войска Аэция
(bucellarii), возмущенные убийством популярного полководца (Sid. Apoll. Carm. V, 306–308). И второе событие. После убийства самого Валентиниана неожиданно ставшая вдовой императрица Евдоксия попыталась посадить на трон именно Майориана (FHG IV. Ioh.Ant. Fr. 201,6)[14]. Оба эти факта ясно свидетельствуют, что Майориан (может быть, из-за своих побед) был довольно популярен в военной среде, по крайней мере, в части ее, а с другой стороны, был хорошо известен в придворных кругах. Императорский двор никогда не был спокойным местом, тем более при довольно безвольном Валентиниане[15]. Хотя Аэций и имел безграничное влияние на императора, его фактическая власть не могла не вызвать сопротивления других придворных группировок. Поэтому совсем не исключено, что и сама Евдоксия была недовольна чрезмерным, с ее точки зрения, влиянием Аэция[16]. И сравнительно молодой
(iuvenis) и в то же время довольно популярный в военных кругах Майориан мог стать той фигурой, которую императрица пыталась противопоставить всемогущему патрицию[17]. И Аэций принял меры[18]. Видимо, о поводе отставки Майориана мы никогда не узнаем, но сама его отставка явно была результатом каких-то придворных интриг и стремления Аэция защититься от потенциальной угрозы его положению. Позже, став уже императором, Майориан в своем первом же законе упоминал, что, будучи еще частным человеком, он осуждал доносчиков (Nov. 1). В этих словах можно видеть намек на обстоятельства, связанные с его отставкой.
Время этого события точно неизвестно, можно только уверенно говорить, что произошло оно до 451 г., т. к. в битве на Каталаунских полях Майориан не участвовал[19]. Все же, судя по некоторым косвенным данным, это произошло около 450 г. Приблизительно в это время происходят изменения в политике Валентиниана в отношении вандалов, и тогда могла возникнуть идея брака молодого офицера с младшей дочерью императора, чтобы уменьшить влияние Аэция на имперскую политику[20]. Эта цель не могла стать тайной для Аэция. Хотя сам Гауденций в это время был слишком молод (он родился около 440 г.), сам план его брака с дочерью императора уже вполне мог возникнуть, и попытка или самого Валентиниана, или Евдоксии помешать ему вызвала соответствующую реакцию.
Если это так, то Майориан провел в своей «деревне» четыре-пять лет. После убийства Аэция он был сразу же призван ко двору и возглавил придворные войска. «Галльская хроника» (а. 456) уточняет его ранг — comes domesticorum. Понятие domestici было в это время довольно широким, обозначая лиц высокого ранга, входивших в ближайшее окружение либо самого императора, либо высших чиновников и полководцев[21]. Доместики являлись также личной стражей в императорском дворце[22]. Именно этих доместиков и возглавил Майориан, дабы сгладить негативные последствия убийства столь популярного в армии полководца, как Аэций. По-видимому, речь шла о привлечении на сторону императора личного войска Аэция, его буцелляриев[23]. Однако выполнить эту задачу Майориан не смог.
Командующий войсками в Далмации Марцеллин, являвшийся другом Аэция, был готов вторгнуться в Италию, чтобы отомстить за гибель Аэция, и лишь с помощью восточного императора Маркиана, который направил к Марцеллину своего специального посла Филарха, удалось убедить того не начинать гражданскую войну (FHGIV. Prisc. Fr. 30). Знатный сенатор Петроний Максим использовал ненависть буцелляриев Аэция, чтобы организовать заговор против императора. И два бывших воина Аэция Оптила и Траустила (судя по именам, германцы) 16 марта 455 г. убили Валентиниана и преподнесли диадему Петронию Максиму[24].
Хотя убийцы Валентиниана преподнесли диадему Петронию Максиму, дело еще было далеко не решено. В самой армии возникли, по-видимому, разногласия, не сказал еще своего слова и сенат.
Авторитет сената был в то время еще относительно высок, и в случае разногласий в войсках его слово могло стать решающим. Наряду с Петронием Максимом возникла кандидатура некоего Максимиана, сына египетского дельца Домнина, входившего в близкое окружение Аэция (FHG IV. Ioh. Ant. Fr. 201,6). Императрица же Евдоксия, как говорилось выше, выдвинула кандидатуру Майориана. В конечном итоге дело решили деньги Петрония Максима, который и был на следующий день признан императором. В скором времени новый император заставил Евдоксию выйти за него замуж, а своего сына Палладия, провозглашенного цезарем, он женил на ее старшей дочери Евдокии. Это было сделано неслучайно. Хотя сам Петроний Максим принадлежал к высшей римской сенаторской аристократии и ранее занимал ряд видных постов, будучи в том числе дважды консулом и префектом Города[25], для полной легализации своей власти и принятия его фигуры и общественным мнением, и восточным правительством ему было нужно войти в фамилию, ведущую свое происхождение от Феодосия I. То же самое сделал четырьмя годами раньше Маркиан. Ставший после смерти Феодосия II императором фактически по воле влиятельного генерала варварского происхождения Аспара, он тотчас женился на сестре Феодосия Пульхерии, продолжив формально Феодосиевскую династию[26].
Если, как упоминалось выше, распространенная ранее теория о борьбе в позднеримском обществе римской и варварской «партий» едва ли действенна, то борьба военной и гражданской группировок и в Западной, и в Восточной империях была реальностью. Петроний Максим за всю свою карьеру ни разу не занимал никакого военного поста, так что его возвышение можно рассматривать как явную победу гражданской группировки. Однако это было и его слабостью, поскольку никакой опоры в войсках он не имел. Стремясь преодолеть это препятствие, он предпринял ряд мер. Он назначил магистром обеих армий (вероятно, praesentalis) соратника Аэция Эпархия Авита (Sid. Apoll. Carm.VII, 377–378)[27]. Почти сразу Максим послал Авита в Толозу к вестготскому королю Теодориху II, дабы заручиться его поддержкой.
Выбор Авита, как и поручение ему важной миссии при вестготском дворе, был неслучаен. Авит был видным представителем именно галльской знати, свою карьеру он проделал в Галлии и был дружески связан с вестготскими королями, в том числе с Теодорихом II[28]. Новый император явно стремился получить поддержку и галльской аристократии, и вестготов. В самой Италии он не начал ставить во главе армии своих ставленников; вероятно, у него их и не было. Хотя Майориан и был его потенциальным соперником во время мартовского переворота, Петроний Максим оставил его в прежней должности. Однако все эти меры Максиму не помогли. То ли по призыву ненавидящей своего нового мужа Евдоксии, то ли видя рухнувшими свои планы из-за женитьбы Евдокии на Палладии вместо помолвленного с нею Гунериха, то ли просто использовав возникшую нестабильность, вандальский король Гейзерих высадился со своей армией в Италии, взял Рим и подверг его ужасающему разгрому. Петроний Максим и его сын были убиты, а Евдоксия со своими дочерьми увезена в
