Широко было распространено рабовладение, особенно среди знати. Однако и рядовые каффичо имели по два-три раба. По мнению Ф. Бибера, до половины всего населения Каффы составляли рабы, которые наряду со свободными земледельцами были основными производителями. Рабы и их дети считались членами семьи, жили на земле хозяина и могли даже вести собственное хозяйство с его разрешения. Это типичные формы примитивного, патриархального рабства, характерные для большинства древневосточных рабовладельческих деспотий. Нет никакого сомнения в том, что более основательное изучение отношений, бытовавших в Каффе, поможет лучше понять многое из того, что до сих пор остается для нас неясным в социально-экономических отношениях древнего Египта, Напаты или Мероэ.
Правители и царьки покоренных царем Каффы племен и народностей считались его вассалами и выплачивали определенную дань. Здесь — конечно, не без влияния Эфиопии — складывались в самом примитивном виде и феодальные отношения.
Стремясь закрепить существующие порядки, господствующая прослойка во главе с царем всеми силами противодействовала проникновению чужеземных влияний. Только торговцы могли находиться в специально предназначенном для этого приграничном городе Бонга, и то лишь с разрешения царя.
Поэтому нет ничего удивительного в том, что первые более или менее определенные сведения об этой стране достигли Европы только в XVII веке. По существу это было только название страны «Cafa». О ней писал португалец Бальтазар Теллсз в изданной в 1660 г. истории Эфиопии. Он использовал сообщения португальского иезуита миссионера патера Антонио Фернандеша, который в 1613 г. побывал в соседних с Каффой странах, не дойдя, однако, до ее границ. Затем о ней забыли. Молчание длилось сто тридцать лет. В самом конце XVIII века известный английский путешественник Джемс Брюс, открывший область истоков Голубого Нила, называет Каффу в описании своих странствий и сообщает о ней некоторые подробности.
Положение меняется в середине XIX века, когда местоположение Каффы с большей или меньшей степенью точности обозначается на картах. Француз Т. Лефевр, много лет проведший в Эфиопии, пытается подвести итог всему, правда, очень немногому, что стало к тому времени известно о Каффе преимущественно из расспросов побывавших там эфиопов.
Наконец, в 1843 г. Антуан д'Аббади, известный французский исследователь Эфиопии, двенадцать лет путешествовавший по этой стране и сделавший очень многое для познания ее, переступил заветные границы Каффы. Его пребывание в Каффе длилось всего 11 дней, и далее Бонги проникнуть ему не удалось. Но и за этот более чем краткий срок он сделал ценные геодезические наблюдения. Кроме того, немало сведений о Каффе д'Аббади собрал во время своих длительных странствий по Эфиопии.
Почти два года (с октября 1859 по август 1861 г.) прожил в Бонге монах ордена капуцинов, впоследствии кардинал Лоренцо Массаи, глава католической миссионерской миссии. Однако чрезмерное рвение по обращению в «истинную веру» местных жителей заставило правившего тогда царя Кайе Шерочо попросить Массаи оставить пределы страны значительно раньше, чем последний рассчитывал. Двенадцать томов написал впоследствии, будучи уже в Риме, кардинал Массаи о пребывании в Эфиопии. Из них один целиком посвящен Каффе, ее жителям, их обычаям и нравам. Эти записи, хотя и сделанные по памяти (дневники Массаи пропали), имеют значительную ценность, так как относятся к тем годам, когда Каффа была еще независимым, самостоятельным государством.
Не одна попытка проникнуть в запретную страну была предпринята во второй половине минувшего века. Особенное рвение проявляли итальянцы. И в этом нет ничего удивительного. «Обделенный» более сильными соперниками при разделе колоний в Африке, итальянский капитал стремился урвать все, что было возможно. Эфиопия и прилегающие к ней страны представлялись наиболее лакомым и доступным куском, и под видом «научных экспедиций» в них велась усиленная разведка. Однако только нескольким европейцам довелось побывать в Каффе, да и то недолго.
Капитан Антонио Чекки и доктор Кьярини после утомительного, полного опасных приключений путешествия достигли лежащей к северу от Каффы области Гера. Здесь их задержали, С трудом, сочетая хитрость с силою, удалось им освободиться, и в течение недели в июне 1879 г. они прошли по северным районам страны, минуя Бонгу, и проникли в область Каро, что находится северо-западнее Каффы. Не выдержав трудностей пути, доктор Кьярини скончался в октябре того же года. Что касается А. Чекки, то он издал подробный отчет о путешествии, где привел довольно точное описание Каффы и ее жителей. Отчет содержал также словарь и грамматику языка каффичо.
Последним из немногих европейцев, которым довелось побывать в запретной стране в последние годы перед утратой ею независимости, был француз Пьер Солейе. Но и его пребывание в Каффе длилось всего десять дней (с 12 по 23 декабря 1883 г.), после чего он вынужден был покинуть страну, также ознакомившись только с ее северной окраиной. Все же П. Солейе посчастливилось увидеть то, чего после него уже никто не видел, — Каффу во всем ее древнем великолепии. Свои впечатления и наблюдения он опубликовал сначала в журнале географического общества Руана, а потом выпустил отдельной книгой, ныне чрезвычайно редкой.
Наконец, известный итальянский путешественник Витторио Боттего, исследовавший течение реки Омо и установивший, что она не является притоком Нила, как ошибочно считали в то время, прошел в июле 1896 г. по ее течению вдоль гор области Каффы Читта. Таким образом, в самой Каффе он не был, хотя кое-какие сведения о ней и приводит.
Итак, до конца XIX века в Каффу посчастливилось проникнуть лишь пятерым европейцам: трем итальянцам и двум французам. Только одному, Л. Массаи, удалось задержаться там более двух недель, но никто из них не попал в глубь страны. Им довелось ознакомиться только с ее окраинами, преимущественно северными.
Казалось, что Каффа еще надолго сохранит свои тайны от любопытных глаз европейцев. Но грозные и неотвратимые события положили конец многовековой замкнутости Каффы и раскрыли некоторые ее загадки.
В 1895 г. Италия, забыв о свободолюбии народов Эфиопии и не рассчитав собственных сил и возможностей, без предупреждения начала военные действия, стремясь превратить Эфиопию в колонию и осуществить, таким образом, давно лелеемые замыслы. Все население страны поднялось на народно-освободительную войну. Захватчики, несмотря на огромное преимущество в вооружении и технике, терпели одно поражение за другим. После полного разгрома при Аду а в мае 1896 г. итальянцы вынуждены были отказаться от своих планов и заключить мир с Эфиопией. Победителям достались огромные трофеи, в первую очередь современное оружие.
