никто из нас не вспомнит, никогда. Когда я вернусь – мы ни словом, ни звуком, ни взглядом не сделаем вид, что что-то произошло.
Лана послушно кивает и подбадривающе улыбается. Алкоголь делает своё дело и сдавливающий страх в груди чуть отступает. Я смотрюсь уверенней и спокойней. Я знаю, что я симпатичная и желанная. Многие мужчины в открытую выражали свою симпатию.
Знаю, что несмотря на всю «пацанскую» душу у меня женственная фигура и красивая грудь. Я знаю это, просто совершенно не умею пользоваться всем этим. А с Мафиоцци придётся учиться быстро и доказывать, что я того стою.
Мне было бы противно от самой себя, как легко я рассуждаю о продажном сексе с незнакомым мужчиной. Было бы, но море успокоительного и вино убрали всё это.
А меня всё равно колотит. Кошусь на потухший экран мобильного, ожидая звонка. И бью себя по рукам, чтобы ничего не отменить.
Нет.
Нет.
Я не смогу. У меня всё тело прощается в ком от мысли, что сегодня будет. На кровати, он и я, и он будет касаться меня и…
Нет.
Поиграла в благородство и хватит.
Сейчас я позвоню Саре и всё отменю. Никакой сделки, никакого долга. Потому что кажется, что это разрушит меня полностью. Я и так держусь с последних сил, но стоит увидеть Мафиоцци, как всё рухнет окончательно.
Тянусь к мобильнику, когда он вибрирует в руке.
«Внизу через десять минут».
Пути назад нет.
Или есть?
Я ведь не вышла, квартиру не знают. Да Мафиоцци даже имя моё не знает, не найдёт. Я могу отключить телефон, спрятаться в своей спальне и всё будет хорошо.
Никакой сделки.
Сделка будет.
Две противоречивые мысли бьются в голове, разрывают на куски. Выходить или нет? Зачем я вообще в это мешаюсь, если во всём виноват исключительно Смирной?
Ради Ланы.
Это всё ради Ланы. Я переживу одну ночь с одним мужчиной. Всего один раз. А ей бы пришлось терпеть намного дольше. Те способы, которым бы Эрик шантажировал отца подруги.
Самосохранение важная штука, но тут лучше я, чем она.
– Может, всё-таки, пойдёшь в своём?
Может Лана была права. Я могла бы ослушаться и надеть любимые джинсы с кофтой. Но Эрик, как я поняла со слов его помощницы, был эстетом. И вряд ли хотел себе пацанку в постель. Поэтому идея подруги подойдёт. Ну не станет же он меня к друзьям вести или в клуб. Да даже если в клуб, то вряд ли мужчина станет тратить время на светские беседы.
Я выгоняю Лану на кухню и начинаю собираться. Макияж и укладка давно готовы благодаря подруге. Мне же нужно было разобраться с хитросплетениями нижнего белья, которое сегодня доставили курьером.
Это было похоже на какой-то веревочный ад. Если с кружевными трусиками на двух лентах было всё просто, то с лифчиком было сложнее. Он был без чашек, такой же кружевной и мягкий. Грудь идеально поместилась, но я посильнее подтянула шлейки, чтобы смотреться красивей.
И ради кого? Ради Эрика, который просто трахнет и забудет. Подтянула портупеи, которые начинались возле шеи, обхватывая двумя тугими полосками, шли через грудь и живёт, образуя своеобразную паутину, и заканчивались на ногах, такими же двумя лентами обхватывая ляжки. Подцепила к ним чулки специальным зажимом, чтобы не сползали. И посмотрела на себя в зеркало.
На меня смотрела перепуганная девчонка с подрагивающими губами. Не смотря на всю спокойность, показную и самовнушенную, меня конкретно потряхивало. Я не знаю, чего от него ждать, насколько жестоким он будет, насколько всё быстро закончится.
От заката до рассвета.
Пожалуйста, Боже, я не просила тебя ни о чём с семи лет, когда ты разрушил мою семью. И вот опять прошу. Пожалуйста, пускай всё закончится быстро и безболезненно. Пускай он меня отпустит, и я смогу забыть обо всём, что произошло.
Делаю глубокий вдох и несколько глотков вина. Алкоголь обжигает и пьянит. Ни разу столько не пила, ограничиваясь парой глотков на праздники. А сейчас хочу напиться вдребезги, чтобы забыться. Но нельзя. Любое отклонение и недовольство мужчины и всё потеряно. Мне нужно смириться и постараться. После буду жалеть себя.
Когда проходят мучительные десять минут, я накидываю бежевый плащ Ланы, который лишь немного прикрывает начало чулка. Проверяю макияж и выскакиваю на лестничную площадку.
Меня трясёт и сердце внутри колотиться от незнания, невозможности предугадать. Я перескакиваю ступеньки, спускаясь вниз. Просто вдохнуть и представить себя героиней какого-то фильма. Обязательно со счастливым концом и коктейлями с зонтиками.
Входная дверь пищит, сообщая об открытии, и я выскальзываю на улицу. Не смотря на начало апреля уже тепло, но при этом в плаще не жарко. Начинает понемногу темнеть, но нужную машину я замечаю сразу.
Ярко-желтое пятно посреди серого двора. Спортивный лексус кажется совсем неуместным возле остальных машин, старых и поддержанных, тех, что могли позволить себе люди на окраине городе в старых пятиэтажках. Мне редко удавалось увидеть такие машины, ещё реже – покататься на них. Поэтому я жадно любуюсь каждой деталью – дисками, блатными номерами, шикарными узкими фарами, словно молнии. Эта машина, даже в базовой комплектации, стоила намного больше долга.
– Потерялась, красавица?
Только сейчас перевожу взгляд на мужчину. Эрик облокотился на капот и во всю рассматривал меня, не скрываясь. Да и не зачем ему было скрываться, он же заплатил за меня, выкупил на эту ночь.
Я не ожидала, что он лично приедет за мной. В переписке говорилось о водителе и машине. Меня бьёт дрожью от резкой смены происходящего. Я рассчитывала на несколько минут спокойствия. Возможность собраться и подготовиться чуть лучше, оттянуть момент встречи с этим мужчиной. Но он разрушил все мои планы.
Я смотрю на него в ответ, скользя по подкачанной фигуре. На нём обычная футболка и кожанка. Бесовская улыбка на губах и очки, скрывающие карие глаза.
Точно Дьявол.
Я хорошо запомнила его глаза в тот день в клубе, когда он
