключительно важных событий, развернувшихся в стране в XVI-XVII веках.
В Шотландии, как во многих странах в XVII столетии, политическая борьба проходила под религиозными лозунгами. Сопротивление королевской власти внутри страны и борьба против посягательств английского абсолютизма на политическую независимость Шотландии приняли здесь форму борьбы против католицизма и склонявшегося к нему англиканства, борьбы «за истинную протестантскую веру», то есть за кальвинизм, и одновременно за отстаивание идей Реформации.
Попытка введения в Шотландии англиканского молитвенника послужила поводом к восстанию, вспыхнувшему в Эдинбурге 23 июля 1637 года. Движение приняло вскоре национальный, всенародный характер. В марте 1638 года в стране началась кампания за подписание торжественного обязательства – Ковенанта, что фактически означало создание национального союза против абсолютистской Англии. Последовавшая война с Англией послужила толчком к событиям английской буржуазной революции.
Положение в Шотландии оставалось напряженным в течение почти целого столетия. Как только усиливалась угроза подчинения Англии и утраты независимости или назревала опасность возрождения католицизма, страна отвечала восстаниями. А так как в самой Шотландии действовали противоборствующие силы, то восстания вспыхивали и против английской республики, и против королевской власти, в зависимости от того, какая политическая ситуация складывалась на Британских островах. Так, в 1650 году шотландские пресвитериане-ковенанторы, придерживавшиеся умеренных взглядов, напуганные результатами английской революции и казнью Карла I, выступили в союзе с роялистами против английской республики. Мятеж возглавил маркиз Аргайл, еще годом раньше бывший союзником Кромвеля. В ответ на эти события армия Кромвеля вторглась в Шотландию и оккупировала Эдинбург. А в 1685 году, в эпоху Реставрации, сын Аргайла снова поднимает Шотландию на восстание, на этот раз против Якова Стюарта, известного своей ненавистью к протестантизму и стремлением восстановить абсолютизм. Известие из Лондона о перевороте 1688 года и свержении Стюартов, в целом с удовольствием встреченное в экономически более развитой равнинной Шотландии, вызвало, однако, волнения среди отсталых горных кланов. Опираясь на кланы Северной Шотландии, роялисты не раз поднимали голову и в XVIII веке. В 1715 году внук Карла I пытался вторгнуться в Англию со своими шотландскими сторонниками. А в 1745 году шумное оживление в Эдинбурге вызвало появление правнука Карла I, юного Чарлза Эдуарда Стюарта, остановившегося со своей армией в городе перед походом на Англию. Это была последняя попытка Стюартов вернуть себе трон – попытка, самим ходом истории обреченная на провал.
Исследователи неоднократно отмечали роль Эдинбурга и в демократических движениях на Британских островах. Откликом на французскую буржуазную революцию здесь явилось создание в конце XVIII века ряда революционных ассоциаций и клубов. Именно в Эдинбурге 29 октября 1793 года по инициативе Шотландского Общества друзей народа собрался съезд делегатов революционных корреспондентских обществ Англии и Ирландии, высказавший солидарность с французскими революционерами.
В 30-40-х годах XIX века Эдинбург, наряду с Глазго, был активным очагом чартизма. И в дальнейшем, во второй половине XIX столетия, а также в XX веке, город продолжал активно участвовать в рабочем движении Шотландии.
Издавна Эдинбург был известен и как один из самых значительных культурных центров на Британских островах. В 1582 году начинает свою историю Эдинбургский университет; в конце XVI века создается прославленный медицинский колледж; еще в 1507 году в южных кварталах города была открыта первая книгопечатня Шотландии, да и нынче по изданию книг Эдинбург занимает второе место после Лондона.
Переезд шотландского двора в Лондон в 1603 году, а затем и утрата собственного парламента после унии с Англией в 1707 году привели к тому, что Эдинбург в последующее время не стал крупным центром политической жизни. Однако, расположенный поблизости от устья большой реки, впадающей в Северное море, Эдинбург и до наших дней сохранил за собой важную роль в торговле и промышленности страны. Нынче – это крупный транспортный узел, средоточие банков и страховых компаний. Ранее самостоятельный порт Лит входит теперь в состав города. В Эдинбурге развиты легкая промышленность и машиностроение. Дым фабричных – не только каминных – труб, который, бывает, висит над Эдинбургом, и теперь оправдывает прозвище Старый дымокур, данное городу еще двести лет назад.
