— Так то ж нелюди. С православным человеком такое отродясь не случится, далее если всю Масленицу в трактире прогуляет. Окосеет — да, но чтоб глаза искрили… Ох, не понять вас, господ… — пробормотал под нос Степан. — Только, барыня, без обману, бог накажет.
Они вышли на проселочную дорогу. София почти бежала, подстраиваясь под широкий шаг мужика, но так и не отдала ему драгоценную ношу.
Рассвело. Солнце еще касалось горизонта, но чувствовалось, что день будет знойным. София возвращалась полем. Страх отступил, и хотя под наливающимися соком колосьями в толще земли за ней следовали злобные нежити, женщина чувствовала себя счастливой. Она надеялась, что Сонечка вскоре будет в полной безопасности — отец сумеет защитить и воспитать малышку. София знала, что лишилась магической защиты серебряного талисмана, но это не омрачало ее радости. Обезопасив дочь, она обрела большее — спокойствие и теперь могла бестрепетно заглянуть в глаза Бездне.
Часть первая. Призрак из башни
Всё началось с появления Зинаиды Логиновой. Вообще каждый приезд Петькиной двоюродной сестры ознаменовывался необычными происшествиями, а порой и почти детективными историями. Однако все они не могли бы пойти ни в какое сравнение с тем, что произошло этим летом. Наверное, мой рассказ может показаться неправдоподобным и надуманным. Что ж — я сама с трудом верю, что происходящее не является кошмарным сном завсегдатая психбольницы.
За окном ясная морозная ночь, и звёзды, похожие на неподвижно повисшие снежинки, заглядывают в комнату. Я, Виктория Барышева, тринадцати с половиной лет от роду, сидя на кровати в собственной спальне, с трепетом ожидаю, когда стрелки часов подползут к роковым цифрам. На моих коленях лежит диктофон, и я шепотом, стараясь не разбудить родителей, рассказываю обо всём, что произошло за последние полгода. Но всё по порядку…
Шла вторая неделя летних каникул. Было жарко и скучно. Позавтракав, я задумалась, чем заняться — отправиться загорать на пруд или всей компанией махнул» на речку? Вода в реке намного чище, там можно вдоволь понырять и даже наловить перламутровых ракушек, но добираться туда надо в душном, пахнущем бензином автобусе. Пруд был рядом, но в него ежедневно погружали свои тела сотни, если не тысячи обитателей ближайших кварталов. Пока я раздумывала, в прихожей задребезжал телефон. Петька Толкачев сообщил хорошую новость — утром из Москвы прибыла его неугомонная сестренка. Зизи, а она предпочитала, чтобы ее звали именно так — имя Зинаида казалось ей старушечьим, — строила из себя крутую девчонку, была заводилой во всех компаниях и настоящим кошмаром для учителей. Скучать с ней не приходилось, Логинова всегда находила развлечения, и в ее обществе обычные каникулы превращались в сезон приключений. Я наскоро причесалась, вымыла посуду и приготовилась ждать гостей. Петька пообещал, что по дороге они зайдут за Сережкой Ивойловым, а это означало, что наша компания соберется в полном составе. Наконец в дверь позвонили.
— Приветик, Барышева! — Создание, стоявшее на пороге, имело такой продвинутый облик, что немедленно повергло меня в состояние лёгкого шока. За последние полгода Зизи здорово вымахала по всем направлениям, но потрясло иное — бывшая натуральная блондинка обзавелась невообразимой шевелюрой. Голову Логиновой украшал каскад красных, ярко-голубых и лиловых прядей, а на физиономии болтались блестящие побрякушки. Даже зубы заныли, стоило мне представить, сколько пришлось бы воевать с родителями, отстаивая хотя бы малую часть этого великолепия. Стоявшие позади Логиновой мальчишки почти превратились в невидимок. Во всяком случае, я их не замечала до того момента, пока Сережка не поинтересовался, можно ли пройти в дом.
Зизи прошлась по комнате, бесцеремонно осмотрела полки, письменный стол и, не найдя ничего нового, занялась моей скромной персоной:
— Есть конструктивное предложеньице, — она дотронулась до болтавшегося на моей шее медальона. — Не слишком стильная штуковина. Один мой знакомый отливает из серебра всякие фенечки, если твою бляху переплавить…
— И не думай. Это вроде семейной реликвии, я ношу ее чуть ли не с рождения. Если она пропадет, меня мама без пилы распилит.
— Как знаешь. Кстати, у меня возникла идея, — Зизи достала из болтавшегося на плече рюкзачка брошюру в яркой обложке, — утром на вокзале купила. Сей труд задал моим мыслям интересное направление.
Я прочитала название — "Путеводитель по геопатогенным зонам".
— Ну, и… — Петька вопросительно посмотрел на сестру.
— Дамы и господа, сей фолиант содержит бесценную информацию о вашем городе. Хотите узнать, где находятся датируемые тринадцатым веком захоронения погибших от чумы горожан? Выяснить, в каких районах города можно наблюдать полтергейст? Наконец, просто узнать названия улиц, на которых по статистике чаше всего ломают конечности?
— А зачем нам ломать ноги?
— Пойми, Петька, ломать будут другие, а мы станем наблюдать за этим процессом со стороны, — Зизи бегло перелистала страницы. — Третий километр шоссе на Москву пользуется дурной славой у автомобилистов. Регулярно происходящие на этом участке трассы "беспричинные" аварии уже унесли несколько человеческих жизней…
— Может, там видимость плохая, туманы или просто асфальт скверно положили, — предположил Толкачев.
— И в книге приводятся конкретные адреса? — перебил приятеля Сережка Ивойлов.
— В том-то и дело! Видите — схема. План города, на котором звездочками отмечены различные аномалии. Вот вам и культурный отдых на месяц. Будем исследовать геопатогенные зоны. Познакомимся с неведомым и таинственным. Может быть, встретим живое привидение.
— Они мертвые, — уточнил Петька.
— Кто?
— Привидения. Если бы они были живыми, они не могла бы считаться призраками.
— А если бы мертвыми, то не бродили бы по домам.
Идея Логиновой особенно понравилась Сережке Ивойлову. Последние месяцы он так основательно увлекся "ужастиками", что даже забросил свои любимые гонконгские боевики. Перспектива воплотить в жизнь голливудские кошмары и лично поучаствовать в поисках монстров, зомби и космических пришельцев его окрыляла. Он готов был идти за Логиновой куда угодно. Вечный скептик Петька Толкачев долго отнекивался, пытаясь втянуть сестру в спор о здравом смысле и отсутствии чудес в подлунном мире, но не выдержав бешеного напора Зизи и Сережки, согласился участвовать в их затее. Я поддержала их сразу, но без особого восторга. Рассказы о не нашедших покоя душах, вампирах и людях, в полнолуние становящихся волками, напоминали детские сказки, и вряд ли на них стоило тратить время. Впрочем, Зизи всегда умела делать из занудной мухи веселого слона, поэтому предполагалось, что мы не соскучимся во время поиска несуществующих чудовищ. Желая поддержать беседу, я спросила:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
