Глава 2
Толлеус. На чужбине
Дорога на Широтон
Контраст был потрясающий. Толлеус даже зажмурился, чтобы прогнать наваждение. Повсюду царила нищета. Вернее, не так. Улицы мощеные, дома большие, добротные, в центре маленькой площади даже сделан красивый фонтанчик… Почему же он подумал о нищете? Да потому что Беллус – один из крупнейших городов Оробосской империи. Торговля развивается, ни войн, ни катаклизмов, а освещение на улицах – обычные факелы. Как в какой-нибудь дремучей деревне. Или вот двухэтажный каменный дом, украшенный лепниной. Кусты вокруг аккуратно подстрижены, под крышей блестит начищенная эмблема знатного рода. При этом ни одного, пускай самого примитивного, плетения от воров даже на двери! Что уж говорить про окна.
Это было настолько абсурдно, что никак не укладывалось в голове. Толлеуса, конечно, учили, что лучше всего живется людям в Кордосе, и старик даже верил в это. Но ведь он оказался в великой империи, едва не одержавшей победу в давешней войне! Где их чародеи, куда смотрят?
Искусник помнил войну. Оробосцы сильны. Их чародейство не шутки. Что, кстати говоря, лишний раз подтверждают развалины тюрьмы и комендатуры в Маркине. Как при всем при этом объяснить удобства во дворе у богатого купца или у высокопоставленного вельможи? Бред! Толлеус в недоумении озирался по сторонам, его лоб прорезали глубокие морщины.
За такими размышлениями старик сам не заметил, как выехал из города. Только тут, вдали от людей и домов, кордосец наконец осознал, что он не где-нибудь, а в стране врагов. Непроизвольно вздрогнув, он огляделся.
Справа от дороги пшеничное поле. Легкий ветерок пускает зыбь среди тяжелых колосьев. Слева луг. Утопая в сочной траве, бродят ленивые коровы. В воздухе снуют стрекозы, по своим делам спешат пчелы, порхают бабочки. Над головой ласковое солнце и привычное голубое небо. Обычный сельский пейзаж.
Где же прячутся чародеи? Ни в городе, ни за городом их нет. А ведь тут, на границе, они должны кишеть. В том, что они существуют и где-то рядом, Толлеус не сомневался. Неужели у них неподалеку выстроена цитадель и все они там, в любую минуту готовые к войне? Верилось с трудом. Но все же от этой мысли становилось не по себе.
В полях трудились крестьяне. Навстречу постоянно попадались телеги и фургоны. Несколько раз Толлеуса обгоняли всадники, кони которых неслись так, что искры из-под копыт. Торговый тракт жил своей собственной жизнью, и ему совсем не было дела до одинокого путника.
Однако Толлеус вцепился в посох так, будто в любую секунду ждал нападения.
– За тобой следят! – нашептывал старик сам себе. – Чародеи не любят искусников. Они не потерпят тебя на своей земле.
Солнце уверенно взбиралось все выше и выше по небосклону, а повозка, покачиваясь, все дальше и дальше увозила кордосца в страну чародеев.
Лошади неторопливо тащили повозку по Торговому тракту, ведущему от Беллуса до самого Широтона и еще дальше. Весь день нескончаемой вереницей тянулись купеческие обозы. Возницы явно предвкушали скорую передышку в пограничном городе. От Беллуса до оробосской столицы всего десять дней пути (старик рассчитывал на такой же срок), но многие купцы вели караваны от самого побережья.
К вечеру Толлеус более-менее взял себя в руки. По крайней мере, перестал вздрагивать от каждого резкого звука. Монотонность пути действовала успокаивающе. За целый день не случилось ничего страшного. Да и что могло случиться? Долой мрачные мысли, пора подумать о ночлеге.
Впереди как на заказ показался постоялый двор. Судя по количеству стойл, здесь делали остановку все купцы Торгового тракта. Кордосскому големщику подойдет. Старик дернул поводья, поворачивая уставших лошадей. Подъехал к конюшне и, кряхтя, спустился с повозки. Как из-под земли выскочил патлатый конюх. Толлеус бросил ему монетку, распорядившись насчет животных. Может быть, где-то вдали от торговых путей кордосские монеты не ценились, но здесь они шли наравне с местными.
Усевшись за грубо сколоченный, но зато накрытый скатертью стол, искусник с интересом огляделся. Большой зал. Народу много, в основном купцы. Между столами сноровисто снуют миловидные служанки в коротюсеньких, едва ниже колен, юбках. В этот момент одна как раз подскочила к старику, приветливо улыбаясь. Толлеус с неодобрением покосился на ее голые ноги, но читать нравоучения не стал.
Сегодня он планировал испытать свое недавнее изобретение, железные челюсти, в Кордосе до отъезда не успел. Но сейчас, оглядевшись еще раз, решил повременить. Все-таки кругом одни оробосцы. Нехорошо получится, если поделка не заработает как надо. Лучше он закажет кусок мяса завтра с утра и поэкспериментирует в пути без лишних свидетелей. А сегодня – похлебка и лепешка с медом.
После трапезы к Толлеусу подошел сам хозяин – бородатый здоровяк в засаленном фартуке. Стал приставать с расспросами о големе. Искусник отвечал демонстративно неохотно, но отвязаться не было никакой возможности. Правда, из разговора старик узнал, что дальше Торговый тракт уходит немного в сторону, заворачивая к реке. А ему, не обремененному обозом с товарами, было бы удобнее ехать через город Олитон, где можно заночевать. Такой маршрут позволит сэкономить почти целый день.
Об объездных путях у Толлеуса остались самые неприятные воспоминания. Недели не прошло, как он едва не расстался с жизнью, выбрав короткий маршрут через болота. Но трактирщик заверил, что дорога там хорошая, хоть и нелюдная. Никаких топей и прочих напастей и в помине нет. Что ж, идея заманчивая.
Глава 3
Толлеус. Теплая встреча
Дорога на Олитон
В кустах весело щебетали птицы, в мешке стыл жареный окорок. Настроение соответствовало. Все ближе с каждым часом момент истины. Бывший настройщик был уверен: если где и удастся найти что-нибудь, что поможет ему в борьбе со старухой-смертью, то только в чародейской столице. Очень хотелось, чтобы поездка оказалась ненапрасной.
Дорога, насколько хватало глаз, пустовала. Купцы, выехавшие поутру с очередного постоялого двора в Беллус, будут здесь вечером, потому что никто не гоняет караваны по ночам. Тех же, кто, подобно Толлеусу, двигался в обратную от границы сторону, искусник обогнал, встав затемно. Увы, но о здоровом крепком сне в его возрасте приходилось лишь мечтать.
Впереди показался какой-то всадник, который быстро приближался. Одетый во все черное несмотря на жару, он не очень гармонировал с радостным настроем старика. Когда всадник подъехал ближе, по ауре искусник сразу же признал чародея. Придержав коня, оробосец проводил Толлеуса долгим немигающим взглядом.
