Главной же чертой этой эпохи был подъем национально-освободительного движения, чьи идеи пронизывали все области жизни итальянцев, а в искусстве – властно влекли к новому течению, постепенно завладевавшему Европой, – романтизму. Именно патриотическая направленность явилась определяющей чертой произведений итальянских романтиков. В духе традиций Альфьери творили многие итальянские поэты, предназначая свои героико-патриоти-ческие трагедии для воспитания высокой гражданственности у своих соотечественников. И вот что интересно: итальянские романтики не хотели называть образовавшееся у них литературное течение термином «романтизм». По их мнению, у них было что-то совершенно иное! Они определяли возникшее у них направление как «историческое» или «как литературу действительности» (обозначаемую диковинным словом «иликьястическая»). Отчасти они были правы, потому что субъективизм, двоемирие, поиски идеала, столь свойственные, например, немецким романтикам, оказались чужды итальянцам, думавшим «не столько о свободе собственного духа и нравственном самоутверждении, сколько о свободе родины и национальном самоопределении». В этом-то и заключалось главное отличие идейных основ итальянского романтизма от немецкого, потому что итальянцы проповедовали не противопоставление личности обществу, а объединение свободных индивидов, не мучительные духовные искания, а установление справедливого правопорядка. В Италии романтизм развивался под лозунгом: «Эстетические задачи всех направлений искусства должны быть подчинены одной главной цели – усовершенствованию человечества, благу общества и отдельной личности». И все же ряд эстетических положений совпадал с направлением немецких романтиков. Прежде всего это касается определения романтической литературы как национальной и современной.
Что же касается прозы, то романтизм и там давал свои ростки-В этом смысле интересен роман Уго Фосколо «Последние письма Якопо Ортиса», проникнутый бунтарским и патриотическим пафосом. Роман неоднократно переделывался автором, и на его примере видна эволюция писателя, начавшего с сентиментального романа в письмах и пришедшего в итоге к созданию романа-исповеди одинокого патриота, вынужденного в бездействии смотреть на страдания своей Родины. В поэзии же призыв к объединению Италии, к борьбе с ненавистными поработителями прозвучал в сочинениях Алессандро Мандзони, признанного родоначальника итальянского романтизма.
Как видим, литература и драматургия выступали с передовыми идеями. А для развития изобразительного искусства Италии рубеж XVIII – XIX веков, наполненный бурными событиями, оказался малоблагоприятным. Сложившиеся социально-политические условия не смогли породить творений столь значительных, как в эпоху Возрождения. Все же, не поднявшись до прежних высот, изобразительное искусство тех лет имело свои достижения. В нем получил распространение идиллический, пассивно-созерцательный классицизм, чьим наиболее ярким представителем стал скульптор Антонио Канова. Овеянная художественным очарованием, итальянская живопись выдвинула тогда немало актуальных проблем, связанных с жизнью и бытом итальянского народа. Правда, как отмечал советский искусствовед Б. Виппер, хотя «ее ответы на эти проблемы были часто очень искренними и смелыми, но они не были ни самыми прямыми, ни самыми глубокими».
Но как же так вышло, что мы так долго говорили о политике, искусстве, литературе и театре и забыли о самом главном – музыке! Ведь наш герой будет музыкантом, а итальянцев невозможно себе представить без музыки. «Музыка – душа этих людей, – писал Генрих Гейне, – их жизнь, их национальное дело. Конечно, в других странах есть музыканты, не уступающие итальянским знаменитостям; но там нет музыкального народа. Здесь же, в Италии, музыка стала народом». Она постоянно звучала в городах и селах, в полях и на дорогах. Канцоны и серенады, сицилианы и шуточные песни с их оригинальной мелодикой и ритмикой постоянно звенели под синим небом этой прекрасной страны.
…Венеция, сказочный город на воде… Здесь, как вспоминал в своих мемуарах Карло Гольдони, все поет: на улицах, на площадях, на каналах. Пел торговец, пел рабочий, идя на работу, пел гондольер, ожидая своего хозяина. Музыка не засыпала там и ночью, ведь испокон веков путешественников поражало пение венецианских гондольеров, когда поздними вечерами под ясным звездным небом начиналась их песенная перекличка.
Что же касается профессионального музыкального искусства, то в этой области Италия располагала поистине великими традициями. И конечно, немалую роль в этом сыграла музыкальная одаренность жителей солнечного полуострова: повсюду привольно звучавшие народные песни оплодотворяли композиторское творчество. Еще в конце XVI – начале XVII века Италия явила миру новый, удивительно объемный жанр, включивший в себя гармоничное сочетание музыки и слова, жеста и движения, танца и декорации, – оперу. За два века своего развития, к концу XVIII столетия опера претерпела много различных трансформаций и наконец вступила в полосу глубокого кризиса. Историко-мифологические и сказочно-легендарные сюжеты оперы-сериа (серьезной оперы) становились все более запутанными, лишенными логической связи. Музыка и действие оказывались практически разобщенными, из-за чего подрывались сами основы синтетического музыкально-драматического жанра. Все действие концентрировалось в речитативе secco («сухом», который в самом деле звучал довольно «сухо» в сопровождении редких аккордов клавичембало). В ариях же действие останавливалось. Начиналась музыка, и в традиционных ситуациях выражались традиционные чувства. Арии звучали в традиционных местах и были написаны в традиционной форме… Содержание никого не интересовало, все наслаждались только восхитительным бельканто (прекрасным пением). На сцене царили певцы-виртуозы, вкусам которых были вынуждены подчиняться композиторы. Вынуждены? А разве они сами не хотели украсить свою музыку изысканными фиоритурами? Вот уж недаром говорится, что «каждая палка о двух концах». Ведь преобладание сольных номеров и итальянский стиль пения бельканто предоставляли композиторам неограниченные возможности для их творческой фантазии! Сколько шедевров было создано в этом жанре европейскими музыкантами! Сразу вспоминаются имена Алессандро Скарлатти, Генделя, Глюка, Моцарта…
Нет, безусловно нельзя сказать, что оперы-сериа, воплощенные вдохновением гениальных композиторов, до сих пор удерживаются на театральной сцене. Репертуарность этих произведений зависит не только от качеств их мелодизма, но и от многих других факторов. Однако и в наше время нередко приходится слышать в концертах арии из давно ушедших в прошлое, но по-прежнему прекрасных творений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
