Термоядерный ракетный двигатель разгонял звездолёт в начале пути, затем подключились прямоточные реактивные двигатели, а вторую половину пути звездолёт замедляли электроракетные плазменные двигатели.
Тем временем в командном отсеке на большом экране появилось изображение планеты HD85390f. В середине белое пятно полярной шапки (плоскость орбиты почти перпендикулярна движению звездолёта). Планета радиусом в два раза больше Земли и имеет луну размером с Марс. Есть океаны и моря. На поверхности достаточно много растительности. Звезда HD85390 — оранжевый карлик в созвездии Паруса на расстоянии 111 световых лет от Солнца и 27990 световых лет от центра галактики. В 2019-м году решением IAU[1] звезде было присвоено имя Наташа. Название было выбрано Замбией в рамках кампании NameExoWorlds, посвященной 100-летию IAU. "Наташа" означает "спасибо" на многих языках Замбии. Звёздная система была изучена телескопом имени Джеймса Уэбба в 30-х годах двадцать первого века и выяснилось, что она имеет целых три потенциально обитаемых мира. Рай для космических колонистов. Но придётся отправится на 111 световых лет через пространство и 1295 лет вперёд через время, принимая риск никогда не ожить, не говоря уже о множестве других опасностях. Звездолёт преодолел этот путь со средней скоростью девять процентов от скорости света, а максимальная скорость достигла чуть меньше десяти процентов. Сейчас он двигался, постепенно замедляясь, но всё равно слишком быстро.
— Плановое увеличение тяги, пожалуйста, держитесь за поручни — предупредил бортовой компьютер.
Из разгонных модулей звездолёта выдвинулись сто двадцать ядерных ракетных двигателей, направленных против движения, в дополнение к уже работающим электроракетным двигателям.
В твёрдофазных ядерных ракетных двигателях делящееся вещество, как и в обычных ядерных реакторах, размещено в сборках-стержнях сложной формы с развитой поверхностью, что позволяет нагревать газообразное рабочее тело (водород, в данном случае), одновременно являющееся теплоносителем, охлаждающим элементы конструкции, и вырывающиеся из сопла при температуре почти 3000 градусов по Кельвину.
Потребляя большое количество электричества, электроракетные двигатели разгоняют до огромных скоростей плазму и имеют очень хороший удельный импульс.
Члены экипажа упёрлись ногами в потолок, который теперь стал полом. По мере увеличения тяги ускорение составило 2 м/с, что создало перегрузу в 0,2 g.
На одном из дисплеев была показана траектория полёта к цели с учётом осуществляемого манёвра и расчётным временем. За цель бала взята HD85390f.
— Я думал, что умру! — пожаловался Энтони.
— Сколько нам до неё лететь? — спросила Фрея.
— Больше года, если успеем затормозить и сесть на орбиту — ответил капитан, глядя на дисплей, где была показана эта информация.
Члены экипажа некоторое время сидели в креслах, отдыхая и поглядывая на дисплеи; а также пытаясь осмыслить происходящее.
Капитан через некоторое время торжественно произнёс:
— Ну что ж, джентльмены, я вас поздравляю!
— Только джентльмены?! — возмутилась Амината, женщина африканской внешности со здоровенной шевелюрой из афрокосичек.
— И дамы — спокойно добавил капитан.
Фрея поднялась по лестнице в гостиную, которая по совместительству ещё и общая кухня. Амината отправилась за Фреей.
Войдя в отсек, именуемый гостиной, Фрея включила Музыку на специальном дисплее на стене, попив воды у кулера, направилась к холодильнику. Вокруг входа восемь колонн, дополнительная прочность не помешает. Все внутренние помещения звездолёта красиво оформлены, совмещая красоту и эстетику с максимальной практичностью. Дисплеи по умолчанию показывали прекрасные земные пейзажи.
Приготовив себе сублимированного растворимого кофе без кофеина с молоком в специальной бутылке для питья в невесомости, хоть в этом сейчас и не было необходимости, Фрея принялась жадно хлебать этот вкуснейший напиток.
Амината же пошла в свою каюту. Каюты довольно тесные: входная дверь шириной меньше метра, противоположенная стенка-чуть больше метра. Женщина внимательно изучила себя в зеркале, переоделась в красное короткое платье и тоже направилась в гостиную.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ах, мои глаза… Они слепнут от такой красоты! — заявила Фрея, увидев Аминату в роскошном платье, которая в ответ расплылась в самодовольной улыбке. Амината взяла себе тоже кофе, и женщины встали за высоким столом в гостиной, обмениваясь любезностями и хихикая.
Затем сюда явились все, кроме капитана. Он слишком суров, чтобы тусоваться со всеми. К тому же, хотел ещё раз самолично проверить все системы звездолёта и убедится, что миссии ничего не угрожает, а также продумать план дальнейших действий.
Эдуард сразу направился к холодильнику. Он разогрел себе пару сэндвичей и подошёл за стол к женщинам.
— Приятного аппетита — сказал он.
Энтони тоже взял себе чай с плюшкой и присоединился к трапезе. Джим внимательно и тревожно оглядывался по сторонам и прислушивался.
— Да всё в порядке! — сказал Эдуард.
— Мы летим уже тысячу лет, не может быть такого, чтоб всё было идеально! — скептично возразил Джим.
Затем он заварил себе чай. Подсластив оный, разморозил пару плюшек и принялся за трапезу.
Люди разговаривали каждый на своём языке и прекрасно друг друга понимали, все полиглоты. Капитан по-русски; Стивен, Джим и Энтони по-английски; Фрея по-норвежски, Дэмин по-китайски, Эдуард по-немецки, а Амината, хотя её родной и испанский, выучила язык своего народа Воло́ф и говорила на нём, чтобы окружающим жизнь мёдом не казалась. Все надписи в звездолёте на языке Эсперанто, бортовой компьютер и робот тоже говорят на этом прекраснейшем языке. Изобретённый ещё в лохматом девятнадцатом веке, язык был бесчисленное количество раз реформирован, сильно изменился, вобрав в себя всё лучшее из всех языков мира. При этом он стал максимально гибким: так, например, в нём появились падежи, но они не обязательны, можно и обходиться только именительным.
Языки космические засланцы быстро выучили благодаря прекрасному устройству — наушникам, в реальном времени переводящим всю слышимую речь на определённый язык. В то время, как большинство людей просто выучили Эсперанто, прогрессивные люди решили немного культурно обогатиться. Космические колонисты все такие.
— Что толку перепроверять состояние звездолёта, когда сильная космическая радиация может в любой момент уничтожить всю электронику, не говоря уже о нас? — продолжил Джим свою депрессивную мысль.
— Мы надёжно защищены от космической радиации — констатировал Эдуард, закатив глаза, говоря тем самым, что собеседник озвучил явную глупость.
— А если мы попадём под вспышку сверхновой или просто концентрированный луч от вспышки? — не унимался Джим.
— А если космический хищник? — саркастично предположил Эдуард.
— Тогда нам точно кирдык! — серьёзно заявил Джим.
— С тобой невозможно спорить.
— Это только потому, что я прав.
— Ох… — Эдуард ладонью прикрыл лицо, в знак бессилия. Остальные хихикали.
Затем слово взял Дэмин:
— Всё хорошо себя чувствуют? Проверьте жизненные показатели!
Люди посмотрели на свои браслеты, на дисплеях которых показалась информация о состоянии здоровья.
— Я хорошо, спасибо, Демин, ты всегда такой заботливый… — ответила Амината.
Стивен, который с удивлением изучал всё вокруг, смотрел и трогал, внезапно заявил:
— Кажется, ещё сегодня я был здесь, это не укладывается в голове: в одно мгновение пролетело тысячу лет! — последние два слова он прокричал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А ты и не укладывай — посоветовал Эдуард.
— Считай, что ты просто переместился в будущее на машине времени — добавила Фрея.
Джим, задумавшись, как бы самому себе сказал:
— Да так и есть, по сути… Но едрёнтать, тысячу лет прошло с тех пор, как мы покинули Солнечную систему… Ещё вчера же взлетали с Байконура… А сейчас неизвестно, что стало с Землёй… Метеорит разнёс её в пыль… Или в результате глобального потепления превратилась в пылающий ад или ледяную радиоактивную пустыню… Уж молчу про ядерную войну… А может быть, искусственный интеллект поработил человечество, превратив всех в послушных обезличенных биороботов… Скорее всего, мы — всё, что осталось от человечества… А-а-а-а-а! — Джим схватился за голову и издал неподдельный крик ужаса.
