Когда челноки скрылись из виду, звездолёт начал замедляться с помощью электроракетных двигателей. Когда примерно через сутки он завершил манёвр, рабочего тела в основных баках звездолёта осталось меньше десятой доли процента, зато роверы оставались полностью заправленными.
Звездолёт находился на высокой орбите Евы. Сама планета была далеко. И орбита её спутника очень высокая.
В это время пришло сообщение от летевших на спутник HD85390b. Они решили не отставать, и тоже взяли названия из скандинавской мифологии: газовому гиганту дали имя «Имир», первому спутнику «Валгалла», второму «Вали», третьему-«Ётун». К сообщению прилагались замечательные снимки планетарной системы.
— Ну, кто первый желает сделать шаг в новом мире? — весело спросил капитан, — Кто хочет навеки вписать своё имя в историю?
— Чур я! — вызвался Эдуард, бегающий на беговой дорожке и удерживаемый ремешками, имитирующими силу тяжести примерно 2 g.
— Ну, как ощущения? — спросил Дэмин, только вошедший в помещение.
— Терпимо — ответил Эдуард, — Правда, мышцы жжёт…
— Ещё можно передумать — заметил китаец.
— Что я, нюня какая?! — возмутился Эдуард, тяжело дыша и краснея от напряжения.
Фрея занималась на тренажёре, имитирующим жим штанги весом 100 кг. И это была её обычная тренировка.
— Вот уж кто точно не нюня! — восхищённо сказала Ева, закрепляясь ремешками на беговой дорожке, аналогично Эдуарду.
После тяжёлой тренировки, пряв душ, капитан, Фрея, Эдуард, Дэмин и Ева принялись за заслуженную пищу. Другие в это время начали заниматься, когда тренажёры освободились.
— Я кое-что ещё не сказал про два джи… — сказал Демин после глотка протеинового коктейля, — Вероятно, у первых поколений продолжительность жизни будет меньше.
— Ну, это и так понятно… — сказал капитан.
— А ещё могут быть проблемы с родами… Этот вопрос толком никто не исследовал…
— Ничего, переживём! — уверенно заявила Фрея.
— Не все окажутся готовы ко всему этому… — задумчиво продолжил Дэмин, — А улететь будет нельзя! Как вообще взлететь про двух-то джи?!
— Трудности неизбежны! — отметил капитан.
— Мне кажется, — сказала Фрея, — что всё будет нормально, если хорошо питаться!
— Наверно — согласился Эдуард.
После сна Эдуард, Ева, Анатолий, финский парень Элиас, англичане Колин, Оливия и Энтони переместились в ровер. Каждый ровер рассчитан на семь человек. В четырёх из них одно место было зарезервировано на всякий случай: будь то повреждение других аппаратов или спасательная миссия. К тому же, не стоит забывать о том простом факте, что люди имеют свойство размножаться.
Каждый из восьми роверов, массой 166 тонн, несколько меньше и легче кораблей несмотря на то, что вместимость больше. И не мудрено: он рассчитан на куда менее длинные перелёты, чем корабль. Размеры: 20,5 метр в длину, высоту 9 метров, ширину 8,5 метров. Восемь жидкостно-ракетных двигателей: два ЖРД для вакуума и шесть для работы в атмосфере. Двигатели расположены вокруг большого надувного теплового щита в задней части, смещённые к низу, ибо центр масс смещён к низу, где 12 пар колёс метром в диаметре.
Открытие люков, отделение. После медленного отлёта на несколько десятков метров, разворот против движения. Включение вакуумных ЖРД.
Перицентр медленно опускался. Когда высота перицентра достигла ста километров от поверхности Евы, двигатели отключились. Из-за силы тяжести 2 g атмосфера Евы по высоте меньше земной, зато более чем в два раза плотнее. Условная граница космоса проходит на высоте 60 километров. Условная из-за того, что нет никакой чёткой границы, атмосфера просто постепенно сходит на нет. У Земли, например, даже на орбите Луны есть молекулы воздуха.
Затем звездолёт выпустил в космическое пространство ещё три ровера. В каждом по семь человек, среди них Демин и Фрея. Роверы в нужный момент подкорректировали орбиту таким образом, что, попадая в сферу гравитационного влияния Дюны, огибают её, делая петлю и направляясь к Еве, выходя на Её эллиптическую орбиту. Такой хитрый гравитационный манёвр позволял сэкономить топливо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Тем временем корабль со Стивеном, Аминатой, Ребекой и Макаром подкорректировал орбиту таким образом, что корабль, войдя в сферу гравитационного влияния спутника, огибал его, едва задевая верхние слои атмосферы.
До перицентра кораблю оставалось две недели. И роверу до перицентра Евы тоже оставалось примерно столько же. На борту космических аппаратов люди по-всякому коротали время: видеоиграми, фото-видео съёмкой, чтением книг, научными исследованиями и, конечно, физкультурой, которой необходимо заниматься по меньшей мере два часа в день для поддержания здоровья в невесомости. Вместо душа-просто умывание и обтирание мокрыми полотенцами в каюте, если конуру два с небольшим метра в длину, метр в ширину и полтора в высоту можно назвать каютой. Места ровно столько, чтоб можно было лечь в полный рост. Да и вообще в аппаратах довольно тесно, особенно в корабле, несмотря на то что его вместимость меньше, а масса-больше.
С каждым часом планета становилась ближе… Путешественники часами проводили у иллюминаторов с фотоаппаратами, были сделаны тысячи фотографий.
Кстати, звёздное небо здесь сильно отличается от звёздного неба в Солнечной системе: в целом, оно здесь чуть более насыщено, ибо система оная чуть ближе к центру галактики. Полоса млечного пути проходит под углом к орбитам планет. У спутника довольно большие полярные шапки, и кое-где есть даже мелкие облака, а в остальном-вылитый Марс. По краям-голубое свечение атмосферы.
За день до перицентра можно было через длиннофокусные объективы видеть кое-какие детали на поверхности, затянутой пеленой атмосферы. На спутнике можно было разглядеть древние потухшие вулканы, кратеры, каньоны, пустыни и дюны.
Спутник Евы был назван «Дюной», в общую базу данных были внесены соответствующие изменения.
Когда две недели миновало, огромное небесное тело заняло почти половину всего наблюдаемого пространства в иллюминаторах. Корабль повернулся перпендикулярно вектору скорости защищённой стороной, люди сели на сидения и пристегнулись. Корабль направлен носом вверх, и люди наблюдали перед собой звёздное небо.
Сначала как будто ничего не происходило, затем стала ощущаться слабая перегрузка. Цифры спидометра побежали, показывая снижение скорости. На одном из дисплеев была показана уменьшающаяся высота в метрах от условной поверхности планеты. Другие дисплеи показывали схематично и наглядно орбиту аппарата и снижение апоцентра[1]. Сначала траектория корабля выходила на орбиту Евы, затем за счёт торможения об атмосферу спутника траектория изменилась и корабль оказался на эллиптической орбите Дюны. Апоцентр продолжал какое-то время снижаться. Вскоре аппарат вышел из атмосферы.
В апоцентре корабль слегка замедлился с помощью ионных двигателей, ещё немного опустив перицентр, затем, подлетая к перицентру, развернулся перпендикулярно вектору скорости защищённым брюхом.
Снова стала ощущаться слабая перегрузка, которая постепенно усиливалась. Вновь цифры спидометра побежали, показывая снижение скорости. Вскоре корабль был охвачен пламенем. В салоне стоял всё усиливающийся шум от непрерывной ударной волны. Слегка трясло. На дисплеях было видно пламя, а иллюминаторы были закрыты щитами. На одном из дисплеев показывалась температура внешний обшивки: 1000, 1500, 2000, 2500…
Затем шум притих, пламя исчезло. Щиты иллюминаторов открылись. Корабль падал камнем вниз, кружась как бумажный самолётик. РСУ и гиродины работали, пытаясь развернуть корабль против движения, но мощный воздушный поток не давал это сделать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На высоте пяти километров на корабле открылись несколько крохотных люков, оттуда потянулись парашюты. Корабль развернулся нижней частью вниз, парашюты вскоре расправились, аппарат резко замедлился.
Метров за сто от поверхности заработал на малой тяге центральный ЖРД и пара тороидальных клиновидных двигателя, расположенные между ядерными двигателями ближе к бокам, где крылья.
