непонятные мужчины, искали Смирнова, отца Ланы, угрожали непонятным долгом.
И намекнули, чтобы подруга не смела никуда уезжать. Идиоты, будто не знали, что именно так и сделают все адекватные люди. Кто захочет попасть под раздачу бандитов из-за долгов отца?
Непонятно, что они ещё сделают и как именно заставят отрабатывать долг.
– Ещё раз, сколько он должен? – переспрашиваю, надеясь на другой ответ.
– Сто тысяч, они так сказали.
И не рублей. Потому что за такую бы сумму никто не стал присылать головорезов и угрожать расправой. Слишком мелко.
А Смирнов, конечно же, любил играть по-максимуму.
– Расписку не показывали, доказательств никаких?
– Нет.
– Разберёмся.
Я не знаю, как разбираться, но Лану успокоить нужно. Это ведь просто переговоры, я умела их вести. Всё тот же отец подруги постарался. Но я не знаю, как нужно говорить с преступниками, братками – как их теперь называют?
– Я чувствую себя ужасно, когда позволяю тебе идти на это. Ненавижу себя за то, что позволяю. И ненавижу за то, что где-то на затворках сознания я рада, что это не я. Прости, Мин, прости меня. Прости, - подруга снова начинает частить и помогает уложить волосы.
– Так, Лана, стоп.
Я хватаю её ладони и сжимаю в своих. Чуть встряхиваю, заставляя девушку посмотреть на меня. Она прикрывает карие глаза, не выдерживая. Делает вдох, и вся дрожит.
– А теперь послушай меня. Лучше пойти мне договариваться, как незаинтересованному лицу. То есть, тебя он может не отпустить обратно, пока не появится отец. А я ему ни к чему. Просто выступлю в качестве адвоката. Ты беременна, Лан. И один Дьявол знает, что с тобой произойдёт по распоряжению Эрика. Я не прощу себе, если с тобой или ребёнком что-то случится. Я всё решила.
Отрезаю, как когда-то в детстве. Лана постоянно мешалась, тогда пять лет казались пропастью. И всё равно же брала с собой на все прогулки, потому что мелкую нужно было защищать. Подруга из тех, у кого в детстве забирают игрушки и дёргают за косички.
А я из тех девочек, после которых Лану больше никто не обижал.
И вошло в привычку защищать её. Ну, она же младшая, наивная. Теперь – беременная.
– Поняла?
– Поняла, - она порывисто обнимает меня, утыкаясь подбородком в плечо и всхлипывает. Напускаю уверенности, изо всех сил стараюсь сделать вид, что это для меня пустяки. – Но это несправедливо. Это отец брал долг, а разгребаешь ты.
– Ну, жизнь несправедлива. Но уверена, что Мафиоцци войдёт в положение.
Лана запомнила имя, кому должен Смирнов. И пробить его не составило труда – он часто светился в светской хронике.
Он был опасным – это было понятно даже по взгляду сквозь экран. Держался уверенно, самодовольно, будто король мира. Один мой знакомый, айтишник и любитель гугла, помог накопать информацию и велел не связываться.
Эрика называли Дьяволом не за красоту и не обаяние, а за характер и стиль решать дела. Если за дело брался Дьявол, то все остальные скоро рисковали отправиться в ад. Буквально.
Прощаюсь с подругой, вызывая себе такси. Во мне три стакана алкоголя для смелости, так что за руль мне не сесть. Не уверена, что смогла бы вообще вести машину с тем, как меня трясёт.
Потому что я лгу Лане, а ещё самой себе. Не войдёт Мафиоцци ни в какое положение. Слишком говорящая у него фамилия. И договориться не получится, потому что у меня нет таких денег. Даже если заложить салон, воспользоваться всеми деньгами Ланы – там получится с трудом на треть долга.
Но у меня есть то, что может заинтересовать мужчину. По крайне мере, так сказал всё тот же айтишник. Который умел копаться в чужом грязном белье. Ничего криминального, чем можно было пригрозить, но один факт, который решил всё.
Эрик Мафиоцци любил невинных девушек, у всех свой фетиш.
А я была достаточно занята работой, чтобы ни с кем не встречаться и сохранить свою девственность.
Поэтому я сейчас стою перед клубом, поправляя жутко короткое платье. И надеюсь, что смогу договориться. Продать себя вместо Ланы. За что угодно – долг, его часть, просто отсрочку платежа.
В идеале, не превращая своё тело в живой товар.
Делаю вдох, направляясь к железным дверям.
Всё ведь получится, так? Одна ночь, о которой я никому не расскажу, которая просто сотрется из памяти. Так правильно, единственное, что я могу сделать сейчас – попытаться.
А ещё в глубине души сидит навязчивая идея. Что сейчас мужчина рассмеётся мне в лицо, выставит вон. Никакой сделки, со всем придётся разбираться именно Лане и её отцу.
Я плохая подруга, наверное. Но я люблю себя. Просто чуточку меньше, чем Лану.
И это, ведь, решает всё.
Глава 2. Эрик
– Что значит, вы не можете найти дочь Смирнова?
Я крепче сжал стакан с виски. Проглотил желание швырнуть его в пацанов, стоящих передо мной. Дал чёткое задание – пасти девчонку неделю и следить, чтобы не пропала. И потеряли её в каком-то салоне. Дегенераты.
– Завтра мне требовать со Смирнова долг. И как думаете, какова вероятность, что он вернёт без угрозы девчонке? Нулевая! – я всё-таки швыряю бокал, заставляя всех пригнуться. Натренировал. – Мне поебать как, но завтра она должна быть тут. Или долг я буду требовать с вас.
Трое охранников кивают и бросают взгляд на дверь. Хотят поскорее сбежать от меня и гнева, но не шелохнулись даже. Терпеливо ждут, пока я успокоюсь и отпущу. Я выдыхаю, стараясь не сорваться ещё раз. Наливаю себе ещё виски и делаю жадный глоток.
Смирнов был мне должен колоссальную сумму. Я такие никогда не одалживал, но он давний партнёр. Всегда возвращал, всегда в срок. Без сбоев и осечек, понимая, что его ждёт за невыполнение договора. А в этот раз не
