Молодец, Катька, выкрутилась.
Я не привыкла жаловаться на свои проблемы людям. А если я скажу это своей подруге, то она мигом захочет накормить меня до отвала, тратя при этом деньги своего парня. На это я точно не могу пойти.
Заморив червячка, ползу к нужной аудитории, но мне говорят, что пару перенесли, соответственно зачета сегодня не будет. Ну, тем лучше. Выйду на работу пораньше, это у нас поощряют.
Однако не успеваю я спуститься вниз, как слышу, что меня окликивают.
Поворачиваюсь и замечаю, что ко мне направляется практически вся группа.
‒ Кать, тут у куратора нашего скоро днюха, скидываемся по двести рублей. Только нужно сейчас, потому что мы через час уже поедем за подарком, ‒ говорит староста.
Неловко.
‒ Ой, а у меня сейчас нет, ‒ тихо говорю я, жалея, что у меня нет шапки-невидимки.
Большая часть молодых людей смотрит на меня с усмешкой и даже слегка уничижительно. На их лицах буквально написаны слова «Фу, лошара не может дать сраные две сотки».
‒ Могла бы сказать, что просто зажала. Но некрасиво отрываться от коллектива, одна ты осталась. То есть из-за тебя, наш куратор не получит тот подарок, который мы хотели ей подарить, ‒ встревает Лиза. ‒ Хорошо, мы Виктории Андреевне так и скажем, что ты жлоб и лохушка.
От сказанных слов почему-то захотелось плакать. В глазах уже начинает больно щипать, мои щеки мгновенно вспыхивают и мне хочется провалиться сквозь землю. Почему никому в голову не может прийти, что у меня действительно нет? Если повезет, то только вечером у меня будет хоть какое‒то наличие денег. Но это вечером, после смены.
У меня нет богатых родителей, мы с мамой вдвоем ухаживаем за больной бабушкой, и все деньги уходят на ее лечение. Отца я уже и не помню, он ушел от нас, когда я была совсем маленькой. Большинству здесь собравшихся просто не понять, каково это, когда ты экономишь даже на еде, потому что маминой маленькой зарплаты еле хватает на оплату коммуналки. Стыдно и неловко. Меня здесь нет.
‒ Катька, вот ты где! ‒ ко мне подбегает Денис Смирнов, местный богатый парень и просто красавчик. Удивительно, что он вообще знает моё имя. ‒ Я тебя по всему универу ищу, я у тебя вчера занимал, вот сегодня отдаю.
И протягивает мне две несчастные купюры по сто рублей. Почему он решил мне помочь?
‒ Дэнчик, как тебя угораздило? Занять? У нее? ‒ ржет подруга Лизы ‒ Виктория, тыкая на меня пальцем, всем своим видом говоря, что это, откровенный зашквар.
‒ Совершенно нелепая и неловкая в ситуация, карту свою забыл дома, телефон, как назло, разрядился, а я уже стою на кассе и сзади очередь собралась. А тут Катя сзади стоит и протягивает деньги.
Парень говорит это абсолютно спокойно, а на его лице не дрогнул ни один мускул от такого вранья. У меня бы уже нос вытянулся, как у Пиноккио. Наверное, все дело в том, что я не умею так искусно лгать. Господи, я сама чуть не поверила, что так и было.
Староста мигом выхватывает деньги из моих руки и отчаливает со своей свитой. Дэн тоже не стал задерживаться и уже собрался уходить, когда я осознаю, что должна хоть что-то сказать.
‒ Денис, подожди! ‒ должно быть, я сказала это слишком громко, потому что Смирнов обернулся и даже удивленно посмотрел на меня.
‒ Чего тебе?
‒ Спасибо, я тебе вечером всё верну, мне как раз за выход должны сегодня заплатить. Но почему ты решил мне помочь?
У парня скучающий вид и сразу понятно, что он не заинтересован в этом разговоре. Как будто двести рублей для него не деньги. Ах, ну да, это же так и есть.
‒ Учитывая тот факт, что тебе сегодня не хватило на салат, я склоняюсь к тому варианту, что ты потратила последние деньги на сосиски для собаки. Я тебя вчера видел в магазине, ты в меня врезалась, ‒ устало говорит Денис.
Замечательно. Теперь я опозорена хуже некуда.
Парень просто разворачивается и был таков. Честно, я не успела даже и слова сказать. Но это и к лучшему. Понятия не имею, что вообще нужно отвечать в таких ситуациях. Меня унизили дважды. Смирнов, наверняка, сделал это специально, чтобы показать, что он богатый, а все остальные здесь ничтожества. Конечно, в двадцать лет иметь собственный автосалон ‒ это мечта любого парня и любой девушки. Каждая захочет, чтобы у нее был такой спонсор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Теперь я просто обязана вернуть ему деньги. Я должна показать, что не нуждаюсь в подачках. А если и покормила бездомное животное на последние деньги, то это только мои проблемы.
Глава 3
Прихожу на смену раньше на час, но наш администратор Ольга уже готова прыгать от счастья.
‒ Лаврова, быстрей переодевайся, народу выше крыши, а рук не хватает! Давай, шевели ластами.
За считанные минуты напяливаю на себя форму и уже бегу к первому столику, чтобы принять заказ. Но увидев людей, что сидят за этим столиком, я вновь хочу низвергнуться до глубины Тартара.
Денис со своими друзьями. Рядом с ним сидит привлекательная особа, и на мгновение, я желаю оказаться на ее месте. Просто, чтобы понять: каково это сидеть рядом с таким человеком.
‒ Добрый день, меня зовут Екатерина и сегодня я буду вас обслуживать. Готовы заказать сразу, или мне подойти позже? ‒ говорю заученную наизусть фразу, всеми силами удерживая на своем лице вежливую улыбку.
Смирнов смотрит на меня и говорит:
‒ Да, нам бутылку лучшего красного вина, сырную тарелку и салат «Греческий». На этом пока всё, если что-то будет нужно, то мы позовем.
Опять этот тон. Этот взгляд. Да, он король университета, но не мира. Почему он не может общаться со всеми просто и без всякого пафоса?
Быстро записав этот заказ, я уже бегу к следующим столикам и практически разрываюсь. Ольга не преувеличивала, когда говорила, что рук не хватает.
Заказ первого столика готовится практически моментально и теперь я вынуждена вновь лицезреть эти наглые ухмылки и презрительные взгляды.
‒ Что это за хрень? Я просила «Витаминный» салат, а ты что принесла, недалекое существо? И позовите менеджера, ‒ девица, что сидела рядом с Дэном, начинает верещать, а я прикидываю в голове, что из моей сегодняшней получки вычтут стоимость несчастного салата.
Кажется, я сейчас начну реветь. Больно и обидно. Я не глухая и всё правильно записала. Просто за что люди так поступают?
‒ Простите, я сейчас всё принесу, и администратор скоро подойдет, ‒ осторожно говорю это и хочу уже забрать тарелку со стола, но Денис не дает этого сделать.
‒ Спокойно, никакого администратора не нужно звать, ‒ говорит он мне, а затем обращается к своей спутнице: ‒ Свет, хватит разыгрывать комедию. Ешь то, что принесли. Это я ей сказал принести «греческий», если ты не помнишь. Еще вопросы?
Светлана мотает головой и делает большой глоток вина.
‒ Катерина, будьте добры, принесите еще три стейка, ‒ просит Смирнов, на что я просто киваю.
Быстро удаляюсь из их поля зрения, как бы не передумали насчет администратора.
Ладно, на первый раз пронесло, но больше такой оплошности нельзя допускать. Я должна была прочитать им заказ.
Ненавижу людей. А ближе к четырнадцатому, они вообще с ума сходят. Носятся со всякими игрушками, в магазинах практически не остается сладкого, потому что сметают полки подчистую.
Кажется, что целых четыре дня впереди, но нет же. Некоторые становятся настолько бешеными, будто до этого праздника двадцать минут.
Оставшиеся столики я обслуживаю довольно быстро и уже накопила пару сотен чаевых. Этого мне хватит и пообедать в столовой, и долг вернуть Дэну. Уже неплохо. Про какие-то обновки я могу пока что забыть. Скоро будет легче. Иначе быть не может.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда же компания Смирнова собирается уходить, мгновенно подлетаю к ним, чтобы вручить счет. Надеюсь, они заплатят?
Все уходят и остается только Денис, засовывая в книжечку гораздо больше денег, чем нужно.
‒ Извини, но тут много, ‒ как честный человек, я просто обязана была это сказать.
‒ Это чаевые, ‒ пожимает плечами парень.
