Книга захватила меня. Я боролась с дремотой до той поры, пока мои глаза были еще в состоянии различать буквы. Потом они закрылись как-то сами по себе, решительно и бесповоротно – незаметно я заснула.
Вернее, не поняла, что заснула. Осознание этого настигло, когда мелодичный звон цикад перешел в гадкую резкую трель. Пытаясь разлепить сонные глаза, я сфокусировала взгляд на часах и не сразу сообразила: кто-то звонит в дверь. Причем громко и бесцеремонно.
Неужели вернулся брат? Или Вацлав? Или они оба? Ведь обещали только в воскресенье! Ну, конечно, они! Кто же еще в такую поздноту? Часы показывали сколько-то там минут около двух. Или трех? Не разобрать в темноте.
Звонок затрещал с новой силой. Спотыкаясь и наталкиваясь по дороге на мебель, я неуклюже побежала к двери:
– Кто? – сонно пробормотала в динамик.
– Дед Пихто, – прохрюкало в ответ. – Открывай, Лизка! Сколько мне еще на твои стальные ворота любоваться?
Моя подружка Галка, собственною персоною, без предупреждения и сильно навеселе. Наверное, опять поругалась с мужем. Пропала ночь!
Галка не даст мне спать до утра, а потом придется кормить ее завтраком и выслушивать вариации ночных рассказов. Причем отделаться вежливыми «а-а-а» и «о-о-о» с ней не удастся. Она потребует полного внимания и мгновенно просечет имитацию интереса.
Подруга сама виртуозно пользуется всевозможными уловками в не интересующих ее разговорах, да так ловко! Собеседник никогда в жизни не догадается, что внимательно глядящая ему в глаза и поддакивающая разными «м-м-м» Галина сладострастно думает о покупке новой помады от Диор.
Мне предстоит УЖАСНАЯ ночь, но не выгонять же подругу…
– Лизетта, Анетта, Иветта, Жорже-е-е-тт-а, – весело пропела та, вваливаясь в холл. – Вся жизнь моя вами, как солнцем весенним, согре-е-е-тта…
Я оглядела ее, едва стоящую на шпильках.
– Хороша… Где гуляла?
– Фу, гуляла… Просто отметили день рожденья друга из Питера.
Тут часы нежно пробили два ночи.
– О! «Уж полночь близится, а Германа все нет», – пропыхтела Галка, сбрасывая угрожающе длинноносые туфли. – Полжизни за чашку чая!
Мы направились на кухню.
– Не разбудим твоих мужчин, Лизавета?
– Не разбудим, – усмехнулась я, ставя чайник. – Никого нет дома. Кроме Вольфрама Флейшгауэра, но уверяю тебя, он не будет в претензии.
Напившись чаю и забравшись в постель, мы проболтали всю ночь. Мне удалось отбиться от Галины и зарыться в подушки только с первыми лучами солнца. Проваливаясь в сон, в душе я лелеяла робкую надежду поспать хотя бы до полудня, но куда там!
Галка проснулась ни свет ни заря и разбудила меня:
– Ты пойдешь со мной сегодня на party в Беверли-Хиллз, «Хилтон», – безапелляционно заявила моя подружка, свежая как ландыш на заре, и присела на кровать, где распростерлось мое безжизненное после бессонной ночи тело.
Я молча таращила на нее слипающиеся глаза и честно пыталась проснуться.
– Поняла? Никаких отговорок не принимаю. В девять вечера.
– Ни за что, – попробовала я вяло сопротивляться.
Терпеть не могу сборища малознакомых людей, делающих вид, что они несказанно рады наесться и напиться в обществе друг друга и заодно как бы пообщаться на весьма отвлеченные темы.
– Сама знаешь, я нелюдима и неразговорчива с чужими.
– Ничего не знаю, – отрезала Галина, любовно подправляя макияж. – Начало в девять. Будь любезна не опаздывать.
Галина вертелась перед зеркалом, одетая и намакияженная, благоухающая нежными духами, веселая и неправдоподобно красивая.
Я громко вздохнула и села в подушках, глядя на свое отражение в зеркале. Вместо себя увидела лохматое существо, больше напоминающее внезапно разбуженную и крайне замученную сову.
Чем громче трещала Галка, тем страшнее становилось мне. Мало того, что пропала ночь, так еще и день пойдет коту под хвост. Сейчас надо будет звонить куче народа – прическа, педикюр, маникюр, массаж, макияж, узкое платье – ни вздохнуть ни выдохнуть – тесные туфли на десятикилометровой шпильке, только от одного вида которых начинался варикоз… И все ради чего?
Галка поймала мое хмурое отражение в зеркале.
Я вылезла из постели и проигнорировала насупленный взгляд подружки. Ну уж нет, я не намерена так просто уступать! Дурацкая вечеринка в «Хилтоне»! Хуже только бревна таскать на лесоповале. На острове Валаам.
– Галя, никуда не пойду, у меня другие планы на вечер.
– Лизонька, солнышко, рыбка, зайка, котик, – просяще заскулила Галка, с мольбой взирая на меня, в мастерски накрашенных огромных глазах засверкали слезы. – Ну что тебе стоит? Не могу же я одна туда пойти? Мне больше некого пригласить, сама знаешь. Ну, пли-и-з, Лизочка, а вдруг мне на этот раз подфартит, а?
Галка – великий манипулятор и прекрасно знает, как заставить человека, меня то есть, плясать под свою дудку. Я безнадежно вздохнула, прекрасно осознавая, что битва проиграна, но все же судорожно попыталась найти альтернативу.
– А давай, мой брат составит тебе компанию?
– Я тебя умоляю! Сережка никогда не выводит меня в свет.
– Ну, попрошу еще раз Вацлава. Хочешь?
– Пошла вон! Я с ним тоже в ссоре! Забыла? Все, пока. До вечера. В девять жду тебя в фойе.
Слез в глазах как не бывало:
– Да, лимузин тебе закажу сама.
Господи ты боже мой, еще и лимузин. Чтобы проехать сотню-другую метров?
– Может, не надо? Я живу в трех кварталах, пешком дойду.
Повисло нехорошее молчание.
– Ты сдурела? – нежно поинтересовалась моя подружка. – Пешком? В Беверли-Хиллз! Совсем того, да? Поедешь, как все нормальные люди – в лимузине!
У меня прямо-таки зачесался язык и захотелось поинтересоваться, с каких это пор ВСЕ нормальные люди стали ездить на лимузинах? Но проще было промолчать. Мое понурое помалкивание заметили и по достоинству оценили.
– Ты – прелесть! – Галка сочно чмокнула воздух, помахала наманикюренной ручкой и исчезла.
Я уныло спустилась на кухню, подумала минуту и решительно набрала номер брата.
– Ну, – рявкнула трубка. – Чего нужно?
Очень вежливо. Мой брат – воплощение галантности и хороших манер.
– Сереженька, ты сегодня вечером занят?
– Очень!!!
Ну, зачем же так орать?
– А…
– Это все? Говори быстрее, дел невпроворот, занят я! – злился Сергей.
Кто бы сомневался. Мой брат всегда занят. Бизнесом. А когда не занят оным, то спит. Или ест. Или, что еще хуже, качается в спортивном зале, или расслабляется в сауне. Побеспокоить его в такое время, оторвав от тяжеленных гирь или потения в узком деревянном ящике, себе дороже и опасно для жизни – могут запросто убить. Голосом.
– Галку пригласили на «Оскара» в Беверли-Хиллз сегодня вечером. Там будет полно людей, с которыми тебе будет небезынтересно познакомиться, – быстро начала я.
