ноги, на сдвинутых кроватях, тихо смеяться…
— А ручку потом возвращать нужно? — зачем-то спросила она.
— Ну если ты смертница, верни.
Понятно, придется спрятать или выбросить.
Бросив прощальный взгляд через плечо, девушка убедилась, она здесь лишняя, и шагнула через порог, в темный пустынный коридор.
Казалось, будто все общежитие вымерло, и только Лика тенью скользила от стены к стене, от двери к двери. Затаив дыхание, она напряженно прислушивалась, несколько раз в испуге замирала, прижималась к стене при звуке шагов. Но всякий раз они стихали в отдалении.
Добравшись до своей комнаты, Лика немного перевела дух.
Ну вот, она еще из общежития не выбралась, а руки уже вспотели!
— Отец говорит, нужно регулярно бросать себе вызов, иначе ничего не добьешься. Да и, право, чего я боюсь? Темноты? Глупых рассказов? Если старшекурсники пустят слух, будто у господина Энсиса три глаза и клыки до колен, тоже поверишь?
Девушка заставила себя улыбнуться и выровняла дыхание.
Так-то лучше!
Как же ей повезло, что та самая больная Френсис Хардинг — ее соседка, иначе непременно начались бы расспросы. С Френсис бы стало не пустить ее! Но разгоряченная пробежкой Хардинг вздумала попить холодной воды и третий день лежала в лазарете с ангиной, поэтому Лика без проблем переоделась: нечего и думать лазать по чужим домам в платье. Теплая туника и брюки для занятий на открытом воздухе подошли идеально. Вдобавок Лика заколола волосы так, чтобы издали сойти за мальчика.
Лампа на столе дежурного в холле не горела, сам он тоже куда-то отлучился — повезло! Но нужно поспешить. Сейчас около одиннадцати. Комендант начинал ежевечерний обход с первого корпуса, скоро доберется до четвертого.
Бодрящий холодный воздух пахнул в лицо, принеся с собой запах прелой листвы. Лика тут же пожалела, что не захватила пальто. Но возвращаться за ним поздно: скоро на дорожке запляшут отблески фонаря коменданта. Ничего, до дома Раяна Энсиса недалеко, она не успеет замерзнуть.
Зябко!
Колени подрагивали — то ли от страха, то ли от холода.
Словно приклеившись к порогу, Лика напряженно всматривалась в темноту. Видимо, она недостаточно Скотт, раз не может сделать проклятий последний шаг!
Чуть потрескивали фитили масляных фонарей по обеим сторонам от входной двери. Возле них кружились мотыльки — откуда только взялись в октябре!
Наконец Лика заставила себя выйти из теплого круга света. Если надумала идти, надо идти. Глупо попасться дежурному или коменданту вот так, на пороге.
Темнота мгновенно заключила ее в свои объятия.
Как тихо! И небо — словно дыра в преисподнюю… Покрытое плотной ватой облаков, оно не дарило ни капельки света. Приходилось ориентироваться по памяти, полностью довериться инстинктам.
Добравшись до первой развилки, где сходились дорожки к студенческим корпусам, Лика кинула тревожный взгляд направо. Показалось, или она действительно видела отблеск фонаря?
Затрещали кусты — Лика поспешила скрыться в тени деревьев парка. Ее не покидало ощущение опасности. Внутренний голос уговаривал вернуться, наплевать на глупый карточный долг. Лика его проигнорировала. Она Скотт, она обязана.
Мрачный парк обступил ее со всех сторон. А ведь днем он казался таким милым! Кустарник цеплялся за тунику, деревья выбрасывали корни-силки, стремясь поживиться глупенькой студенткой. Каркавшие где-то наверху вороны словно глумились: «И чего тебе не спалось? Теперь получай, получай!» Чтобы было не так страшно, Лика бормотала детскую считалочку:
Погляди на небо,Звезды горят,Журавли кричат:— Гу-гу! Убегу!Раз, два, не воронь,А беги, как огонь.
И, вроде, не замечаешь, как сгущается сумрак между деревьями, как прячутся среди них призраки, мечтающие поживиться человеческими душами. Не думаешь о Раяне Энсисе.
Бывший ректор был легендарной личностью. Одна отставка Раяна чего стоила! Король лично приезжал, чтобы лишить его титула и сместить с поста. Затем он на несколько лет пропал и вновь объявился в академии в качестве рядового преподавателя. Правда, назвать его дисциплину обычной язык не поворачивался. Обратная магия — наука темная и крайне опасная, самое то для нелюдимого субъекта с сомнительным прошлым. А ведь когда-то он считался одним из самых завидных женихов королевства.
Ноги скользили по опавшей листве: весь день лил дождь. Пару раз Лика едва не упала, но в итоге благополучно добралась до дома Раяна. Формально он ему не принадлежал. Двухэтажный домик возвели в глубине парка для почетных гостей, но ректор не стал возражать, когда предшественник облюбовал его для жилья. Так всем спокойнее: и студентам, и преподавателям.
Остановившись в тени платана, Лика напряженно вглядывалась в глазницы окон. Ни огонька. Выходит, Раян действительно уехал. Только вот как попасть внутрь? Эх, обладай она полноценным даром, вызвала бы фамильяра и попросила бы принести ручку с черепом. Но, увы, способностей Лики едва хватало на то, чтобы не заваливать профильные дисциплины. Придется лезть самой.
Сглотнув образовавшийся в горле ком, Лика крадучись приблизилась к входной двери.
Как же громко она ступает! Шуршащий под ногами гравий того и гляди перебудит всю академию.
Заметавшись взглядом по сторонам, Лика убедилась, что все — лишь ее фантазии.
— Тебе бы книжки писать! — фыркнула она и осмотрела дверь.
Кто бы сомневался, такой человек, как господин Энсис, обезопасил свое жилище. Едва заметно пульсировавшие зеленые искорки таили нешуточную опасность для воров.
— Ну и как же мне быть? — тоскливо вопросила темноту Лика.
Проще вернуться обратно, принять свою порцию насмешек и лечь спать. Проще, но не в характере Скоттов.
Вздрагивая от каждого шороха, Лика обошла дом. Вблизи он казался еще более зловещим, хотя, по правде, ничего такого в нем не было, обычный двухэтажный каменный коттедж. Только вот обострившемуся от страха воображению мерещились то фосфоресцирующие глаза призрачных гончих, то пылающие синим магическим пламенем пентаграммы. Лике пришлось больно ущипнуть себя, чтобы избавиться от наваждения.
Кажется, нашла!
Запрокинув голову, она смотрела на балкон. Вот он, ее единственный способ проникнуть внутрь. На окнах первого этажа чары, но на водосточной трубе их нет. Безусловно, существовал риск, что Раян опутал защитой второй этаж, но кто не рискует, тот до конца дней боится собственной тени.
— Эх, совсем не так я представляла себе учебу! — вздохнула Лика и начала восхождение.
В Академии магического познания уделяли внимание не только уму, но и телу. Студенты, независимо от специализации, возраста и пола, регулярно бегали кроссы, подтягивались на перекладине, изучали азы фехтования. Вот бы удивился ректор, узнав, что таким образом готовил юных взломщиков.
Подтянувшись, Лика оседлала перила. Дыхание чуть сбилось, но она мысленно оценила выполнение задания на твердое «хорошо». Стараясь не шевелиться, Лика быстро проверила, нет ли охранных
