Читаем без скачивания Вопросы цены и стоимости - Виктория Абзалова

Плохо было в новом доме. Дни и ночи были наполнены изматывающим ожиданием: если знает господин про него - почему еще держит у себя? Если не знает, - как быстро это случится?

Только о том, что последует потом Равиль не гадал - не зачем.

Единственным шансом без преувеличения остаться в живых он увидел для себя в том, чтобы расположить к себе больного «гостя». Хозяин дома на него надышаться не мог, пожелай тот - за снегом бы побежал!

Шанс безусловно не плох, да возможности подступиться так и не представилось. Господин к своему мальчишке не подпускал никого, а когда Равиль их тайну услышал - вовсе подумал, что убьет на месте! Был бы он поглупее, может и раскрыл бы рот, но Равиль был каким угодно, только не глупым. По глазам видно было, что за своего Айсена лекарь глотку перекусит, не задумываясь, какой уж тут шантаж…

Сидел, ждал, что хозяин решит. Тоскливо и горько было - почему так? Кому воля, кого на руках носят, а кому лишний денек бы пожить!

Но навстречу хозяину встал с улыбкой. Не играть он уже не мог, а услышав, что хозяин его другому дарит, не знал толи горевать начинать, толи наоборот от счастья в пляс идти. Массажем и мелкими поручениями с франком дело точно не ограничится, с другой стороны франк мог и не знать, что за знак он носит на теле…

А прежде предстояло пережить еще одно испытание. К кораблю Равиль пробирался как сквозь строй, ежесекундно ожидая разоблачения, хотя ни одной минутки, ни одной монетки лекаря зря не потратил. Он благоухал горьковато-миндальной свежестью, обнаженный торс был гладким от всевозможных притираний, рубцы на сосках скрывали прихотливые булавочки. Тонкая прозрачная кисея обволакивала длинные грациозные ноги, колыхалась при движении, открывая сияющие белизной бедра и ягодицы, а над широким поясом посверкивала жемчужинка в пупке. Густо подведенные глаза казались еще больше, манили загадками, алые губы сводили с ума, приоткрываясь в легкой улыбке… Он проплыл нездешним видением, обдавая ароматом благовоний, как будто вовсе не касаясь земли. Райская птичка. Нелепостью было предположить, что это небесное создание может спуститься с пьедестала к убогим смертным!

А у самого внутри все дрожало мелкой дрожью: да, он еще может выглядеть привлекательно, но то, что он прячет - не грязь, ее не отмоешь!

Сказать, что при виде него, торговец удивился, значит ничего не сказать! Франк сначала письмо прочитал, а потом пригляделся, узнал… И расхохотался почти до слез.

Равиль только побледнел слегка, не решаясь гадать, чем этот смех мог быть вызван. А что если и он знает? Купил специально, чтобы лекарю гадость сделать, а задумка не удалась… Или удалась? Голова кружилась от страха.

- Ох, а господин Фейран у нас оказывается человек с юмором! - отсмеялся торговец, и снова зашелся непонятно. - А ведь он о нашем с Айсеном уговоре знать не знает! Вот оно как довелось, каждый свою часть выполнил, да не так как думал… И что ж мне с тобой делать теперь, подарочек?

У Равиля давно уже пол из-под ног ушел.

- Все, что будет угодно господину! - многозначительно проворковал юноша, хлопнув пару раз ресницами и сделав взгляд таким жарким, как только мог.

Ошибиться он не мог: франк на него на рынке не просто так, как на средство для своих планов, смотрел.

Мужчина хмыкнул:

- Так уж и все? - выгнул бровь, приподнимая голову юноши за подбородок.

- Все… - выдохнул Равиль, соблазнительно поведя губами.

- Горячая штучка? - предположил Грие. - Ну-ну… Подожди меня тут.

Когда дверь захлопнулась, Равиль с облегчением выдохнул - похоть в светлых глазах мужчины ему не примерещилась. И заметался вдруг: подожди… Что это значить может?

Отступать ему было некуда, - либо пан, либо пропал! Равиль мгновенно избавился от того немногого, что на нем было одето и вытянулся на постели. Рука скользнула к паху, вторая - поглаживала живот, грудь… Скривившись, Равиль безжалостно зажал ногтями соски и выкрутил, провернул булавки - боль пройдет, зато соски припухнут и будут выглядеть ярче.

Больно все-таки! Изогнувшись юноша массировал свой вход, лаская, а заодно тщательно растягивая и хорошенько смазывая припасенным маслом. Яростно теребил мошонку и вялый член, пытаясь добиться хотя бы подобия эрекции - хозяевам нравится, когда их хотят без обмана, но вот о возбуждении и речи не велось. Нет, и все.

Ерзая по покрывалу, Равиль толкал пальцы в себя, жалея, что не додумался раздобыть что-то более подходящее, чтобы достать до заветного местечка в глубине - тогда бы наверняка встало. Прикрыв глаза, представлял, что сейчас придет тот, первый, самый ласковый… Член наконец соизволил дрогнуть и немного подняться. Юноша тихонько постанывал, возбуждая себя все больше, но так, чтобы не кончить раньше времени…

Голос прозвучал как гром среди ясного неба:

- Да… - протянул стоявший в проеме Ожье. - Давненько я подобного выступления не видел!

Равиль вздрогнул, но тут же изогнулся, гладя себя, и раздвинул ноги еще шире, выставляя идеально выбритую промежность.

- Не терпится? - с мягкой небрежностью поинтересовался мужчина.

- Господин… - Равиль прикусил губку, посылая умоляющий взгляд из-под ресниц.

Мужчина скривился и отвернулся, бросив через плечо:

- Оденься! Не выгоню я тебя, не дрожи… Мы вообще уже в море вышли.

За несколько дней Равиль совсем извелся, не видя для себя выхода. Он не понимал ничего, не знал, что ему ждать от хозяина. Прятался, забиваясь в уголок в тень, и наблюдал выжидающе, думал, что теперь делать. То, что торговцу такой «подарочек» без надобности - тут дурак бы догадался! Лишний балласт.

Но ведь хотел! Если хотел, почему не взял? Равиль бы понял, если б новый господин отымел бы его в свое удовольствие, а потом бы команде отдал, или отымел бы и перепродал.

К великому сожалению, в его случае первый вариант был наиболее вероятен… А вместо этого, хозяин о нем просто забыл.

То есть на самом деле забыл, не замечал даже, в упор не видел.

Ну, хоть не гнал! Равиль старался особо о себе не напоминать, пока не понял, как дальше выкручиваться. Еду - таскал украдкой, из каюты выбирался только, когда совсем прижмет: пусть думают все, что хозяин его на самом деле при себе держит.

Да так держит, что он встать лишний раз не способен! Глядя на франка - верилось без труда.

А иначе, долго б он по палубе проходил в своей прозрачной тряпочке, если б знали, что он вроде как бесхозный? Правильно, зажали бы где-нибудь и пустили по кругу. Моряки, они народ может временами выдержанный - до поры, - а потом, как сорвет крышу - в такие тяжкие пускаются, только дым идет! Когда за борт полутрупом скидывать стали бы, уже поздно было бы что-то придумывать и хитрить.

Только сколько веревочке не виться… Где гарантия, что он все равно этим же не закончит, даже через хозяина? От таких мыслей, все нутро сжималось в судороге: непонятно, толи от усталого страха, толи желудок от голода подводило все сильнее. Юноша с тоской прикидывал, что скоро вся с таким трудом наведенная красота опять сойдет, и никто кроме исскучавшейся хоть по какой-нибудь дырке матросни в его сторону не посмотрит. И хитрить уже будет без толку.

А жить хотелось - отчаянно, страшно, до колотья в груди и темноты в глазах! Может, кто другой на его месте в ноги бы бросился господину и слезами бы их умыл… Может, и бросился бы, и умыл - жалко что ли! Если б точно знал, что это поможет. Иначе, слезы для хозяев лишняя морока, а мороки господа не любят - это Равиль выучил. Слава создателю, хоть это выучил не на своей потрепанной шкурке.

Голос господина снова заставил вздрогнуть от неожиданности: вот как у него так получается - несмотря на немалые габариты, ни шороха не услышишь!

- Держи.

Равиль вскинул голову от колен и едва ли не носом уткнулся в… мясо.

Вырезка. Отборная. Целый ломоть!

Подкопченая, с перчиком и чесноком. Когда он подобное в последний раз видел, нюхал, а не то, что ел - не вспомнить уже!

Мясо вместе с прилагавшимся хлебом исчезло мгновенно. Хотя юноша старался быть максимально утонченным и элегантным, по привычке играя на своего единственного и самого важного зрителя.

- Благодарю, господин, - Равиль изобразил самую очаровательную улыбку, но сбился невольно, торопливо облизнув губы.

- Запей, - коротко посоветовал Грие, дернув ртом.

Глоток вина заставил замереть и забыться…

Вино Равиль пробовал не впервые и даже приучил себя к мерзостному вкусу: просто приходилось иногда и то, старался не проглатывать. Однако такое не пробовал раньше - сладкое, но с легкой кислинкой… Терпкое, густое, ароматное - вкусное!

- Хватит, - мужчина отнял кубок, оценив моментально запылавшие губы и раскрасневшиеся щеки.

Признаться, через пару дней его даже разобрал интерес, сколько парень продержится и что еще выдумает. Отворачивался, уходил, заметив, что мальчишка ест через день - только то, что ухватить успел, да и то так, чтобы было незаметно. А сегодня не выдержал! Таких грехов, как голодом человека уморить - за ним тоже еще не водилось.